Гвардеец - Николай Романов

Завтракать Осетр отправился в гостиничный буфет – после случившегося вчера встречаться с Маруськой ему совершенно не хотелось. И вроде бы не виноват ни в чем – скорее, был бы виновен, откликнись на Маруськины желания! – однако душа находилась в расхристанном состоянии. Оказывается, и из жалости можно не быть равнодушным к женщине. Это было открытие. Оказывается, есть любовь, есть равнодушие и есть неравнодушие, которое и не любовь вовсе, но которое тоже способно сидеть занозой в сердце. Черт бы меня побрал!

Он поедал пшенную кашу с маслом, невидяще глядя в разукрашенную стилизованными человеческими фигурками стену и почти не чувствуя вкуса каши, и грыз себя. Вот уж никогда бы не подумал, что какая-то официантка с захудалой планеты способна вывести его из равновесия. И вместо того, чтобы думать о деле, он ломает голову над вопросом – не слишком ли вчера был жесток?..

Тот еще «росомаха»! Капитан Дьяконов сказал бы себе: «Гаси светило!» – и эта проклятая Маруська оказалась бы похоронена в глубинах памяти, чтобы всплывать оттуда в одном-единственном случае: когда бы потребовалось обобщить опыт своих отношений с женщинами. И не было бы никакой самоголовомойки …

– Доброе утро! – послышалось сзади.

Осетр обернулся.

Рядом стоял тот самый тип, серый мужичонка из числа Карабасовых прихвостней. Сереженька, который должен был найти Осетра в случае, если у бандитов появится информация.

– Присаживайтесь! – Осетр сделал приглашающий жест, почему-то ощущая, что Сереженька не нуждается в подобных приглашениях, что захоти этот бандитик присесть, давно бы уже обосновался на соседнем стуле да еще и локти бы на стол возложил. – Может, позавтракать?

– Благодарствуйте! – Лицо Сереженьки расплылось в улыбке, но глаза не улыбались ни капли. – Через час Карабас ждет вас у себя.

– Как через час? – всполошился Осетр. – Мне же надо успеть в банк забежать, снять со счета деньги.

Сереженька мотнул головой:

– Не надо. Карабас будет ждать. Через час.

Бандит покинул буфет. А Осетр принялся активнее работать ложкой. Известие заставило его позабыть о своих отношений с женщинами.

Вообще-то, если поразмыслить, то такое известие не слишком радостно. Раз деньги не нужны, значит бандиты не обнаружили пропавшего агента. И, соответственно, вероятность выполнить задание падает вдвое. А если еще и майор Бабушкин не найдет никаких концов, что тогда делать? Брать в руки плазменник и, паля во все стороны, пробиваться к неведомой цели, о которой ничего не знаешь?..

Кстати, не взять ли с собой какое-никакое оружие при визите к Карабасу?..

Он принялся за утренний кофе, обмозговывая этот вопрос. И решил, что за оружие браться рано. Оружие – вещь серьезная и призывающая к ответственности; даже само наличие его у тебя – необратимый поступок. То есть, не наличие само по себе, а наличие, обнаруженное посторонними людьми. Нет, до оружия ситуация еще не дозрела.

Он залпом допил кофе и решил отправиться к дому Карабаса кружным путем. Не спеша, с проверкой.

Ну ведь должен же быть хвост! Или я еще не оказался в оперативной обстановке, когда за мной надо следить. А вот кстати… Если на Угловке так развита коррупция, черепа, в принципе, должны в каждом залетном гражданине подозревать агента имперских властей. Или и в самом деле – имперское правительство волнует только бесперебойная добыча и поставка продукта? С другой стороны, если к каждому залетному приставлять хвост, это надо иметь огромную службу слежки и как-то оплачивать труд оперативников. Эх, дорого бы я отдал, чтобы заглянуть в материалы проверок, осуществляемых здесь министерством финансов!