Принцесса для психолога - Татьяна Матуш

Преемник генерала Райкера был "непростительно молод" для своей должности. Но, поскольку других непростительных грехов за ним не числилось, приходилось как-то, скрипя зубами, прощать этот.

Интересно, как невысокому кареглазому пареньку с широким, улыбчивым лицом и ямочкой на подбородке удавалось обеспечивать безопасность императорской семьи? Не иначе - магией.

- Присаживайтесь, шевалье, - сказал Марк. Сам он остался стоять у окна.

Стратег никогда и никому не предлагал садиться. Только - присесть. Связано ли это с тем, что принц без титула умудрялся с завидной регулярностью "залетать" то в Рахту, то в Лонгери? И, кстати, отовсюду бегал. Попросить его провести личный семинар? Будущему дипломату точно не помешает.

Впрочем, чего ждать от страны, где сам Император сидел?

- Для вас есть две новости. Одна, безусловно, хорошая. Вторая... зависит от того, как вы ее примете. Она может стать и хорошей, и отвратительной. С какой начинать?

- С более срочной, - невозмутимо ответил Касл.

- Как скажете, - стратег в тон попал мгновенно, словно неделю тренировался. - Итак: для вас есть задание. Если вы с ним справитесь, оно будет зачтено как вступительные экзамены и вы начнете учиться: международному праву, истории, языкам, этикету, танцам. И - очень серьезному контролю за вашим ментальным даром.

- Вторая новость? - спросил Касл, когда стратег сделал паузу. Оба собеседника посмотрели на него одобрительно.

Касл знал, что молодой начальник во время своего выпускного очень хорошо показал себя и получил место Райкера, протекции тут не было ни на медяшку. Он, действительно, знал работу, которую взялся делать... Поэтому двор и шипел так злобно. Кто из придворных мог, не кривя душой, сказать о себе то же самое? Ну, кроме камеристок императрицы? И, если Ашанди медлил, значит, готовился предложить что-то отменно неприятное, даже по своим меркам, очень и очень гибким.

- Шевалье, насколько вам дорог ваш стихийный дар? - напрямик спросил Винкер. Глаза он не отвел, смотрел пристально и понимающе... И у Касла засосало под ложечкой. Вопрос-то был явно не риторический.

Штиль застал "Селедку" в нескольких милях от берега. Ну, может быть, в паре десятков миль. Можно было пошевелить веслами и к полудню, а то и раньше, быть в порту, но паренек, который магом не был, но "погоду чуял" пообещал через две - три длинные клепсидры попутный ветер. Ну и смысл напрягаться?

Они же не те безумцы, которые пересекают море по прямой, болтаясь среди огромной воды почти без ориентиров и месяцами не видя женщин. В бордель они и к вечеру успеют - как раз откроется.

Так что никто особо не переживал, что высадка откладывается. Разве не море - настоящий дом моряка? Вот и посидим дома, благо - погода хорошая.

Солнце сияло во все лопатки, но на этих широтах оно могло хоть вообще не заходить, никто бы не обиделся. Тут был еще не север, но уже и не юг и лучи светила приятно согревали, не обжигая.

На корме играли в кости. С легкой руки Руслана новая забава "пошла в народ" и мгновенно вышла в ТОП. Наверное, так бывает с любой забавной и несложной новинкой. Взять хотя бы спиннер.

- Твой папаша еще в те времена, когда мы вместе ходили на "Касатке" с капитаном Риганом, задолжал мне десять серебряных монет. Так и не отдал, пес старый!

- Задолжал-то где? В борделе за тебя заплатил?

- А хоть бы и в борделе, - посмеиваясь, заявил Дакси, - главное - задолжал. И не отдает!

Молодой Ройс мучительно вглядывался в загорелое лицо старого матроса, все в складках, как у моржа. Демоны на нем может что и разберут, а вот ему...

- Ну, если и впрямь в борделе... тогда верю!

- А это неправда! - довольно ощерился Дакси, показывая кубик, выпавший пестрой гранью.

- У-у, собака серая!

Негромкий стук одинокой косточки в деревянном стаканчике...

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Когда вернемся домой, я собираюсь посвататься к твоей старшей дочери. Честно говоря, мы давно решили, Олли только и ждет, что я приду с поклоном. А не отдашь, так убежим, она согласна.

- Ну уж это ты точно врешь, шельмец... Меня такими баснями не купишь. Чтобы моя красавица Олли - да на простого матроса загляделась, это море должно высохнуть.

- Да?! Гони монету, потому что это - правда! И, кстати, на счет моря - глянь за борт, может, до порта можно пешком дойти?

- А в глаз?

- А в ухо?

- А за борт?

- А вместе? Посмотрим, кто быстрее плавает, тесть?

Стук кубика оборвал нарождающуюся ссору. Да не ссора и была. Садясь на место, боцман уже смотрел на молодого матроса по-другому. Почти по-родственному. Ройс с неудовольствием понял, что для него это значит только одно - гонять будет еще больше.

Дернули же его демоны за язык!

- Русла! Что поведаешь?

В тишине, наполненной шелестом забортных волн, поскрипыванием мачт и почти ощутимым предвкушением, Руслан улыбнулся.

- В храме Змея жрица сняла мне ошейник. Так что я теперь вольный человек и на следующей стоянке вас покидаю.

Компания затаила дыхание. До тех моряков, что поумнее, да повнимательнее, вдруг дошло: под стаканчик-то Русла не заглянул.

- Ложь! - сказал принц, холодно и сразу. - Этого быть не могло. Замок бы не открылся. Я - принц и у меня есть право, если на благое дело! Это право признают даже боги. И Змей.

- Да? - Руслан хмыкнул, - ну, гони медяшку. Потому что это - правда.

Принц сузил и без того узкие глаза и рукой сшиб стаканчик. Кубик лежал пестрой гранью вверх. Нари поднял глаза на Руслана и удовлетворенно объявил:

- Ложь.

- Правда, - возразил тот. И развязал хлопковую рубашку, обнажая шею. Абсолютно чистую шею.

Принц вскочил, опрокидывая горки мелочи.

- Этого не может быть! По праву и на благое дело!

Моряки ругались, разбирая свои и чужой выигрыш. На принца смотрели неодобрительно, да и на Руслана - без восторга.

- Пойдем-ка отсюда, поговорим, - Руслан взял его за плечо, - расскажешь подробно, что за кольцо и почему ты думал, что в храме его не снимут.