Солнце цвета льда - Дмитрий Казаков

Оборванец с кинжалами, получив удар в живот, не остановился, продолжил атаку. Второй, у которого из раны в шее хлестала кровь, зашатался, но замахнулся еще раз.

– Н-на! Получай! – вопил за спиной Нерейд, тоже с кем-то сражавшийся.

Ивар присел, пропуская удар над собой, и ответным подрубил врагу ногу. Повалившись, тот не вышел из драки, продолжил тянуться, орудовать клинком на древке. Другой метнул кинжал, но не попал, а после того, как меч конунга разрубил его череп до зубов, упал и затих.

Ивар наступил на шарившую по земле руку первого оборванца, услышал, как хрустнули кости врага. Пришпилил того, словно бабочку иголкой, прямо в сердце, и обернулся, чтобы поглядеть, как дела у соратников.

Нерейд рубился с толстяком, вооруженным двумя мечами, обоим мешал валявшийся под ногами труп. Арнвид с окровавленным клинком в руках стоял над зарубленным юнцом, чье лицо выглядело удивленным.

– Ха, готово! – воскликнул Болтун, обманув противника и вонзив меч ему в грудь. – А вы чего уставились?

Трое забрызганных кровью викингов стояли в центре свободного от людей круга, и со всех сторон на них смотрели удивленные лица. Где-то в задних рядах мелькали алебарды, слышались недовольные возгласы – к месту схватки проталкивались стражники.

– Думаю, что такое тут не каждый день, – Арнвид с кряхтением нагнулся, вытер меч об одежду убитого. – А как чужаки меж собой дерутся, всегда приятно поглядеть… что здесь, что у нас.

Трое приставленных к варварам воинов наконец выбрались на открытое место.

– Позор нам! – рявкнул один, чье лицо стало белым, как усыпанная мукой тарелка, поклонился так низко, что едва не коснулся макушкой земли. – Вы целы, благородные жуны?

Другие двое принялись разгонять любопытных, отвешивая удары древками.

– Мы-то да, та вот они – нет, – сказал Ивар, убирая оружие в ножны. – Кто это такие?

– Разбойники, – побледневший распрямился, заговорил тише. – Мы обязательно разберемся и доложим вам… только не сообщайте, ради милостей Будды, почтенному Ли Гуану…

Понятно, боится не за северных варваров, а за себя.

– Ладно, так и быть, – проговорил Ивар.

– А вы нам за это пива достанете, и расскажете, где тут девки продажные, – влез Нерейд, способный продать свой меч прилетевшей за мертвецом валькирии или купить у йотуна его собственную голову.

Ханец поморщился, но кивнул – деваться ему было некуда.

– Вы заметили, какие у них глаза? – спросил Арнвид, когда викинги двинулись в сторону причалов.

– У кого, у стражников? – удивился Болтун.

– Нет, у тех разбойников, что на нас напали.

– Мне было не до того, чтобы смотреть им в глаза, – сказал Ивар. – Но сражались они… странно. Будто вовсе не чувствовали боли, не ощущали ран, и ненавидели нас до глубин сердца.

– Точно! – обрадовался Нерейд. – Я ему пузо вспорол, а он…

– Это была проверка! – важным голосом изрек старый эриль. – Нас оценивали.

Ивар и Нерейд глянули на Арнвида с сомнением – никак от великого ума тот совсем умом двинулся. Но эриль ничуть не смутился, продолжил, размахивая руками и поблескивая глазами:

– Кто-то решил понять, чего мы стоим. Сначала я подумал, что это ван, но потом отбросил эту мысль… Нет, за нападением стоит кто-то другой, может быть, тот враг, которому мы еще только собираемся перейти дорожку, тот, кто устроил миру, да не одному, эти неприятности…

Ивар ощутил, как по спине пробежал холодок, невольно оглянулся – они еще не выяснили, кто во всем виноват, а неведомый враг уже прознал о викингах, что двигаются к его логову.

С кем же им предстоит иметь дело?

– Надеюсь, что мы его не разочаровали, – сказал конунг. – И не разочаруем еще.

Стражники не обманули – пиво, целых пять больших жбанов, притащили вечером, а к утру Нерейд знал все о злачных заведениях Цзянье, словно везде побывал, пощупал и заглянул под юбки.

– Здесь этакие места называются Зелеными теремами, – рассказывал он молодым дружинникам, а те слушали, вытаращив глаза и открыв рты, – там тебе что хошь сделают, и на нефритовой флейте сыграют, и дождем из тучки побрызжут, и пару уточек в пруду изобразят…

– А как насчет того самого, самого главного? – спросил Кари.

– А это само собой, – Болтун махнул рукой. – Вот, конунг нас отпустит, и прогуляемся. Еще они курят такую дрянь, что опиумом называется… и после нее, говорят, видно всякие хреновины… Это как мухоморов нажраться, только потом живот не болит и в отхожее место не тянет…

С причала донесся слитный топот, и Ивар глянул в ту сторону.

К драккару шагал Ли Гуан, за ним спешили еще несколько чиновников рангом пониже.

– Это за нами, – сказал Ивар, поднимаясь. – Арнвид, ты готов?

Заранее отыскали в сундуках одежду и сапоги получше, кольчуги для красоты, а не для боя, и такие же шлемы – все же ван не какой-нибудь захудалый хевдинг или херсир, на тех, кто одет плохо, и глядеть не станет.

– Готов, – ответил старый эриль.

С собой решил взять еще Ингьяльда да Кари, а Нерейда оставить на корабле – еще выкинет какую-нибудь шутку, потом объясняй, сидя на колу или в темнице, что он не имел в виду ничего плохого.

– Привет вам, доблестные жуны, – заявил Ли Гуан, подойдя к драккару. – Прошу, следуйте за мной, к полудню мы прибудем во дворец вана, да порхает вечно над ним фэнхуан.

На твердой земле, у основания причала, ложных послов ждали лошади – с вплетенными в волосы лентами, с колокольчиками на уздечках, но очень уж мелкие, никак не для викингов.

– Ты аккуратнее, – предупредил Ивар Кари, – не раздави.

– Ногами от земли отталкивайся почаще, – посоветовал ухмылявшийся в бороденку Арнвид.

Бедное животное только мученически вздохнуло, когда ему на спину уселся огромный берсерк. Издало писклявый звук, какой редко услышишь от лошади, и пошло, еле перебирая дрожащими конечностями.

Торжище около порта осталось позади, проплыли мимо ворота, почтительно вытянувшиеся стражники. Викинги оказались на улице, меж одинаковых невысоких домов, украшенных вывесками, колокольчиками, фонарями, и досками, на которых красовались черные закорючки.

– Иероглифы называются, – гордо сообщил Арнвид, чьи уши со вчерашнего дня были растопырены, словно крылья летучей мыши, – это как наши руны, только хитрее, и много их, а не двадцать четыре.

Ли Гуана несли в носилках, а впереди всех шагали воины, отпихивали любопытных в стороны, освобождали дорогу. Зеваки глазели на северных варваров с интересом, но без враждебности – не боялись, несмотря на то, что те велики и свирепы, и вчера такую бойню учинили…

Проплыло мимо сооружение, похожее на множество положенных друг на друга шляп из черепицы. Открылась квадратная площадь, а за ней – окруженный невысокой стеной дворец на возвышении.