Начальник Судного дня - Сергей Щеглов

— К сожалению, — продолжил Валентин, — у меня нет возможности пригласить на это совещание еще двух наших коллег, в настоящее время находящихся на Побережье. Я говорю о Бранбо Гамбаррском, хранителе раритетов из горного замка Хеора, и Карлосе Мануэле, долгое время занимавшемся розыском и агентурной разработкой тальменов. Как только мы определимся с планом действий, им будут переданы соответствующие инструкции.

— Итак, нас шестеро, — подвел итог Ланда. — Для начала — более чем достаточно.

— Как я уже говорил, — Валентин отвесил Ланде почтительный поклон, — нам не хватало только координатора. Вы здесь — и мы начинаем!

— Наконец-то, — фыркнул Алтон Барт, вытаскивая из-за пазухи кинжал и взвешивая его на ладони.

— Прежде всего, — Валентин бросил на кинжал неодобрительный взгляд, и тот мгновенно оказался обратно в ножнах, — я хочу ввести в курс дела нашего нового коллегу. В настоящее время принято считать, что талисманы представляют собой технические средства, созданные древней сверхцивилизацией предмагов. По-видимому, предмаги эти по своим психофизиологическим характеристикам были куда ближе к землянам, чем к современному населению Панги; в результате после гибели последних предмагов талисманы превратились в экзотические безделушки, не имеющие никакого практического применения. Однако очень скоро на Панге стали появляться земляне. Почему и каким образом — этого не смог мне объяснить даже глубокоуважаемый коллега Пирогов; но интуитивно ясно, что огромная потенциальная энергия Т-поля не могла долго оставаться в пассивном состоянии. На Панге начали происходить изменения, в результате которых возник постоянный канал сообщения Земля — Панга. Начиная с третьего тысячелетия пришельцы становятся частыми гостями на Побережье; в двадцать пятом веке маги — сначала Яппур, а потом и многие другие, — осваивают ритуалы Призывания Тьмы, позволяющие управлять вызовом землян; к концу третьего тысячелетия на Побережье складывается современное разделение труда, при котором пришельцы используются в качестве рабов, приводящих в действие вверенные им талисманы. За две тысячи лет талисманы стали привычной составляющей жизни на Панге, столь же обыденной, как электробытовая техника — на Земле.

Закончив сообщать общеизвестные истины, Валентин перевел дух, убедился, что никто из его слушателей не спит, и перешел к истинам уже менее известным:

— Итак, две тысячи лет талисманы оставались послушными инструментами в руках землян и их пангийских хозяев. Давно уже было известно, что чем могущественнее талисман, тем меньшее число землян может им управлять; иные талисманы веками хранились в семейных сокровищницах, дожидаясь подходящего пришельца. Павел куда лучше меня может рассказать о традициях пангийских работорговцев, касавшихся установления цен на пришельцев; три из пяти великих торговых домов Побережья начинают свою родословную с удачной сделки по перепродаже одного-единственного землянина. Рыночная стоимость пришельцев — а через их способность производить материальные ценности формируется и вся система цен Побережья, — опирается на две фундаментальные особенности талисманов. Во-первых, их избирательность по отношению к пришельцам, и, во-вторых, их полную послушность воле хозяев. Вот теперь мы и подошли к сущности нашего проекта, — сказал Валентин, резко хлопнув в ладоши. — Потому что не далее как девятого сентября я обнаружил, что ни одно из этих условий больше не выполняется.

— Ну, Обруч-то тебя пока что слушается, — усмехнулся на это Алтон Барт.

— Вот именно — пока что, — усмехнулся в ответ Валентин. — Ты, видимо, не догадываешься, отчего мы так срочно собрались на совещание?

Барт пожал плечами:

— Координатор появился, оттого и собрались.

— Не угадал, — покачал головой Валентин. — Но обо всем по порядку. Первое, что меня поразило — это заклинания Эриоха, с помощью которых он настроил на Лигийский Перстень — на могучий талисман, между прочим! — сразу семнадцать человек. Виола, лучший из его операторов, оказалась способна противостоять даже истинному хозяину Перстня, пришельцу из двадцать первого века Джадду Слейтеру. Далее, другой великий маг, Акоста, примерно в то же самое время сформулировал заклинания, позволившие ему — пангийцу, да к тому же магу! — установить контакт с талисманом типа «слеза дракона».

— А третий великий маг, — поддакнул Барт, — вообще создал талисман с помощью заклинаний. Валентин, к чему лишние слова? Мы и так знаем, что отныне талисманами может управлять каждый!

— Ничего подобного! — возразил Валентин. — Во-первых, о третьем великом маге: я создал собственный талисман, а вовсе не подключался к чужому! Сейчас я говорю о талисманах, созданных предмагами, и скоро ты поймешь, почему. Далее, разве я говорил, что Эриох или Акоста научились управлять талисманами?! Они сумели установить с ними контакт, это верно; но как использовали они этот контакт? Акоста, когда я его встретил, находился в глубокой прострации, попав под воздействие собственного талисмана; Эриох вместе со своим подставным оператором несколько часов долбили мой наспех слепленный «бублик», но так и не добились успеха. Между прочим, даже сам Эриох поддался общему заблуждению, посчитав, что это Фалер настолько крут, что его никакой талисман не берет; а между тем дело было совсем в другом. Самому Лигийскому Перстню было выгодно оставить Фалера в живых; только в этом случае он сумел бы воссоединиться со своим истинным оператором, Джаддом Слейтером, и взять того под контроль!

Грегори Ланда ударил по столу ладонью:

— Так вы знали об этом раньше? До сегодняшнего побега?

— О чем именно? — уточнил Валентин.

— Какого побега? — встрепенулся Барт.

— О том, что у талисманов появилось сознание, — пояснил Ланда.

— Ну разумеется, — пожал плечами Валентин. — Я только не предполагал, что оно появилось у них на всей Панге!

Ланда посмотрел на стоявший в дальнем конце стола стеклянный кубик и сокрушенно покачал головой. Валентин понял его мысль и опустил глаза.

— Кто сбежал? — воскликнул Алтон Барт, привставая в кресле. — Валентин, что случилось?!

— Да ничего особенного, — махнул рукой Валентин. — Игла, Жезл и Браслеты. Полчаса назад. Как говорится, выбрали свободу.

Алтон Барт побледнел и медленно опустился обратно в кресло. Павел Пирогов хмыкнул и огладил свою роскошную бороду.

— Таким образом, — спокойно продолжил Валентин, — в настоящее время господствовавший почти две тысячи лет взгляд на сущность талисманов нуждается в серьезном пересмотре. Сегодня талисманы не просто влияют на магию и сами подвержены ее влиянию; они делают это сознательно. Наша задача — разобраться с причинами такого положения дел, научиться взаимодействовать с талисманами в изменившихся условиях и, по возможности, исключить негативные последствия самопроизвольной активности талисманов.

— В обратном порядке, — произнес Ланда. — Все верно, Валентин, только — в обратном порядке.

— Ах да, — сообразил Валентин. — Прошу прощения, я вам вчерашний вариант изложил. Сегодня ситуация слегка изменилась: талисманы того и гляди разнесут Побережье на куски. Такие вот дела, коллеги; вопросы?