Изгнанники - Василий Горъ

– Ты о чем?

– Как о чем? Там же эти, как их… ну… те, кто завалил Стацека и его парней.

– О, черт! Нашли? – подскочив на месте, Жало вцепился в отворот рубашки подчиненного и, подтащив его к себе, зарычал. – Где?

– Клуб этих двинутых на всю голову, босс, знаете? Ну, тех, кто по горам скачет!

– Альпинистов, что ли? «Дхаулагири»? – вспомнив только что озвученное Клешней название, Ингвар отпихнул от себя помощника и надвинул на глаза рамку монитора. – Нет, не знаю. Но сейчас найду.

– Мичюс скинул трехмерную схему района, босс, – засуетился Клешня. – И, судя по пометкам, уже успел заштриховать[26]подходы.

– Так быстро? – удивился Гурниссон. – Ничего себе.

– Быстро? Да вы были у нее два с половиной часа!!!

– А-а-а. Тогда нормально. Поднимай флаер: летим домой – надо захватить с собой О’Брайена и – Лорри.

Офис небольшой инвестиционной компании «Мираж-Эль» занимал два нижних этажа делового центра «Кристалл», расположенного на пересечении Седьмой авеню и бульвара Эдди Маори. В стеклянном здании, обычно называемом Кошельком, Ингвар бывал довольно часто, но на нижние этажи, где снимала офисы всякая шушера, не спускался ни разу: деловой партнер Папы Джордана, уроженец Ниппона Мияги Кейсо, владел пентхаусом и четырьмя верхними этажами. Поэтому спускаться ниже у Гурниссона не было никакой необходимости.

В общем, изучать поэтажную схему здания Жало начал снизу. Уделяя особое внимание выходам на подземную стоянку, тоннелям системы доставки, сервисным коридорам и канализации. В принципе, особой необходимости в этом не было – Мичюс, не самый криворукий из «сотников» Семьи, уже отметил на схеме все места, которые могли быть использованы хозяевами «Мираж-Эль» для экстренной эвакуации. И даже успел позаботиться о том, чтобы свести их количество к минимуму – например, судя по метке, висящей рядом с двумя ближайшими к офису тоннелями системы доставки, на время «Ч» минус пять минут планировалась небольшая авария пневмосоставов. Которая должна была закупорить оба доступных из офиса сервисных люка. И сделать невозможной любую попытку уйти по «трубе». Для того чтобы перекрыть путь отхода через канализацию, Мичюс собирался опустить в стоки фильтры системы экстренной очистки сточных вод, принадлежащие СЛК[27]. Очень неплохое решение – Жало по собственному опыту знал, что пробиться через расположенные через каждые сто метров перегородки без помощи подрывника практически нереально. Все четыре шахты подземного гаража, оба подъемника для грузовых флаеров и двери, ведущие на улицу, тоже блокировались достаточно просто. Командой на локальный узел АССБ[28], опускающей бронеплиты вокруг места возгорания или возможного теракта.

Закончив изучать схему здания, Жало связался с проявившим очень неплохую деловую хватку подчиненным и на всякий случай поинтересовался:

– Список приоритетов очищен?

– Так точно, босс, – ничуть не обидевшись, по-армейски четко отрапортовал Мичюс. – Не разблокируют и не уйдут. И местные тоже не вмешаются – просто не увидят.

– Отлично. Мы уже на подлете. Можешь потихоньку выдвигать ребят на точки – через двадцать минут начинаем.

Следовать по коридору вслед за О’Брайеном и Лорри было немного непривычно: скорость реакции андроидов превышала возможности самого Жала как минимум раза в два. Поэтому на подсказки Мичюса, ведущего атакующую тройку, они реагировали намного быстрее. И успевали срезать защитников офиса еще до того, как Ингвар начинал рефлекторно перемещать стволы своих «H&K». В общем, после пятой попытки успеть за слишком быстрыми для него подчиненными Жало убрал пистолеты в кобуры. И, закинув в рот пару пластинок стимулятора, лениво поплелся вслед за Зомби, отрабатывающими вложенные в них деньги.

– Даю текст обращения, босс! – в акустической системе комма голос Мичюса, ведущего атакующую тройку, показался чересчур громким. – Кстати, в кабинете четверо. Двое – по обе стороны двери. Один – за чем-то вроде сейфа на одиннадцать часов. Еще один – на три часа. В нише.

– Оки. Ждем, – отозвался Ингвар. – Надеюсь, они не страдают глухотой.

Четверо сотрудников «Мираж-Эль», забаррикадировавшиеся в кабинете президента фирмы, не страдали ни глухотой, ни излишней тупостью: выслушав обращение Ингвара, переданное им через акустическую систему кабинета, они мгновенно отодвинули от двери массивный шкаф с документами и, спокойно распахнув ее настежь, ушли в глубь помещения.

Дождавшись, пока О’Брайен и Лорри окажутся внутри и на всякий случай сместятся в стороны от дверного проема, Жало прогулочным шагом прошел половину пути до массивного пластикового стола, за которым восседал плюгавенький, но очень уверенный в себе человечек. И мило улыбнулся:

– Добрый вечер, господа. У меня всего два вопроса, на которые я планирую получить ответ. Первый: где сейчас находится пилот по имени Йоганн Мюллер. И второй – кто убил бойцов НАШЕЙ Семьи. В частности, Михая Стацека, Гоги Шониа.

– Ответ на оба вопроса один. Твоя смерть, – не дослушав предложение до конца, Плюгавый с интересом склонил голову на плечо и криво ухмыльнулся. – Ты был очень мил. Прощай.

Страшнейший рывок за шиворот, отбросивший его в сторону, и последовавший сразу за ним удар о стену чуть не вышибли из Жала дух: отработанный до автоматизма процесс выхватывания пистолетов занял чуть ли не две секунды.

«О, черт!!! – подумал Жало, кое-как сфокусировав взгляд: четыре размытые тени, мечущиеся в центре комнаты, напомнили ему виденный в детстве смерч. – Я что, брежу?»

Получить ответ на этот вопрос Ингвар не успел: в акустической системе комма раздался хриплый голос О’Брайена. И, вникнув в суть сказанных им слов, Жало рыбкой выпрыгнул в коридор:

– Уходите, босс! Они – такие же, как и мы.