Непревзойдённые. Демоны Второго Города - Вадим Панов

– Без её согласия, разумеется?

– Разумеется.

– Очень интересный эксперимент, – одобрил Вузелок, пытаясь предположить, кого именно хочет захватить Бубнитель.

– Я рад, что вы столь высоко оценили стоящую перед нами задачу, проректор. – Мафтан чуть поклонился. – Королева Гнил будет благодарна вам за помощь.

– О какой фее идёт речь?

– Не думаю, что это важная подробность.

– Значит, о Непревзойдённой… Но разве остались другие феи, кроме Ириски?

Равнодушные стеклянные глаза маски уставились на прячущего лицо мафтана. Из-под шляпы хрюкнуло, и господин Кахир поинтересовался:

– Я могу рассчитывать на вашу помощь?

А вот на этот вопрос Вузелок мог ответить только так:

– Безусловно. – Но прежде, чем Бубнитель начал его благодарить, добавил: – Однако книгу придётся долго искать.

– Почему? – разочарованно спросил Кахир.

– Библиотекарем нашего факультета был доктор Светлов, а он стал жертвой чумы. Без доктора Светлова разобраться в огромном собрании книг невероятно трудно, но мы постараемся, – любезно пообещал Вузелок. – Нужно будет найти соответствующую карточку в каталоге, затем отправиться в указанное в ней хранилище и отыскать книгу.

– Когда мы сможем этим заняться?

– Сейчас подземелья окуривают лечебным дымом, убивающим чуму, – не моргнув глазом солгал Вузелок. Он не собирался пускать посланника королевы Гнил в подвалы до тех пор, пока не будут пойманы воры. – Эта работа продлится ещё два – два с половиной часа. Вы можете пока перекусить и отдохнуть с дороги.

* * *

Ириске, Хише и Петровичу определили апартаменты не в гостевом доме, который стоял рядом с казармой Академического Контроля, а здесь же, в Ректорской башне. И это были не апартаменты, а просто комната отдыха преподавателей, в ней они уединялись в перерывах между лекциями. В большом и светлом помещении стояли удобнейшие, очень мягкие кресла, два дивана и столик, на котором возвышалась хрустальная ваза с аппетитнейшими фруктами: тут были и персики, и груши, и яблоки, и апельсины, и виноград. Южная стена комнаты представляла собой одно большое окно с дверью на балкон, который оказался настолько просторным, что правильнее было бы назвать его террасой.

Ириска, разумеется, сразу же на него выскочила, на мгновение замерла, зачарованно разглядывая открывшийся вид, и рассмеялась:

– Здесь чудесно! – и надкусила прихваченное из вазы яблоко.

Балкон выходил на левый берег Каиллы, и с него как на ладони была видна Парадная набережная и весь Второй Город, окружённый невысокой, по сравнению с Цитаделью, крепостной стеной. Сразу за городом начинались сады, за ними – густой лес, а примерно в трёх километрах от стены возвышался знаменитый Кабаний холм – излюбленное место охоты горожан.

Сейчас, когда солнце поднялось почти в самый зенит, открывшийся перед Ириской вид представлял собой удивительно красивую череду переходов: от зелени леса к серому камню города, а от него – к синеве широкой Каиллы. Природа – человек – природа. И – удивительное дело! – эти переходы совершались с естественной непринуждённостью: лес легко перетекал в город, камень которого плавно спускался к воде.

Второй Город был идеально, как на холсте великого художника, вписан в мир.

Как все города Прелести.

И Ириска застыла – восхищённая и очарованная.

– Высота большая, не спрыгнешь, – пробубнил Страус, опасливо посмотрев вниз: до мостовой было не менее пятидесяти метров, а окружали Ректорскую башню невысокие домики.

– Зачем прыгать? – удивилась фея.

– Затем, что у дверей стоят стражники, – в тон Страусу продолжил Петрович. – И кажется, мы арестованы.

– Или твой лысый друг не хочет, чтобы мы разгуливали по Цитадели, – пожал плечами Хиша. – В конце концов, здесь чума.

– Он мне не друг, – насупился инженер.

– Ну, приятель, – поправился Дикий.

– Просто знакомый.

– Кстати, дядя Петрович, откуда ты знаешь Вузелока? – поинтересовалась девочка, с аппетитом хрустя яблочком.

– Мы учились в одно время, только я на простых факультетах, а Вузелок – на волшебном, – ответил Авессалом. – И я был уверен, что он останется в Академии.

– Почему?

– Потому что здесь, во Втором Городе и всей Второй области, находится настоящее царство волшебников, – объяснил Петрович. – Здесь правит ректор Академии, и Вузелок всегда хотел заполучить эту власть.

– Теперь его мечта осуществилась, – заметил Страус.

– Я тоже об этом подумал, – кивнул инженер и перевёл взгляд на фею. – Почему ты не сказала проректору, что не чувствуешь Волшебства?

– А почему он сам об этом не сказал? – вопросом на вопрос ответила Ириска. И чуть приподняла брови.

– Ты хитрая девочка, – рассмеялся Петрович.

– Спасибо.

– Думаете, Вузелок знает, что во Втором Городе нет Волшебства? – с умным видом осведомился Хиша.

– Разумеется, знает, он же волшебник. – Авессалом помолчал. – И ещё я думаю, что Вузелок знает, почему во Втором Городе нет Волшебства.

– Ты его подозреваешь?

– Мы все его подозреваем. – Петрович обвёл друзей взглядом. – Разве не так?

– Он мне сразу не понравился, – мгновенно ответил Страус. – У него такие ужасные круглые глаза!

– Это стеклянные очки, – хмыкнул инженер.

– Неважно! – отмахнулся Дикий. – У него отвратительные глаза!

– Птица, думай, что говоришь.

– Дядя Петрович, тебе нужно вернуться на «Бандуру», – неожиданно произнесла Ириска.

– Нам всем нужно вернуться на «Бандуру», – решительно произнёс Хиша. – Так безопасно. Нужно вернуться и улететь. Так ещё безопаснее.

– Птица, не бубни. – Петрович серьёзно посмотрел на девочку. – Может, правда вернёмся на «Бандуру»? Вместе?

– Я не могу, – твёрдо ответила Ириска. – Во-первых, мне нужна книга. Во-вторых, я хочу понять, что тут происходит.

– То есть мы с тобой останемся в башне полоумного проректора? – Страус громко щёлкнул клювом. Получилось одновременно и тревожно, и напуганно.

– Ты ведь не против? – мягко поинтересовалась фея и погладила встопорщившиеся на голове друга перья. – Мы ненадолго: заберём книгу, разузнаем, что случилось, и сразу же уедем. Я обещаю.

– Эх! – Страус отвернулся и храбро пропищал: – Конечно, я не против.

И погладил правым крылом свою знаменитую кожаную сумку.

– Вот и хорошо. – Ириска потрепала птицу по плечу и повернулась к Петровичу: – Мы с Хишей останемся, а ты отправляйся на «Бандуру» и будь готов взять нас на борт в любую минуту.