Бумеранг - Сергей Палий

— Вы чё, дебилы? — опасливо спросил он. — Или развести нас хотите? Да за такие бабки всех окрестных миротворцев можно строем заставить ходить.

— Я и заставил, — согласился негр. — Только это не помогло раздобыть артефакты.

Плохое предчувствие, давно терзавшее меня, окончательно вызрело и укрепилось.

— Место покажи, — потребовал я.

Полковник вздохнул и снова повозил пальцем по сенсорному дисплею наладонника. Продемонстрировал мне кусок карты. Я всмотрелся в смутно знакомые линии и отметки. Попросил:

— Масштаб уменьши.

Он двинул ползунок. Изображение стало схематичней, зато теперь было понятно, что это за район.

— Да ты головой повредился, — усмехнулся я. — Это ж западная окраина Янтаря. Там ученые какую-то шнягу взорвали — уже пару месяцев как сплошной аномальный фронт стоит. Плюс пси-активность. Даже безмозглые зомбаки эти гиблые места стороной обходят.

— Поэтому и пришлось использовать метод длинного кнута и сочного пряника.

— Ты понимаешь, что это самоубийство?

— Вы получите лучшее оружие и снаряжение. Некоторые образцы экспериментальные, не пошедшие в серийное производство из-за дороговизны. С такими не стыдно и Преисподнюю штурмовать.

— Там невозможно ни пройти, ни пролететь.

— На поверхности — да.

— Ты хочешь нас в катакомбы под западный Янтарь отправить? Да проще сразу пристрелить.

— Чего ты рассвистелся, как целка перед гинекологом? Наши сталкеры сумели миновать аномальные территории, но, к сожалению, исчезли в непосредственной близости от артефакта. Так что проход есть, это доказано.

— Безумие, — пробубнил Зеленый. — Я категорически против этого заведомо успешного суицида.

— Вашего согласия я и не спрашиваю, — пожал могучими плечами Роман. — Вопросы и пожелания по существу имеются?

— О, пожеланий довольно много, — пророкотал Дрой. — Во-первых, иди на…

— Да подожди ты! — резко перебил я веснушчатого бунтаря. — Где остальные цацки?

— Вы мне эту для начала принесите, — сурово отрезал полковник.

Я крепко задумался. Картина вырисовывалась скверная. Верхушка «Чистого неба», оказывается, состояла отнюдь не из отщепенцев-ботаников, решивших не допустить новой катастрофы в Зоне и возомнивших себя хранителями баланса. Они напрямую якшаются с военными и, как следствие, действуют либо в интересах армейских спецслужб, либо являются прикрытием некоего глобального госпроекта. Личина сердобольных блюстителей порядка и третейских судей для них, понятное дело, удобна — она позволяет лишний раз не привлекать внимания к истинным целям, которые преследует организация. Ну и ну! Что ж это получается, братцы? А то, что змеюшку мы прямо под боком пригрели. И теперь эта гадина покупает нас как последнюю уголовщину. Ладно, пока не удастся вытащить из башки этот паскудный передатчик, рыпаться все равно бесполезно. Послушаем.

— В общих чертах план действий таков, — начал Роман. — Сегодня же нас доставят к лагерю ученых, где вы получите кое-какие обновки. На рассвете двинетесь через катакомбы. К месту, где предположительно находится артефакт, выйдете к полудню. Берете цацку, пакуете в контейнер и возвращаетесь. Мы будем ждать на Янтаре.

— В лагерь ученых за несколько часов? — усомнился Зеленый. — На коньке-горбунке, что ли?

— Почти. Это не твоя забота, сталкер.

— Меня зовут Зеленый.

— Да хоть фиолетовый. Кстати, — полковник повернулся ко мне, — насчет загубленной «вертушки» у нас будет отдельный разговор с тобой и с твоим покоцанным дружком.

— С удовольствием, — кивнул я. — Только имей в виду, я бываю несдержан в беседах со сволочами.

Он улыбнулся, в очередной раз вызвав у меня приступ отвращения к желтоватому оскалу. Снял с пояса «нейротряс» и вместе с ПДА передал Лате.

— Растолкай четвертого и выводи их к транспорту. Мы поднимемся через пять минут.

— Подъем, мясо, — скомандовала Лата.

Зря она так, ох зря. Если я мог списать показушную грубость на женские комплексы и желание показать свое превосходство, то простому парубку Дрою на мотивы дурехи было глубоко забить. Он погремел наручниками, поднялся и одарил девку столь воодушевляющим взором, что я бы на ее месте предпочел немедленно покончить жизнь самоубийством, чем топтать Зону, имея такого врага.

— Грабли за голову. Кому сказала! Вперед, без команды не останавливаться.

Мы гуськом вышли на лестницу. На площадке топтались еще несколько вооруженных израильскими автоматами боевиков в синих комбезах. Завидев Лату, они затушили бычки и подтянулись. Надо же, оказывается, девочка не последняя сявка в этой своре.

— Проводить? — спросил один из сталкеров, с прищуром глядя на окольцованные запястья Дроя.

— Не надо. В лазарете валяется еще один кретин с заштопанной шеей. Приведите его к транспорту, — распорядилась она. Подтолкнула Зеленого в бок: — Ну, чего встал, фонящее тело, сказала же, без моей команды не…

Дрой неожиданно бросился на обнаглевшую девку сбоку, целясь сцепленными руками в горло. Его мощное тело полностью скрыло под собой хрупкую девичью фигурку, вдавливая ее в железные шкафчики, стоящие вдоль стены. Раздался грохот, «чистонебовцы» вскинули стволы, но открыть огонь не решились, боясь задеть свою. Я уже нацелился двинуть одному из них в челюсть и помочь приятелю в благом начинании, но вовремя сообразил, что попытка бунта обречена на провал, и благоразумно решил не вмешиваться. Зеленый попытался выдернуть соединительный шнур из «нейротряса», но не успел.

Лата проявила чудеса изворотливости. Она змеей выскользнула из смертельных объятий Дроя и с разворота заехала каблуком ему в голень. Сталкер взвыл от боли и развернулся. В этот момент он был страшен.

— Пор-р-рву, сучка… — вырвалось из луженой глотки.

Лата отступила под прикрытие сталкеров из «Чистого неба» и хладнокровно вдавила кнопку активации ретранслятора на ПДА.

Дроя словно срезали большим ножом.

Ноги его подкосились, по перекошенному от ярости лицу пробежала судорога, после чего из глаз исчезло осмысленное выражение, а изо рта брызнула слюна. Страшный хрип разлетелся по лестничным пролетам, отскакивая от бетонных стен, тусклых ламп, заплесневелых труб и запертых дверей. Бродяга рухнул на пол и затрясся крупной дрожью, колотясь затылком об острый край ступеньки. Смотреть на конвульсии было жутковато даже нам, опытным сталкерам, повидавшим на своем веку немало ужасных смертей. Озноб прошибал от осознания: виной нечеловеческих страданий Дроя служили не коварная аномалия или кровожадный мутант, а изящный женский пальчик, давящий красивым ноготком на крошечную кнопочку.

— Хватит! — крикнул я. — Остановись!

Наши с Латой взгляды на мгновение столкнулись, и я вдруг увидел, как глаза девушки подозрительно блеснули. В тот момент я не понял, что послужило этому причиной: гнев, рефлекторно выступившая слеза или вообще случайный блик от площадной лампочки.