Участковый. От пистолета до кольца - Галина Гончарова

– Евгения Михайловна.

Ирина кивнула, пометила себе, с кем надо поговорить – и временно выбросила из головы. Потом, это – потом. А сейчас речной теплоход.

* * *

На острове тоже было тихо и спокойно.

Кафе, кинотеатр, правда, перестроенный, с мягкими креслами, уютный, но совсем другой.

Так и понимаешь, что детство не вернуть. А может, и не стоит?

В кинотеатре они заняли места для поцелуев, уж слишком там были удобные диванчики. Гошка был счастлив, а Ирина и Кирилл тихо переговаривались.

Целоваться – не целовались, вот еще не хватало.

– Нигде?

– Нигде. И это логично. Места-то публичные, мало того что через них за день не одна сотня людей проходит, так еще и вампирюга сейчас прячется.

– След оборван?

– Да, похоже.

– А у меня есть еще одна идея. Мы сегодня вечером будем Гошку отвозить?

– Сегодня не будем, – качнул головой Кирилл. – Он у меня ночует, а завтра с утра я его отвезу на занятия.

Ирина кивнула.

– За мной заедете?

– Зачем?

– Поговорить надо будет кое с кем…

Ирина вкратце рассказала Кириллу про Евгению Михайловну, и получила задумчивый кивок.

– Думаешь, они?

– Вполне могли. Я и сама думала про таких детей, но считала, что в них силу не перельешь…

– С другой стороны – дети. Могли попробовать просто провести ритуал… с-суки.

Ирина кивнула.

Могли.

Чисто гипотетически – выброс сил должен быть больше, а что ребенок умственно неполноценный… а что? Им не бывает больно? Холодно? Страшно?

Правильно оборотень сказал.

Но – мягко.

А с точки зрения Ирины: иногда отмена смертной казни – зло. Есть люди, которые ее больше чем заслуживают. Жаль только, два или три раза казнить не получится.

* * *

Утром Ирина прозвонилась на работу, проинформировала начальника, куда едет и зачем, получила «добро» – и отправилась к Кириллу.

Они с Гошкой уже были готовы, мальчишка чуть грустил, но Кирилл пообещал ему еще выходные в ближайшее время, пока лето, пока тепло, да еще съездить в другой город, и в цирк сходить. И Гошка засветился собственным светом.

– А Ирина с нами поедет?

– Если сама решит.

– Ириш? Поедешь?

Гошка честно пытался обращаться к Ирине – Ирина Петровна, потом сбился на «теть-Иру», а потом перешел на «Иришу», да на том и остановился. Ирина не удивлялась – ее все дети примерно так и воспринимали.

– Будем живы-здоровы – тогда решим, – отговорилась Ирина.

Гошка воспринял это как согласие – и согнул руку в жесте «Йес!». Кириллу осталось только руками развести – и хорошо, что они на светофоре стояли. А то бы точно в кого-то пристроились.

В интернате Гошка попрощался – и умчался по своим делам. А Ирина отправилась к директору.

* * *

Симпатичный полноватый мужчина лет сорока, по имени Константин Алексеевич, не стал мариновать участкового в приемной. Секретарша доложила о приходе Ирины – и сразу получила разрешение на проход в святая святых – директорский кабинет.

Надо сказать, директор был удивлен визитом, но возражать не стал.

– Евгения Михайловна? Да, есть такая, Соколова.

– Вы ее давно приняли на работу?

– Не очень, но специалист она хороший, нареканий пока нет, коллеги не жалуются.

– Побеседовать с ней можно?

– Да, конечно. Это что-то…

– Нет-нет. К ней никаких нареканий быть не может. У меня вопросы по ее предыдущему месту работы.

– Предыдущему?

Директор вроде бы и верил, а вроде бы и сомневался. Ирина присмотрелась к нему.

А ведь уволит он эту Соколову, – осознала она. – Уволит, потому что не знает, о чем я с ней говорить буду.

А если?..

– Скажите, а вы ее просто так пригласили на работу?

– Она прислала на почту резюме, написала, что ищет работу, я провел собеседование и сказал, что она может выходить.

– Ага… то есть раньше вы знакомы не были?

– Нет.

– А ее предыдущее место работы…

– Я там ни разу не бывал. Название знаю, с директором иногда встречаюсь, но тесно не общаемся, дружбы нет. Так что и помочь вам не сумею.

И не врал. А значит…

– Я могу побеседовать с Соколовой в вашем присутствии. Думаю, узнав, в чем дело, вы не станете разглашать полученные сведения.

Вообще, кое-какие правила Ирина этим нарушала. Но к чему зря страдать человеку? Может, и не самому плохому?

– Я был бы признателен, – кивнул директор.

– Тогда вызовите ее сюда. И поговорим.

Директор кивнул и потянулся к телефону.

– Наташа, вызовите сюда Евгению Михайловну. А нам с Ириной Петровной… может, чая?

– Спасибо, – кивнула Ирина.

Чая она не хотела, но люди обычно расслабляются с чашкой чая. Вот и пусть расслабятся.

* * *

Евгения Михайловна ждать себя не заставила.

Среднего роста, невысокая, полноватая, лет пятидесяти, она производила удивительно уютное впечатление. Этакая любящая бабушка с пирожками, добрая и спокойная. Разве что волосы не седые, а темно-каштановые.

– Доброе утро, Константин Алексеевич. Что случилось?

– Доброе утро, Евгения Михайловна. Ничего не случилось, но вот у Ирины Петровны есть к вам пара вопросов.

Ирина извлекла из кармана удостоверение и раскрыла его перед внимательными серыми глазами.

– Участковый уполномоченный лейтенант полиции Алексеева. Поговорим?

Евгения Михайловна подняла брови.

– А что случилось?

– У вас – ничего, – отмахнулась Ирина. – Вопрос в вашем предыдущем месте работы.

Клюнуло!

Ирина поняла это, отслеживая реакции женщины. Да и без ведьминских сил тут все было видно.

Дрогнули руки, расширились зрачки, на миг прилила к коже кровь…

Волнуется.

– А что там могло случиться?

– Случилось, Евгения Михайловна. Дети там пропадали, говорят…

Женщина охнула, закрыла рукам и лицо и без сил опустилась на стул.

Ирина, наоборот, поднялась со стула и пошла поить бедолагу чаем. Вот и пригодился.

* * *

Евгения Михайловна говорила.