Чудьмирье. Наследие ведьмы - Анна Чайка

Они по-прежнему сидели на приличном расстоянии друг от друга, но спустя несколько часов Шан, похоже, смог заглушить голод.

− Это моя мать − Бай Шэ. Она умерла, когда я был совсем маленький, − Шан указал на портрет. С него на двух измученных мальчишек смотрела беловолосая девушка с нежным округлым лицом. Тонкие губы хранили след вечной улыбки. В руках она сжимала веер, расписанный змеями. − Она была старшей из двух сестер клана киан-ши. Младшую ты видел, − это Сяоцин. Отец взял ее в жены спустя год после похорон.

− Разве он не мог найти себе кого-нибудь другого или остаться вдовцом? − удивился Алексей. Когда он говорил, туман перед глазами немного рассеивался.

− Нет, таков был договор между двумя семьями. Нельзя разрывать связь между кланами.

− Хм, то есть, если твоя мачеха бросит твоего отца, они приведут ему еще кого-нибудь? Бабушку, потом прабабушку, и так пока женщины в семье не закончатся?

− Все, чтобы сохранить союз, − с горькой иронией ответил Шан.

− Она красивая, твоя мама.

− Спасибо, − Он посмотрел на портрет и вздохнул. − Отец редко о ней говорит. Должно быть, он не особо ее любил, раз из всех вещей оставил лишь эту картину. И Сяоцин это чувствует. Так старается ему угодить, что брату дала имперское имя.

− Знаешь, − вспомнил Алексей, − а ведь в человеческих книгах и фильмах вы размножаетесь через укус. Получается, все не так?

− Конечно. Чем мы хуже остальных?

− Выходит, мне не стать упырем?

− Да тебя даже не укусили!

− Погоди-погоди, и жуткий особняк покупать не надо? А то ведь моих карманных денег хватит только на стильный плащ.

− Если бы мой отец тебя укусил и выпил большую часть крови, ты бы, наверно, мог стать безмозглым гулем, − слишком серьезно отнесся к вопросу Шан. − Но это неточно.

Внезапно отворилась дверь. Они обернулись и увидели князя, застывшего на пороге.

− Что-то забыли, отец? − спросил Шан. Несмотря на изнуренность, он сумел сохранить учтивый вид.

− Вот как, − князь быстро взял себя в руки. − Похвально. Весьма недурственное владение собой. Может быть, мне стоит порезать этого несчастного мальчика сильнее? Интересно узнать, как далеко ты можешь зайти.

− Будешь пытать невиновного, лишь бы доказать свою правоту?

− Всего лишь хочу раскрыть тебе глаза.

− Как бы сильно ветер ни дул, гора не склонится перед ним.

− Я помню, кто так говорил, − князь бросил мимолетный взгляд на портрет. − Но здесь иная ситуация.

− Мама никогда не одобряла жестокость. Мы давно перестали быть чудовищами, одержимыми кровью и собственным превосходством. И она бы точно не хотела видеть…

− Она бы точно не хотела видеть своего сына изгоем общества! − кажется, отец Шана начинал жалеть, что затеял все это. Но и найти верный выход из ситуации пока не мог. Внезапно по особняку разнесся глухой вибрирующий звук. Затем еще. К ним в комнату забежал всклокоченный слуга. На лбу у него краснела свежая вмятина: отзеркаленная буква «А».

− Хозяин, вы должны выйти, − пролепетал упырь, преданно пуча глаза.

− О чем ты? − нахмурился князь. − Что происходит снаружи?