Дочь севера. Исцеление дракона - Ирина Ардо

Они либо разделились, либо отправились на подмогу своему товарищу. В любом случае, как бы я ни всматривалась, как бы ни вслушивалась, не было ничего. И, наверное, могло прийти облегчение, если бы мы резко не просели в воздухе.

— Ингвальд? — я всполошилась и принялась осматривать ящера на предмет ран.

Поначалу испугалась, что задето брюхо, но потом заметила правое крыло. Оно было неестественно выгнуто и странно трепыхалось на ветру. Было видно, что дракон старается удержать высоту, но рваные движения и заметный перекос в сторону стали слишком заметны.

— Снижаемся, — прозвучало, как приказ, но это меня мало заботило.

Он повернулся ко мне и оскалился с утробным рычанием.

— И даже не смотри, — я повторила выражение лица, с которым заставляла больных непоседливых детей ложиться в постель. Вот и Ингвальда пришлось уговаривать, как маленького ребёнка. — Снижаемся, я сказала. Горы мы практически перелетели. Дальше будет лес. Ну же, не упрямься.

И снова недовольное рычание.

— А, ну-ка, делай!

Тэраш, помоги мне и не дай сойти с ума!

Похоже, небеса меня услышали и уговорили упрямого дракона спуститься. Теперь осталось понять, как его вылечить. Можно ли исправить крыло в человеческой ипостаси? И сможет ли он в неё перекинуться?

Приземление было довольно жёстким, однако Ингвальд сделал всё возможное, чтобы я не перелетела через его голову, из-за чего снёс верхушки нескольких деревьев.

Как только мои ноги коснулись земли, я опрометью бросилась к раненому крылу, но дракон резко развернулся и спрятал его, демонстративно усевшись на пятую точку.

— Эй! — возмутилась я. — Стой на месте, я посмотрю.

Он лишь фыркнул и провёл хвостом, осыпая меня снегом. Тот, в свою очередь, засыпался мне не только в глаза, но и за ворот, противно покусывая кожу.

— Ты… — процедила сквозь зубы и попыталась обойти с другой стороны, но снова столкнулась с чешуйчатым затылком. — Ты огромная крылатая ящерица! А ведёшь себя хуже маленького ребёнка!

Внезапно меня пронзила догадка. Сама по себе невозможная и до жути уморительная:

— Да ты никак целителей боишься?

Возмущённый взгляд послужил прямым подтверждением моих слов. Грозный дракон в страхе бежит от хрупкой девочки в белом халате! Какая прелесть.

Хотя, если вспомнить, чего он мог натерпеться за семь лет, становится вообще неудивительно. Однако поражало другое: Ингвальд не стал бы топать ногами и вести себя подобным образом. Посему выходило, что зверь и человек существуют как будто отдельно друг от друга.

Открытие, однако.

В таком случае, к столь требовательному пациенту нужен особый подход.

— Пожалуйста, — тихо обошла дракона, игнорируя предостерегающее рычание. Я знала, что он меня не тронет, нутром чуяла. — Обещаю, я только посмотрю, честное слово.

Дракон ещё немного потоптался, но затем всё же соизволил подпустить меня к повреждённому крылу. Перепонки были целы, что вызвало у меня несказанное облегчение. Зашивать их я не умела, так что могли возникнуть большие проблемы. Пришлось изрядно потрудиться, чтобы найти сломанную кость в темноте, однако мне всё же удалось. Небольшой бугор и резкая впадина в месте, которое должно было быть прямым.

Будь это человек, я бы просто потянула за конечность, поставила кость на место и, закрепив, срастила бы её. Да, не полностью, но это бы значительно упростило восстановление, а здесь… Такую громадину ещё сдвинуть надо.

Но если оно срастётся неправильно, то о полётах можно забыть.

— У тебя уже были такие раны? — с надеждой спросила я.

Ящер тяжело вздохнул и улёгся на снег.

Значит, не было. Плохо.

— А обернуться сможешь? Оно само зарастёт?

Разумеется, нет, это же не рана! Но спросить стоило, поскольку оставался лишь один вариант, и он был крайне неприятным. Ответом мне послужило горестное молчание. Я по-прежнему до конца не понимала, как устроены драконы, однако другого выхода не было. Кости у всех одинаковые, а значит, должно сработать.

— Извини, но мне придётся сделать тебе больно. По-другому никак.

Зверю это не понравилось, но другого выхода не было. Мы не могли передвигаться в таком состоянии, к тому же раненого дракона легко заметить.

— Делай, как я скажу, и не будет так плохо. И постарайся не рычать, мы только оторвались. Надо… — огляделась по сторонам, стараясь разглядеть в заснеженном ночном лесу хоть что-то.

Взгляд зацепился за огромную толстую раздвоенную ветку. Её можно было использовать, как опору. Если мои предположения верны, то повреждённая часть крыла была чем-то вроде нашего предплечья.

— Можешь сорвать вон ту ветвь? — пальцем указала на находку. — Отсеки от ствола.

Поднявшись на лапы и прижав к боку раненое крыло, Ингвальд приподнялся и с громким хрустом отодрал эту массивную часть дерева. Я не была уверена, выдержит ли она драконий вес, но выглядела достаточно прочной.

— Теперь надо раскопать снег и воткнуть это в землю. Должно крепко держаться.

Дракон беспрекословно выполнял мои поручения, поскольку ещё не представлял, что самое неприятное ему придётся проделать самому. Увы, моих физических сил было недостаточно. Пока он управлялся с «рогаткой», я вытащила часть вещей, чтобы немного смягчить опору.

Когда с этим было покончено, осталось самое сложное — убедить пугливого ящера самостоятельно вправить себе кость.

— Сейчас станет полегче, — ласково проворковала, прикладывая ладони к месту перелома и направляя магические импульсы в мышцы. — Я расслаблю твоё крыло и ненадолго сниму отёк, хорошо?

Конечно, он не мог мне ответить, поэтому просто ждал, когда я закончу.

Старалась действовать очень медленно, прислушиваясь к дыханию дракона, которое постепенно начало выравниваться. Сквозь чешую и толстую кожу нельзя было сказать наверняка, насколько хорошо всё действует, поэтому приходилось работать по наитию.

Спустя несколько минут я продолжила.

— Теперь давай положим крыло так, чтобы вот этот выступ был между вот этими ветками. Да, вот так, молодец. Хороший дракон, — приговаривала, поглаживая место чуть выше перелома. — Умница.

Нужно было оставаться собранной, но мне было так жаль этого зверя с несчастными глазами, что я просто не могла по-другому. Иногда даже большим и сильным нужно утешение, особенно в такой момент.

— Теперь тебе нужно очень медленно и плавно переносить вес на перелом, понимаешь? — в ответ он моргнул, и я сочла это за согласие. — Только помни, очень медленно. Будет больно, но ты терпи. Я буду здесь.

Снова приложила ладони к крылу. На этот раз свечение стало чуть ярче, ведь мне нужно было контролировать процесс. Магия почувствовала травму, и сама устремилась к сломанной кости, готовая выполнить всё, что я ей прикажу.

Хоть бы сработало и