Правила перехода - Ли Сарко

— Его право.

— И ты ему потакаешь! — парень был возмущён.

— Я просто не препятствую. Пусть она сама решает, как поступать.

Полиан сделал глубокий вдох, как будто собирался высказать все доступные аргументы, но разразился лишь беспомощным выдохом. Лезар был прав — решать Ангелине, и что думают по этому поводу два её новых странных друга, не должно иметь значения.

— О, а вот и наши дружки! — взгляд Полиана выхватил вдалеке знакомую высокую фигуру со светлыми волосами в хвосте. — Сейчас у нас будет настоящее веселье. И первое, что мы сделаем, — сообщим Эльгассу, что сегодня платит он!

****

Я старалась не расспрашивать ребят, какими делами они занимаются, когда мы не вместе. Было интересно, разумеется — это ведь совсем другая жизнь! Но я считала, что если они захотят, то обязательно расскажут сами.

Иногда ко мне приходили Эльгасс и Катриша, или же только девушка. Её друг по-прежнему считал, что он мне не очень нравится, и не любил оставаться со мной наедине, хотя он был абсолютно не прав. Однажды я намекнула Катрише, что Эльгассу пора бы уже понять, что я вовсе не сержусь, но она только улыбнулась. «Привыкнет».

Шло время. Я часто видела кого-нибудь из своих новых необычных друзей. И порой даже не верила, что они не люди. Ведь у них не было особенных черт, они вели себя так же, как прочие, нормально разговаривали и не творили чудес. Не превращались у меня на глазах в воздух — старались не исчезать при мне, но пару раз я всё равно подсмотрела.

Катриша иногда рассказывала, как они развлекаются среди людей. Она, например, любит прохаживаться по улицам, особенно вечером, и светить на прохожих глазами. Не в прямом смысле, конечно, как фонарём, — она умела каким-то образом ослаблять контроль над телом в определённом месте, а именно в глазах, и их цвет становился ярче на пару секунд. Представьте: идёт парню навстречу симпатичная девушка и загадочно смотрит. Едва заметно улыбается ему. А когда оказывается совсем близко, вдруг зелёные глаза как будто мигают, разгораются изумрудами на мгновение. Это нельзя перепутать с бликами от фонарей или фар автомобилей. Парень удивляется — а девушка уже отвела глаза и прошла мимо, и удаляется в другую сторону.

Я спросила у неё, зачем всё это, но она не смогла мне ответить, только посмеивалась и пожимала плечами.

— Почему вы выбрали именно мой город? — спросила я как-то, когда мы с Лезаром сидели на лавочке и грелись под последним тёплым солнышком. — Потому, что твой первый прыжок был именно сюда?

— Сначала да, — он кивнул. — А сейчас ещё и из-за интереса. В твоём городе в последнее время на удивление много ветров, и далеко не все из них дружелюбно настроены к людям.

— Но вы ведь не защитники людей? Вам просто интересно за всем этим наблюдать?

Он посмотрел на меня задумчиво, как будто не знал, что ответить.

— Наблюдать интересно. Но ещё мы стараемся не допустить произвола. В конце концов, это наш город.

— Почему ваш? Ты ведь говорил…

— Не пойми неправильно, Ангелина, но я говорю об игровой территории. Раз мы здесь часто появляемся, значит, эта территория наша, и мы будем защищать её от произвола.

— Произвола в вашем понимании.

Он повернулся и посмотрел на меня внимательней.

— Всё правильно, если бы они пришли сюда раньше, мы бы выбрали другой город. И тогда понятия были бы совсем иными, потому что произвол в их понимании — это нашествие нас. Но вам повезло. Мы, по крайней мере, людей никогда не убиваем.

Не то чтобы меня пугали все эти замечания и разговоры. Я, как и прежде, спокойно выходила на улицу, не боясь получить удар в спину. Может быть, не очень верила в какие-то опасности. С тех пор, как произошла эта странная буря, больше никаких сюрпризов в нашем городе не случилось. Да и ветры говорили, что парни в кожанках вроде бы убрались куда подальше.

Но они всё равно переживали из-за чего-то. Может, свои ветровые мысли — не знаю. Однажды я поймала Лезара на том, что он долго смотрел на небо, в дальнюю точку, где скапливались дождевые тучи. Ветер был сильным, говорил о том, что, возможно, будет гроза. Я всегда радуюсь ей, а уж если чёрные тучи начинают скапливаться в октябре, когда обычно допускаются только долгие моросящие дожди, — это вообще замечательно! Поэтому я не поняла, отчего у Лезара такой встревоженный вид.

— Что случилось? — я подошла и тронула его за локоть. — Гроза — это плохо?

Он медленно повернул голову ко мне. Отвлёкся от своих мыслей.

— Если у вас гроза, значит, там, — парень махнул рукой в сторону темнеющего неба, — борются вихри.

— Так всегда?! — ужаснулась я. И вспомнила, сколько гроз я видела за свою недолгую жизнь. Это что, было столько битв? — Каждая гроза — гибель вихря?!

— Нет, почему сразу гибель, — Лезар покачал головой. — Просто битва. Не рукопашная, как у вас, а… они используют силу. Нашу особую силу.

— …силу, — я проговорила это одними губами, теперь глядя на небо так же тревожно, как и друг.

— Иногда это просто забавы. Иногда — что-то серьёзное. Как сейчас…

— А как ты можешь отличить? По цвету тучи?

— Да нет, вообще-то не могу. Отсюда. Просто догадываюсь…

— Они там, в небе, да? — спросила я почти шёпотом. И смотрела, в надежде разглядеть человеческие фигуры, хотя и понимала, что это невозможно.

Лезар покачал головой, потом всё-таки отвёл глаза от предмета наблюдения и посмотрел на меня. Взял за плечи и сделал более легкомысленный вид.

— Хватит здесь мёрзнуть. В любом случае мы знаем, что никого из наших друзей там нет.

И увёл меня в помещение, в тёплое кафе, где совсем не было ветра. Точнее, были — целых четверо. Но об этом не знал ни единый посетитель, кроме меня!

Чуть позже, когда распогодилось и дожди перестали собираться каждый день, мы прогуливались с Полианом. Он был в хорошем расположении духа, беспрерывно болтал и между делом выложил уйму интересной информации.

— …проблема в том, что наш мир на порядок меньше вашего. На хороший такой порядок. Поэтому, если даже я перемещаюсь всегда из одной точки, могу попадать в разные места — плохая точность.

— Вы ведь… собираетесь из воздуха? — я с любопытством заглянула в его глаза.

— Нееет, это не так! — усмехнулся Полиан. — Ну… как бы объяснить по-научному… мы не ветры.

— Не ветры?! — это я чуть не возопила. Полное противоречие, сначала одно, потом другое! Как так может