Тёмная грань любви - Лана Ежова

— Не напрягайся так, — хмыкнул Вебранд, — почтенный Нортем всего лишь любит поесть.

— Тогда в сравнении с предыдущими жрецами он святой, — обрадовался бородатый кромешник. — Шестой утопил заветы своей богини в вине и ягодных настойках. Четвертый пытался устроить в граде подпольные петушиные бои. Третий и вовсе заглядывался на чужих жен.

Судя по тону, для Фроста это самый страшный грех.

— Складывается впечатление, что в столичном храме сейчас идет чистка: всех неугодных и провинившихся отправляют в ваш град на проверку.

Φрост вздохнул и с откровенной усталостью в голосе признался:

— Достала ситуация. После этой зимы у нас восемь пар без благословения, две уже ждут пополнение в семьях. Если и этот жрец не подойдет, придется везти наших молодых в храм соседнего града. И Вьюгу засмеют.

— Весело у вас, — тихо прокомментировал Вебранд.

— Жалеешь, что поменялся со мной два года назад?

— Нет. Наши судьбы сложились бы иначе, и сомневаюсь, что мы встретились бы сегодня.

— Вот шмырь! — воскликнул вдруг Фрост. — Он грохнулся.

— А я предлагал снять его, — спокойно напомнил Вебранд. — Он жив?

Магмобиль пошел на снижение, я же сделала вид, что проснулась только сейчас: любопытство уже ело поедом, требуя узнать, о чем говорят кромешники. Впрочем, догадывалась и так: обсуждали бедного жреца и его нежелание служить в Приграничье.

Почтенный Нортем пытался удрать из лазарета, выбравшись через окно своей палаты. Но карниз оказался недостаточно широким и вдобавок после дождя скользким. Несчастный свалился с высоты второго этажа.

— О богиня… Мать моя… — стонал бедняга среди фиолетовых первоцветов. — За что мне все это?

Заметив нас, Нортем попытался ползти. Сбежать покалеченным.

Я, аристократка с длинной вереницей вельможных предков-магов, ругалась, когда ломала себе что-нибудь. Жрец же просто стенал, не забывая свою небесную покровительницу. Точно святой, хоть и жрун с пропастью в желудке.

К чести кромешников, они без зубоскальства, аккуратно оказали первую помощь жрецу до прихода целителя. Точнее тот, запыхавшись, прибежал вместе с помощниками.

— Мы приложим все усилия, но срастить очередные переломы сможем лишь к обеду завтрашнего дня, — сообщил виновато старший целитель, когда Нортема успокоили и погрузили в сон.

— Хорошо, мы подождем, — помрачнел Фрост. — Хотя…

Его прояснившийся, полный предвкушения взгляд мне не понравился. Совсем не понравился! И не зря.

— Эрик, сделай одолжение: привези жреца во Вьюгу.

Я с тревогой посмотрела на Вебранда — тот, хмурясь, огласил мою мысль:

— А самому сложно?

— Ждать столько я не могу — как лорд-хранитель, Вьюгу бросать дольше, чем на сутки, не имею права. У тебя же появится повод заглянуть в форпост, от которого ты отказался, — мудрено объяснил Фрост.

— Я обещал Ядвиге помощь в завершении одного дела, — Вебранд перевел взгляд на меня, — и нам добираться до места назначения несколько дней.

Я едва заметно кивнула, подтверждая его предположение.

— Леди Вебранд, ваше дело может подождать два-три дня? — спокойно поинтересовался Фрост. — Возможно, вам стоит отдохнуть после сегодняшнего боя?

Зелено-карие, с желтыми крапинками глаза стража смотрели прямо в душу. Попробуй откажи их обладателю!

Но я попыталась:

— Лорд Андивир, я не устала.

— Во Вьюге пройдет уникальная церемония, на которую уже приехали друзья Эрика, — мягким, убаюкивающим тоном рассказывал кромешник, не сводя с меня глаз. — Наши жены учились в КУМ, вы ведь тоже окончили столичный университет? Вдруг знакомы?

На меня не давили, нет, но грамотно подвели к нужному выбору. Стало неудобно, что я, бука, мешаю «мужу» встретиться с друзьями.

— Хорошо… Два-три дня мое дело ещё терпит.

Бородатый здоровяк в первые минуты знакомства виделся косноязычным хохмачом, и проявленное красноречие по-настоящему ошеломило. Я не была готова к таким уговорам и пронзающим душу взглядам.

— Леди Вебранд, обещаю, вам понравится.

Мой фиктивный супруг решил быть честным и попытался отговорить:

— Ядвига, уточню: уникальной церемония была первый раз. Не так ли, Эйден? Сколько раз вы ее уже повторяете? И как долго это продлится?

Не понимая, о чем идет речь, я обратилась в слух. Все ж стоит знать, ради чего собираешься отложить свою месть.

Стараясь не ухмыляться скептически, Фрост объяснил:

— Вы слышали о камнях из Покрова Латории?

Кто же не слышал о легендарном камне, которым богиня Мать тысячу лет назад закрыла перевал в горах, тем самым остановив нашествие нечисти? Напоенный невероятной силой, он отпугнул кровожадных тварей. Позже, отколов гигантский кусок, маги отвезли его в столицу, а спустя годы несколько осколков из него король подарил Вьюге. Так, у крепости появилась одна стена с абсолютной защитой.

— Я проходила практику в вашем крае, наслышана.

— Отлично, значит вы понимаете важность этих камней. Два года назад, накануне бурана века, продажный жрец вынул их из стены, тем самым ослабляя Вьюгу. Мы вернули их, но вставленные в стену простым артефактором, они не действовали. Новый жрец также не смог их активировать. Из столичного храма нам прислали следующего, но и он не справился, как и последующие. Вот, в седьмой раз мы ждем почтенного Нортема. Вдруг ему повезет?

Повезет?.. Фрост уже верил не в силу жрецов, а в банальную удачу? А, может, дело в том, что осколки выдохлись? И нет, столь кощунственную мысль я не выскажу вслух.

— Как на это смотрят жрецы? — спросила и тут же смутилась из-за очевидности ответа. — Хотя, о чем это я? Уверена, они не очень рады к вам ехать.

Если не получится вернуть Вьюге благословение богини Матери, значит, служитель слаб и недостоин своего сана.

— У нас уже ставки делают, сможет ли седьмой жрец вернуть камни на стену.

Что? Ставки?.. Вообще, чудесно, какие милые люди!..

Негодование на Фроста и вьюжан не успело захватить меня полностью — включилась логика.

Когда зимние твари спускаются с гор, по своей природе они не могут пройти мимо человеческих поселений, и Вьюга гарантировано берет на себя удар. Божественная защита одной из стен — преимущество, которое нельзя недооценивать. И можно только представлять недовольство местных, которым присылают неумех-жрецов. И хорошо, что над ними лишь смеются, другие вываляли бы в смоле и перьях.

Теперь понятна кислая мина нашего Нортема и его побег. Кто же хочет позориться?

Может, жрец и ногу сломал неслучайно? Если бы не Вебранд, он преспокойно поедал бы пирожки, отсиживаясь в трактире, пока храм не отправит другого служителя. Чую, на то и был расчет.