Подводник - Александр Прозоров

Как истинный дрессировщик, жук кормил их только один раз, по возвращении – чтобы домой стремились, а не на волю. Умом Найл истинность этого тезиса понимал – но все равно злился. К тому же, хозяин выводил их на работу совсем рядом с лодкой, а значит убежать не имелось никаких шансов. Нетрудно догадаться, что плантации морских орехов раскидывались на удаление, легко доступное шестилапым. И пока люди доберутся до края зарослей, пока уйдут еще дальше, на безопасное расстояние – их раз десять успеют поймать и вернуть.

В начале третьего дня выбравшиеся из шкафа пленники обнаружили в комнате еще одного жука – немного более крупного, с одной обломанной лапой и белесыми пятнами на головных пластинах. Сознание его излучало любопытство – более плотного контакта Посланник Богини установить не смог. Хозяин решительно пихнул их головой, и пленники отправились на работы.

На этот раз разбираться с травами им никто не помогал. Людям самим пришлось не только собирать орехи и вырывать старые водоросли, но и таскать их в лодку, укладывая на нижнюю сухую палубу в носовом отсеке. Безлапый жук постоянно плавал рядом, выражая безмерное удивление и предвкушение чего-то большого и приятного.

Было похоже на то, что их хозяин похвастался своей удачей одному из вождей, тот явился проверить утверждение, и теперь, наверное, планировал расширение эксперимента и организацию целых отрядов из двуногих рабов для возделывания полей. Прогресс в организации общества на подводной лодке собирался сделать очередной огромный рывок.

В своем стремлении к хвастовству, хозяин продержал их в поле заметно дольше обычного и, возвращаясь, люди еле волокли ноги.

– Если он еще и орехов мало даст, – проворчал Найл, – чтобы показать, как легко нас содержать, я его просто убью.

С едой шестилапый действительно пожмотился – но не настолько, чтобы люди остались голодными, и бунта Посланник Богини поднимать не стал. Он колол орехи рукоятью меча на груди и следил, как жуки обмениваются ударами усиков и лап, как перетоптываются, пытаясь что-то объяснить. Что – Найл не понимал. Понимал только, насколько в нетерпении пребывают оба насекомых.

Наконец, туземцы пришли к взаимопониманию. Они перестали жестикулировать, уперлись лбами, замерев так на несколько мгновений, после чего безлапый жук повернулся к Нефтис и принялся подталкивать ее к дверям.

– Что это значит, мой господин? – в растерянности обратилась женщина к Найлу.

– Кажется… – только теперь до Посланника Богини начал доходить истинный смысл сегодняшних смотрин и долгих переговоров хозяина с гостем.

– Кажется, тебя продали другому шестилапому.

– Но я не хочу!

Видя упорство и непонимание двуногой, прежний хозяин, как бы подтверждая свою волю, тоже подошел к воительнице и подтолкнул ее на выход.

Найл понял, что еще мгновение – и женщину уведут. Может быть, навсегда.

– Как не вовремя… – он шагнул вперед, к надкрыльям покупателя, упал на одно колено, выхватывая меч и широким жестом, как боевому таракану, вспорол жуку мягкое брюшко, вогнав клинок около груди и проведя им до самого кончика. Безногий сразу упал, мелко задрыгав лапками, а хозяин, развернувшись на месте, кинулся на раба, ухватив его жвалами поперек туловища и сжав с такой силой, что послышался сухой хруст хитина.

Наверное, человека такая хватка могла бы разрезать пополам – но толстая керамическая кираса выдержала. А Найл, опустив меч острием вниз, перехватил его двумя руками и из-за головы, со всего размаха, вогнал клинок в щель между грудной пластиной и плоской головой хозяина, несколько раз качнул рукоять из стороны в сторону. Хватка ослабла, жук неуверенно попятился, странно качая полуотрубленной головой. Но сзади подступила Нефтис и нанесла еще несколько ударов в основание надкрыльев.

– Как не вовремя, – повторил Найл. – Ни мешка приготовить не успели, ни припасов. А если у жуков есть между собой ментальная связь… Впрочем, тогда бы они уже набежали.

– Можно отрубить им грудины, – предложила воительница. – Еда.

– Ага, – криво усмехнулся Найл. – И как мы пойдем по лодке с жучиными грудинами под мышкой? Открой шкаф, посмотри, может там ящики есть. А я… Он опустился на колени, скользнул взглядом по полу. Если тут жили люди, то у них наверняка где-то хранились вещи. Жукам все это ни к чему, не тронут.

– Нашел! – он выдвинул из-под койки, представляющей из себя ребристый пластиковый каркас с остатками какого-то пористого вещества ящик с ручкой наверху и четырьмя черными точками по углам, торопливо открыл. Внутри лежали какие-то пластиковые диски в черных коробках с прозрачными крышками. Посланник Богини быстрым движением вытряхнул содержимое на пол, захлопнул ящик. – Пошли!

Они выбрались в коридор, плотно притворили за собой дверь, поднялись по трапу на предпоследний этаж. Здесь Найл насыпал полный ящик орехов, после чего пленники поднялись на «проходной» ярус и быстрым шагом направились в сторону головного отсека.

Как назло, навстречу один за другим попадались шестилапые хозяева лодки. Люди всячески старались вести себя подобно дрессированным животным: по сторонам не смотрели, шли строго вперед, старались не махать руками и громко не топать. Поначалу это помогло, и пара жуков не обратила на них внимания, но третий повернулся поперек дороги, явно останавливая, а потом принялся обстукивать усиками.

– Сам виноват… – Найл многозначительно посмотрел на Нефтис и отодвинулся в сторону, вынуждая бедолагу повернуться головой к нему и подставить под удар меча мягкое брюшко.

– Х-ха! – воительница умело распорола брюхо охотничьим ударом: с вывалившимися внутренностями дичь далеко уйти не может, а потроха у жуков все равно никто не ест. Она не учла только того, что они были не на охоте, а в бою.

Жук, мгновенно забыв про Найла, повернулся к женщине и кинулся на нее, сбив с ног. Все, что успел сделать Посланник Богини – так это наступить на волочащиеся по полу кишки. Шестилапый окончательно обезумел от боли, начав крутиться из стороны в сторону, и Нефтис ловко, одним ударом, подсекла ему лапы с правой стороны.

Краем глаза Найл увидел приближающиеся из соседнего отсека черные тела, подхватил ящик, кинул Нефтис:

– Беги!

К счастью, воспитанная смертоносцами в безусловном подчинении телохранительница не стала задавать никаких вопросов или изображать самопожертвенность, и просто выполнила приказ. Посланник Богини перепрыгнул окончательно изувеченного жука, заскочил в люк, закрыл дверь переборки и принялся торопливо крутить ворот, запирая ее по всем правилам: чтобы и герметичность сохранила, и взрывную волну, коли потребуется, выдержала. Пусть теперь отпирают своими лапками, как хотят.

Он кинулся вслед за женщиной, и догнал ее уже в головном отсеке, над водой, завязывающую маску. Найл тоже закрепил респиратор – увидел поднимающегося по трапу жука, и уже без всяких колебаний вогнал меч несчастному в щель перед грудной пластиной, хорошенько провернув клинок в ране. Если хочешь соблюдать моральные принципы – нужно было оставаться рабом. А коли бежишь: все, кто на дороге – враги.