2024-й - Юрий Никитин

Асфальт кончился, машина свернула на разбитую колесамипроселочную дорогу. По таким ездили на колесницах хетты, гиксосы, скифы, гунны,на повозках — короли средневековой Европы, в каретах — помещики России. Теперьвот мой супернавороченный и набитый электроникой «хаммер» кренится то на одинбок, то на другой, я постоянно кручу руль, объезжая ямы, заполненные водой,хотя последний дождь был три недели тому. Не помогает спутниковая навигация,потому колесница хоть и превратилась в автомобиль, но дороги остались те же.

У меня руки заняты, автомобиль сам подал сигнал дому, и япочти ощутил, что там начали просыпаться все службы: в ванну пошла горячаявода, в кофемолку посыпались с сухим шорохом только что поджаренные до нужнойкондиции зерна, на плите под кастрюлей с водой вспыхнул огонь, а холодильникпоспешно проверил ассортимент продуктов и быстро заказал по инету недостающие.

Весь дом и все на участке, включая автомобиль игазонокосилку, соединены сетью, постоянно переговариваются между собой,стараясь выполнить работу так, чтобы я их вообще не замечал, и я не замечаю,человеческий мозг и так работает с нагрузкой в сотню, а то и в тысячу мозгов,если взять за единицу отсчета лет сто назад.

Подъезжая к дому, я с облегчением бросил руль и,повернувшись к заднему сиденью, начал доставать пакеты с едой и гаджетами.Автомобиль еще издали подал сигнал воротам, те поднялись как раз к моменту,когда он, сбрасывая скорость, подкатил ближе. В глубине двора точно так жепошли вверх двери гаража. Сверкающий болид вполз в просторное помещение, где уменя еще и склад всего-всего, начиная от годового запаса меда и кончая старымикомпьютерами.

Для автомобиля свет не нужен, но гараж издали определил, чтов этой железной коробке находится властелин всего-всего, и помещение залил приятныйоранжевый свет, достаточно яркий, дом знает, что люблю яркий и праздничный дажев туалете.

Я вылез, обвешанный пакетами, и, когда поднимался накрыльцо, из-под опускающейся двери гаража выплеснулась струйка грязной воды,это чистильщик быстро смыл грязь с колес.

Во внутренностях металлической двери трижды щелкнуло, онараспахнулась как раз в момент, как я поднялся на крыльцо. Вспыхнул свет, а едвая перешагнул порог, дверь захлопнулась, помедлив пару секунд, чтобы неотхватить подметку.

Тут же в предбаннике, где я складывал дрова, когда толькокупил этот домик, гордо именуемый коттеджем, вспыхнул большой экран, пробежаликолонки цифр: сколько истрачено воды, газа, электричества, когда срок оплатыспутникового инета и прочей ерунды. Вообще-то, это все делается вавтоматическом режиме, но я по старинке предпочитаю все видеть в реале и бытьнаготове скорректировать в нужную сторону.

Из комнаты видно, как за окном на роскошном подсолнухе,уцепившись за край массивной шляпки, висит под ней ярко-желтая птичка иделовито клюет семечки. Хорошая здесь земля: прошлой осенью уронил кто-то израбочих, теперь вот пророс такой красавец…

Я щелкнул фотоаппаратом в мобильнике, сбросил снимок вгугол, и моментально оттуда пришла справка: большая синица, отряд певчихворобьиных, Oscines… Прекрасно работает эта новая служба опознавания визуальныхобразов…

Потирая руки, опустился за обеденный стол и взял в руки ножи вилку. На стене слева вспыхнул квадрат метр на метр, в нем появилось лицоТимура во всей красе, то есть с мельчайшими складками, прыщами и волосиками износа. На одном что-то блестит подобно мелкой жемчужине, но вряд ли этожемчужина.

— Шеф, — сказал он быстро, — неприятности.

Я щелкнул пальцами, включая связь. Тимур отыскал менявзглядом.

— А-а, — сказал он огорченно, — ты уже надаче… Извини, что порчу уик-энд.

— Что случилось?

— Утечка, — сказал он.

— Опять?

— Снова, — поправил он.

Сердце мое сжалось, вот так, когда все вверх и вверх покрутой дуге, а потом крылья горят, и ты мордой вниз, в инфаркт влетают,докатываются молодые да ранние вроде меня.

Я вздохнул поглубже.

— Что на этот раз?

— Пока только с десяток концепт-артов, — сказал онторопливо. — Но мы все равно ничего не понимаем! Уже в инете. Как? У насже полная изоляция! Столько раз проверял, что и во сне, как лунатик, всевспомню.

— Да, — буркнул я, — выходные ты мнеиспортил. Так что завтра с утра буду в офисе. Проверим вместе. Что-нибудьпоменяем. Если снова сопрут, значит — не то меняли.

Он спросил тихо:

— А если сопрут…. ядро?

— Тогда можно в петлю, — ответил я глухо. — Ивообще нас могут утопить. В буквальном смысле. Я не шучу. Просрать такие деньгии пятилетний труд?

Он ответил потрясенным голосом:

— Хорошо, Володя. Буду ждать. Признаюсь, сам уже ничегоне могу, голова трещит. Тебе до инфаркта рукой подать, а у меня уже инсультначинается. И болезнь Паркинсона.

— Хоть не Дауна, — буркнул я.

Постель ликующе приняла мое тело, как волны теплого моря,дом тут же переключил часть функций на заботу о хозяине: полная темнота в спальне,свежий воздух с распыленными фитонцидами, это подсказал домашний медцентр,нужная температура и полная изоляция даже от чириканья птиц или трескакузнечиков.

Но все равно сон не шел, сердце колотится тревожно, а вчерепе носятся горячечные мысли. За эти пять лет сотрудничества с Корневицким,вернее, работы по его заказу, мы подошли вплотную к запуску «ВиртуальнойМосквы», а за это время, подтверждая свои возможности, несколько раз делали длянего тридэшное видео по пять-десять минут, где красотки либо красиво танцуют,либо совокупляются друг с другом. Он почему-то не любит сцены прямого траха,когда женщина с мужчиной, проявляется понятное самцовое доминирование, а когдаженщина с женщиной — это так, игра, ничего серьезного, мужское самолюбие незадето, это как бы даже искусство, эстет хренов.

Свои заказы, над которыми работали еще до него, мыблагополучно сдали, долги выплатили и с того дня трудились только над«Виртуальной Москвой».

Странно, даже те, кто кривил морду и брезгливо морщил нос,очень быстро увлеклись проектом и работали с жаром, которого я не ожидал.Вообще-то аксиома, что любой мужчина, даже абсолютно не умеющий держать в рукекарандаш, тем более — кисть художника, все равно с удовольствием нарисуетженщину… или хотя бы какую-то ее часть.

Собственно, в «Виртуальной Москве» предполагается, чтовсякий игрок будет работать, ходить в магазины, посещать рестораны и кафе,дискотеки, словом, жить обычной полной жизнью. Против этого никто не возражал,сопротивлялись только элементу, который в rl присутствует еще как, а вот в vlвроде бы как-то неприлично, нам же самим будет стыдно, мы же интеллигенты,одухотворенные личности, мы даже срать не ходим и вообще не совокупляемся, этоприсуще только грязным животным…