Иллюзия греха. Разбитые грёзы - Диана Соул

Бывший мэр столицы Бристоль, проворовавшись, решил провернуть глобальную аферу и заполучить состояние одного из богатейших людей того времени – Аластара Фокса. Способ был простым – подложил под него свою дочь, воспользовавшись каким-то редким приворотным зельем. Достали отраву тоже не абы где, а у одного из святых отцов. Почему служитель церкви пошел на сговор с мэром Бристолем не уточнялось. Но по факту проведенной совместно ночи, Кристалл забеременела, и Аластар Фокс объявил о помолвке с ней.

А дальше произошло любопытное: примерно через восемь месяцев эту помолвку расторгла судья Райт с формулировкой – введение в заблуждение одну из сторон. А еще через пару недель Кристал Бристоль и святой отец Кларк приготовили покушение на троих: Торани Фелс, Аластара Фокса и Викторию Райт.

К делу были приложены полицейские снимки с места преступления. Большой сарай, набитый соломой и стоящий посреди него автомобиль. Судя по материалам, Кристалл Бристоль с подельником собирались поджечь машину вместе с людьми. Здесь же нашлась фотография застреленного в спину святого отца Кларка. По свидетельству Торани его убил Деймон Стоун, спасая всех троих. Как там оказался мой отец мне было совершенно непонятно, но факт оставался фактом. На следующем снимке я увидел уже его. В луже крови от пулевой раны в животе, и с улыбкой на лице.

Было что-то жуткое в рассматривании практически собственного трупа. Настолько сильным выходило наше с ним сходство. И мне вдвойне было непонятно, почему отец не сумел себя излечить.

Он ведь медицинский маг, и по фотографии рана не казалась мне столь опасной, чтобы у него не нашлось нескольких минут на исцеление. Так почему он умер?

Я перевернул следующую страницу дела.

Деймона Стоуна застрелила Кристалл Бристоль, впоследствии сошедшая от этих событий с ума и попавшая в психушку. Ее должны были бы приговорить к казни, но принимая во внимание ее беременность, суд учел ситуацию, и она оказалась в лечебнице для душевнобольных

О судьбе ее дочери почти не сообщалось, разве что ее забрал отец Аластар Фокс, а Торани Фелс, в тому моменту уже миссис Фокс, усыновила девочку.

Я в очередной раз поразился мужественности этой женщины. Выходило, что она воспитывала дочь женщины, которая хотела ее убить. Странные превратности судьбы.

В сознание больно кольнула игла интуиции. Маленькое несоответствие с уже давно полученной и забытой информацией.

По всем данным в чете Фокс, не считая матери, было две девочки суккубы, старшая, чьего имени я не помнил, и младшая – Лизабет. Но если верить делу, то старшая была дочерью двух людей и никаким образом не могла стать иллюзорницей.

Я еще раз отлистал дело о смерти отца назад, перечитал всю информацию трижды, понимая, что разгадки там не найду, и запросил отдельно дело о Кристалл Бристоль.

Пожалуй, в архиве меня сегодня станут ненавидеть. Что ни час, то новое задание.

Мысли тем временем вернулись к убийце моего настоящего отца. Кристалл Бристоль.

Могла ли она быть суккубой? Отрицать такую версию нельзя, но тогда каким образом она забеременела от Аластара Фокса, если чуть позже у него произошла истинная любовь с Торани Фелз?

Ведь любить двоих невозможно… в деле, конечно, было упоминание некого зелья, вероятно приворотного, но с суккубами такая хитрость не работает…

Спустя час в кабинет постучался один из архивариусов и вручил мне в руки увесистую папку, гораздо толще, чем я мог бы себе представить ранее.

Первое, что бросилось в глаза – это надпись рукой генерала Сакса у верхнего угла папки: “засекретить”. Второе, гриф “СС”. Это настораживало, особенно если учесть, что речь шла всего лишь о сумасшедшей женщине, пусть и убийце.

Мне было понятно, почему я взял это дело, но зачем его изучал отчим и тем более присвоил статус гостайны – интриговало.

Я открыл папку и с первых же строк погрузился в биографию мисс Бристоль. Обыкновенная, взбалмошная, избалованная деньгами девчонка, при этом праведная прихожанка церкви на людях. Лицемерно, хоть и не удивительно.

Будучи на сроке восьми месяцев, совершила убийство доктора Деймона Стоуна. Вину всячески отрицала, заявляла, что убила в тот вечер Торани Фелс.

Врачебная экспертиза показала невменяемость мисс Бристоль, что подтверждалось многочисленными свидетельствами. Рассудок бывшей леди пошатнулся. К делу прилагались судебные заключения с клинической картиной: эпилептические припадки, агрессия, сменяемая приступами апатии, кататония, сумеречное расстройство сознания.

Неудивительно, что беременную женщину поместили в лечебницу, но и там своевременного лечения оказать не смогли, боясь навредить плоду.

Я листал новые и новые страницы, осознавая очевидное: практически вся папка с делом убийцы моего отца была медицинской картой.

Новые диагнозы, заключения, ход терапии, которая не давала результатов. Я дошёл фактически до конца: до даты смерти, спустя несколько лет после ее ареста, и отчета о вскрытии. В причинах кончины молодой девушки значились необратимые повреждения мозга.

Я перевернул последний лист, и моя рука замерла в воздухе.

С единственного снимка, пришитого к делу, на меня смотрела Аманда, с перекошенным в безумном крике ртом, диким взглядом и всклокоченными волосами. Ее руки и тело сжимала смирительная рубашка, но даже этого было недостаточно, чтобы удержать буйную. На снимке она бросалась на фотографа, с выражением будто желала впиться зубами в горло и разорвать. Судя по подписи, изображение сделали буквально за несколько дней до смерти, когда она уже абсолютно не контролировала себя и свое поведение.

Мне пришлось зажмуриться и помотать головой, в надежде что мираж рассеется, и когда открою глаза не увижу знакомого лица.

Но нет.

Сходство были слишком очевидным, чтобы его игнорировать.

– Мэр Бристоль ведь был с Юга, – я пытался вслух убедить сам себя и найти ещё варианты, кроме самого очевидного. – У него могли оставаться там родственники. Возможно, Томас Харрисон его троюродный брат, или его покойная жена – кузина. Это бы объяснило похожую внешность. Разные ветви одного и того же рода. В конце концов, бывают же просто похожие люди…

Мне казалось, я занимаюсь самообманом, ведь очевидный факт и один, единственный вывод лежал передо мной в стопках документов, разложенных вокруг.

Чем дольше я вглядывался в лицо Кристалл Бристоль, тем большее понимал, что прав, но озвучивать ответ даже себе боялся.

Меня могло немного успокоить то, что у Аманды более мягкие черты лица, немного другой изгиб бровей, менее вздернутый нос… Во всем же остальном, она была похожа на мать? Или все же на дальнюю тетку?

В этот момент в двери кабинета раздался настойчивый стук.

– Войдите, – бросил я, при этом сам поражаясь спокойствию собственного голоса. Еще холоднее, чем обычно.