А там ещё другая даль - Олег Иосифович Говда

— Заткнись, ублюдок!

Я тоже умею угрожать. Причем, не будущим, а настоящим. И клинок, приставленный к горлу, весьма весомый аргумент.

— Еще хоть слово вякнешь не в тему, ухо отрублю, — для убедительности, прикасаюсь клинком.

Опасаться нечего, меч не сабля, им случайно порезаться сложно, но священник об этом вряд ли думает. Таращится весьма испуганно. То-то же… Сучий кот… Это тебе не над пленными куражиться.

— Быстро отвечай! Где оружейник и его семья?! Ну!

— Мастера с сыновьями на рудник отправили, а жена с дочерью — в монастыре… — поспешно выпалил аббат. Поверил, значит, что может без уха остаться. Вот только я ему не поверила. Слишком уж глазки забегали. Ни разу прямо не вглянул.

— Врет… — подтвердил догадку сэр Ламберт, заглядывая в другую комнату. — Здесь они…

Я даже смотреть не пошла, настолько сильно шибануло из открытых дверей тошнотворным запахом смерти.

— Мужчины в основном. А вот женский труп только один…

— Где дочь? — я чувствовала, что вот-вот взорвусь от закипающего внутри бешенства. — Где… дочь?.. Отвечай, мразь?!

— Ее повесили вместо тебя… — пробормотал аббат, пытаясь отползти, но сзади была стена. — Я был против, но бургомистр…

Хрясть!

Меч словно сам обрел собственную жизнь и с силой возился между ключицей и шеей аббата. Потом вспорхнул и еще раз упал вниз, добивая. Поторопилось оружие... Я бы и сама убила. Сознательно… Нельзя прощать такое.

— Мастер Вест был вашим другом, сударыня? — проявил сообразительность шевалье, связывая стражников и укладывая в один угол.

— Да… Он спас мне жизнь…

— Значит, он теперь в Раю. Вместе со всеми, безвинно загубленными душами своих родных. Печальная, но не самая плохая участь. Хуже, если бы ему пришлось с этим… — кивок на запертую дверь, — …жить.

Сильно сказал. Даже излишне, для такой розовощекой мальчишеской физиономии. Впрочем, ничего странного, если парня готовили к воинской стезе со дня рождения.

— Я только одного не понял… — шевалье замялся. — Почему девочку повесили… как он сказал: «вместо вас»?

— Потому что я помогла здешним жителям организовать восстание.

— Ааа… Тогда это многое объясняет… — рыцарь кивнул на стражников. — Их тоже убьете?

— Нет… — даже мысль о том, чтобы хладнокровно прирезать пленников, показалась отвратительной. — Я ненавижу подлецов и предателей. А эти парни просто на службе.

— Гм… — рыцарь задумчиво поглядел на меня, потом на стражников. Потом снова на меня.

— Вас что-то смущает, шевалье?

— Они видели не только вас, но и меня. И если суд Шамбрэя сможет принять во внимание, что придя вам на помощь, я действовал согласно рыцарскому кодексу и не знал, с кем имею дело. То вот дальнейшие мои действия… Особенно, после убийства аббата... Уже другая история. Теперь я должен либо помочь схватить вас, либо открыто, на глазах у троих свидетелей, примкнуть к мятежникам. Интересная дилемма, не правда ли? Как вы считаете, сударыня?

— Шевалье, вы не только спасли мне жизнь, но и дали возможность отомстить за друзей. Поэтому, я приму любое ваше решение. Можете сдать меня магистрату, или —присоединиться. Выбирать вам.

— Ну, чисто моя сестрица… — рассмеялся неожиданно тот. — Вроде, все верно говорит, а ответственность на тебя перекладывает. М-да… А я ведь всего лишь меч оружейнику продать хотел.

— Да? — я совсем чуть-чуть усмехнулась неожиданному каламбуру. — А вы мне его продайте. Обещаю, не продешевите…

Глава девятая

— Вы хотите купить мой меч? — удивленно переспросил рыцарь. — Но, у вас же свой есть. А этот… — притронулся к своему «бастарду», — тяжеловат для вас будет. — Потом решил, что это может прозвучать обидно и поправился. — В смысле, великоват. Вы же такая малень... — проглотил окончание и окончательно запутался. — Я совсем не это имел в виду.

— Так и я не это… — улыбнулась ободряюще. — Сэр Ламберт, окажите честь стать моим спутником и товарищем. Я понимаю, что человеку столь благородного происхождения зазорно принять плату, как простому наемнику, но вы же не откажетесь от части в добыче?

И пока молодой рыцарь переваривал услышанное, поинтересовалась:

— Кстати, а почему вы хотели его продать? Или это запасной?

— Что вы, сударыня? — юноша любовно погладил ножны. — «Буревестник» — уникальный меч. И, наверное, единственный во всех пяти королевствах, сохранившийся еще с со времен начала Кальрадийской эпохи, и выкованный Эфом Тощим. Этот клинок стоит столько золота, сколько весит. Именно поэтому мне нужен был оружейник, которому я мог бы про… вернее, оставить в залог столь ценную вещь и быть уверенным, что когда вернусь с выкупом — меч будет на месте, а не уплывет из Шамбрея с первым же попутным судном. Я и сюда-то шел с большим опасением. И если бы не заверения господина Корнелиуса, которого имею честь знать много лет… и не острая нужда в деньгах..

Юноша весьма мило покраснел.

— В карты проигрались, что ли? — решила ускорить объяснение. Все же не совсем подходящее место для неторопливой беседы.

— В карты?.. — переспросил сэр Ламберт. — Что вы, сударыня! Эту премудрость отец крепко вколотил нам с братьями в головы. Дайте мне взглянуть на карту любой местности, потом скажите, куда хотите попасть, и я проведу вас туда самым удобным путем. Заметьте, — прибавил хвастливо. — Не кратчайшим, а именно — удобным.

Потом вспомнил, что разговор не об этом и опустил взгляд.

— Кости… Будь они трижды прокляты… Придумка дьявола.

«Да хоть в наперстки или спортлото. От перестановки сапог ноги не меняются. Видимо, мало все же отец вас учил… если под два метра вымахал, а ума… Стоп, мать! Ты чего раздухарилась? Сама то, сильно умнее, если в такой за… занятной ситуации оказалась?»

— И много задолжали?

— Много… — юный рыцарь еще ниже опустил голову. — Триста серебряных монет.

— Ну, это дело поправимое… — преодолевая отвращение, я наклонилась и сунула руку за пазуху мертвого аббата. Куда он хозяйски припрятал срезанный у меня кошелек. Потом сунула его в ладонь сэра. — Это мои деньги. Хотите — можете пересчитать. Здесь ровно тысяча золотых.

— Что вы, сударыня! Я верю. Тем более, в этом нет бесчестья. Что в бою взято — то свято. Но, почему вы мне их даете?

— Ну,