Пыль всех дорог - Наталья Ракшина

— Я… не знаю. Я не сталкивалась с морфами вне нейтрали. Да, там от них всегда исходит холод. Нам говорили, что они не тронут.

«Говорили! На форс-мажор подобная инструкция наверняка не распространяется… Холод, значит?»

— Он им жизненно необходим?

— Скорее всего — да.

Формулировка «скорее всего» Ковалева мало устраивала, но вряд ли удастся получить более точные сведения в ближайшее время. Ощущение раздвоенности потихоньку отступало, речь окружающих (да и своя собственная) воспринималась вполне адекватно, оставалось выработать какой-то план действий. Оставшимся в кабинете лаборатории людям сейчас нечего противопоставить бронированному монстру, и, возможно, никого из этих людей уже нет в живых… Картинка из кабинета, разумеется, была видна на мониторах как на КПП, так и в помещении внутренней охраны. Что там сейчас? Открыли стрельбу? Отдельного протокола действий на такие случаи на секретном объекте нет и не было никогда, для всего же остального предусмотрены стандартные инструкции — от антитеррористических до всех прочих, включая вызов соответствующего подкрепления.

Опять же, если морф является разумным существом и увидит, что Тха-Сае нет в помещении, он может отступить, ведь предполагаемая жертва сбежала?.. И, наконец, ценный прибор, синх. Наверняка хозяевам морфа он нужен в целости и сохранности, так что поспешных действий бронированное чудовище точно не предпримет.

— Морфа можно убить?

Насущный вопрос, учитывая риск проникновения сюда!

— Тепло для них губительно. Теоретически.

«Что ты не договариваешь, девочка?.. Или в самом деле не знаешь?»

Валентину было очень жаль ее, сорвавшуюся в такое предприятие с безумной надеждой на успех, и к тому же — с надеждой, не совсем обоснованной. Как-то бы отправить домой Скворцову, а дальше действовать самому. За каким лешим она схватилась за Таю?! Хотя, возможно, это действие спасло ей жизнь, кто знает…

Вопросом необходимости была встреча с Игорем Кузнецовым, а он сейчас ой, как далеко — в Восточной Империи!

Процесс лечения двух перебравших алкоголя индивидов был, похоже, завершен, и успешно. Майор старался не разглядывать в упор гигантского говорящего хомяка, который отзывался на «Ваше Величество». Это же хомяк, вылитый! Как он может разговаривать и управлять государством?! Управлять-то ладно, на то министры имеются, но они, наверное, тоже хомяки…

Если бы доктор Марк бы тут, он бы трясся от научной жадности и жгучего желания обследовать существо вдоль и поперек. Правда, не факт, что существо позволило бы исследовать себя, тем более, будучи «величеством». Диген, например, к забору крови, энцефалограмме, МРТ и прочему отнесся спокойно, а вот пресловутые баночки с особым содержимым для анализа сдавать не захотел и до сих пор попрекал Марка этими баночками при каждом удобном случае.

Напрасно майор на пару с Альбертом Ивановичем уверяли домофея, что ничего зазорного в баночках нет, что все представители силовых структур, сотрудники закрытой лаборатории и вообще все люди, следящие за состоянием своего здоровья, проходят регулярные медицинские обследования. Нет, какое там! Баночки так и не были сданы. А хомяк, наверное, в ответ на такую просьбу и вовсе может укусить… И как он разговаривает, если у него другое устройство гортани и челюстей, нежели у человека?

Валентин понял, что его мысли крутятся совсем не там, где надо, и поставил книгу о соколиной охоте на место как раз в тот момент, когда королева хлопнула в ладоши, привлекая общее внимание.

— Господа! Давайте присядем за стол и побеседуем. Раввери! Вы можете гарантировать изоляцию?

— Да, Ваше Величество. Уже установил. Нас не будет слышно даже в том случае, если стоять за полуоткрытой дверью.

— Благодарю. Кто будет говорить?

Ковалев вопросительно глянул на Марину, она кивнула. Однако тут формат совещания серьезный, чуть ли не как в Кремле, а там бывать не приходилось. Хотелось бы не вдаваться в долгие объяснения, но пока в библиотеке не холодает и ничто не предвещает появление морфа, время есть.

Потом они оба, Марина и майор, перевели взгляд на Таю, но девушка отрицательно покачала головой, прошептав только: «Я добавлю».

Валентин умел коротко и ясно выражать свои мысли, так что обрисовал сложившуюся ситуацию в нескольких предложениях, дополненных Таей при каждом вопрошающем взгляде королевы Озерного Дома. Поверить в услышанную историю было чрезвычайно трудно, на грани невозможного. Кстати, немедленно, по просьбе королевы, Раввери повторил тот же фокус с волосами Марины и Таи, что и Витя Полянский. С аналогичным результатом.

— Несомненное родство, — подтвердил он.

«Значит, Витя не зря колдовал! Как он догадался, что нужно делать? Или это врожденное свойство магов?» — подумал майор, завершая свой рассказ.

— Ничего не понимаю! — Королева потерла виски пальцами, как будто пыталась прогнать головную боль. — Я не могу представить то, чего не должно было случиться, да еще в отдаленной перспективе.

— Значит, не врала? — подмигнул черным пиратским глазом барон, обращаясь к Тха-Сае.

— Не врала! — заявила та. — Если бы ты, почтенный, дал мне руку сразу, как я просила, заряд синха был бы полнее, а мне не пришлось бы тратить время впустую.

Не дождавшись реакции со стороны Готтара, который наворчал на девицу, выпавшую из воздуха, Тха-Сае вернулась в предыдущую точку пребывания, строго по ментальному треку временного прототипа своей матери, а именно — в храм Картсам. Она уже побывала там, надеясь увидеться с Даккальманом Вечным, но встреча не состоялась. Увидев перед собой неведомую гостью, древний чародей исчез без всяких объяснений…

Единственный оставшийся в живых гибрид двух рас — людей и твинатов, он давно уже вел максимально уединенное существование, не показываясь даже старшим жрецам Картсам; что уж говорить о простых смертных… Исключение было сделано дважды — для Скворцовой, когда Даккальману доложили, откуда она прибыла.

— Там ждала неудача, — поморщилась Тха-Сае. — Снова. Я даже не успела заикнуться о том, кто я… Исчез, и все.

— Даккальман чудовищно стар. Твое внезапное появление вряд ли его обрадовало, — сухо сказала Скворцова.

— И нечего было шлепаться в камин и с лету интересоваться, была ли тут ллид Мариен! — Готтар никак не выказал своего смущения, но Скворцова заподозрила, что сейчас он испытывает именно это.

— У меня было мало времени, почтенный!

— Готтар! — Рыжие брови королевы удивленно приподнялись. — Что я слышу?..

Ковалев решил, что речь идет как раз о сцене, подсмотренной бабой Верой в процессе ловли курицы-пеструхи за забором дома, и не ошибся. Получается, Тая побывала здесь, проходя по ментальным следам Скворцовой, и попала именно на барона. Если взять за основу прямой ход пермского времени, было это в субботу утром… Готтар остерегся давать руку черноволосой незнакомке, помня о недавних незаконных перемещениях, инициированных Псевдомагами, вот ее и выкинуло. Быстрая беседа, состоявшая из нескольких брошенных друг другу фраз, не внесла ясности относительно личности девушки, а то, что она может быть какой-то там дочерью Мариен, Готтар даже близко не принимал на веру! Откуда взялась взрослая дочь за несколько месяцев?!