Враг неведом - Ник Перумов

…Он не помнил, что было с ним, когда неведомая сила втянула его внутрь проклятой машины. Он не мог сопротивляться. Всё, что он имел и умел, оказалось бесполезным. Можно выть, можно кататься по серому полу — ничто не поможет. Ты в клетке, ты заперт. И это, значит, называется Летучий Корабль? Но разве Великий Дух нуждается в грубой силе, чтобы призвать к себе одного из собственных чад? Нет, конечно же, нет! Когда схлынуло первое отчаяние, Твердислав смог осмотреться. Правда, оказалось, что смотреть-то как раз и не на что. Серо справа, серо слева, серо вверху, серо внизу. Серо со всех сторон. И так же серо, тяжко и безрадостно внутри. Да, он смог, он выполнил Долг Крови, он освободил Лиззи… но вот донесут ли её до клана Бу с Ольтеей? Не окажется ли всё напрасным?.. Перед глазами до сих пор стоял алый берег, распластавшаяся на песке дивная железная птица, спустившаяся за ним с небес… Как он мечтал в своё время об этом! Оказаться подле самого Великого Духа! Взглянуть в Его бездонные очи, “вместившие всю мудрость и всю боль мира”, как любил повторять Учитель…

Куда всё это пропало? Почему он сидит, скорчившись в углу, уронив голову в ладони, с трудом сдерживая постыдные слезы? Ведь даже с друзьями он расстался ненадолго! Там, в Чертогах, его будут ждать встречи с теми, кто погиб, не дождавшись своего Дня, там он встретится с Джейаной — быть может, поглощённая огненной пастью, она уже ожидает его?.. И сердится, что его нет так долго, что он не радуется предстоящей встрече?..

Твердь тяжко вздохнул. “Прости меня, Великий Дух. Прости. Я должен был это сделать… Вождь из Вождей и Воин из Воинов, ты, наверное, поймёшь меня. Как же так — бросить крошечную малышку, и пальцем не пошевелив, чтобы попытаться выручить! Знаю, знаю, “клан без тебя мог погибнуть”. Но что же это за клан — и что же я за вождь, — если без меня он обречён на погибель? Тогда, наверное, тянуть и в самом деле нельзя. Пусть каждый встретит свою Судьбу. Но встретит не с покорно опущенными руками!”

Тишина. Откуда-то издалека доносился еле слышный, приглушённый гул. Стена едва заметно подрагивала. Больше ничего не менялось.

Как ни взвинчен он был, как ни разгорячён схваткой, однако мало-помалу начинал успокаиваться. Жизнь в кланах приучала переносить удары Судьбы, не опуская головы. Заполненная пламенем пропасть поглотила Джейану… но, как бы то ни было, они ведь всё равно ещё встретятся. Там, у Престола Великого Духа. Что бы ни случилось. Старая, привычная жизнь осталась позади. Летучий Корабль нёс его в неведомое, навстречу самому важному событию всей его жизни и навстречу тому, что последует за ним. Можно было гадать до бесконечности — но ведь всякий знает, пути Всеотца неисповедимы. Никто никогда, даже Учитель, даже Исса, Наставник наставников, не сможет сказать, что ждёт тебя за Небом. Иная жизнь — или вечная Тьма, в которой навсегда тонут согрешившие против Его установлений? Если это правда, ему, Твердиславу, несдобровать. Уж он-то, похоже, нарушил все установления, какие только мог.

А Летучий Корабль, чуть подрагивая, всё нёс его дальше и дальше. Жаль, что здесь нет окон, что нельзя в последний раз посмотреть на родной мир с высоты. Остаётся только ждать — кто знает, сколько? По этому поводу, кстати, — неплохо было бы поесть.

Стыдись! — попытался он одёрнуть сам себя. — Стыдись! Готовишься предстать… а сам думаешь о жратве!

Однако это помогло слабо. Живот бурчал что было сил, словно решив отыграться за долгую и вынужденную покорность, — в дороге, как известно, ели что попало, а зачастую и вовсе постились.

Некоторое время Твердислав убил, борясь с этой стыдобой. Пока что — надо признаться — Полёт На Летучем Корабле, о котором в кланах ходило столько придумок, его разочаровывал. Сидишь в слепой коробке, точно пойманная малышней землеройка. Ничего не видишь, ничего (почти) не слышишь, ничего (почти) не чувствуешь. Ничего не изменяется. Ходишь по полу, как по земле, не трясёт, не качает. Всё слишком деловито и буднично. Не так, нет, совсем не так рисовался ему этот миг…

Но что толку роптать на Им решённое? Уж Летучие-то Корабли, не сомневался вождь, это точно — деяние Великого Духа. А всё прочее… Многие могут святым именем прикрываться: пользуясь Его несказанной добротой и всепрощением…

А как же клан Хорса? Или прав Чёрный Иван, и не Всеотца длань поразила их?..

Чем больше времени проходило с того дня, как Твердислав познакомился с Чёрным Иваном, наставником-изгоем, тем сильнее убеждался, что встреча та — вещая. Жаль только, пробыли вместе недолго. А теперь и спросить будет не у кого. Разве у самого Великого Духа? Но не станешь же у него выяснять, зачем-де в глубине земли вырыты тоннели, кто такие Чёрные Колдуны с Острова Магов и почему так верилось во всё, что говорил Иван, хотя это было совершенно не то, чему учил родовичей Учитель. Да и ответит ли Великий Дух? Смешно.

Твердислав ни на миг не верил, что Лиззи похитили, потому что на это-де, мол, была воля Всеотца. Не верю! Великий Дух благ… по крайней мере в это хочется верить.

А потом внезапно раздался громкий и неприятный лязг пополам с шипением. Корабль ощутимо встряхнуло.

От неожиданности Твердислав замер, не зная, что делать. Руки сами собой сложились в один из охранных знаков — как будто бы подействовало, тряска разом прекратилась. Неведомые твари за стеной пошипели ещё немного в бессильной ярости и тоже умолкли.

Сердце вдруг заколотилось часто-часто. Сейчас… сейчас… Сейчас!!!

Серую поверхность стены рассекла чёрная отвесная трещина. Открылся проход — освещённый тусклыми огнями, вдаль тянулся длинный коридор. Это явно было сделано руками людей — идеально правильные углы, на стенах — крупные непонятные знаки, и сами стены тоже не гладкие, а все в каких-то мелких выступах, нишах, видны дверцы, круглые и прямоугольные, перемигиваются огоньки…

Стой. Да стой же!.. Нога Твердислава замерла над порогом.

“Ты забыл?! Именно так всё выглядело в подземельях Острова Магов!”