Золотошвейка для оборотня - Li Litvinenko

— Она принесла кролика. — Не веря, сказала Шанера, показывая на них пальцем.

— Зайца. — Поправила её Дегнис. — Это заяц.

— Оборотня? — Атрия только сейчас поняла, что сказала Эдис. — Ты поменяла этого кроли…Тфу. — Смачно сплюнула она в сторону. — Зайца! Ты поменяла этого зайца у оборотня?

— Да. — Все также вяло и сонно ответила Эдис.

Она хотела сейчас только одного, спать. Поэтому игнорирую их изумленные лица, она сбросила на стол зверька и, махнув всем рукой, пошла в смежную с кухней комнату. Там они спали зимой, комнатка была небольшая, но у неё был один большой плюс, если не закрывать дверь на кухню, то можно было топить только одну печку, получалась хорошая экономия дров. Она скинула на свою кровать телогрейку, в которой ходила к реке и начала стаскивать ботинки.

— А на что ты его поменяла? — Не отставала от неё Атрия. — На что?

Эдис хотела соврать что-то, но в голову не приходила, ни одна умная идея. Машинально она провела пальцами по опухшим губам и посмотрела Атрии в глаза, они были самыми близкими подругами здесь, в обители и всегда делились своими маленькими секретами. Она, наверное, призналась бы ей в том постыдном занятии, которым они с оборотнем занимались сегодня на реке, но названия ему она не знала. Эдис задумалась и, закрыв глаза, подбирала слова поприличней, чтобы описать ей, то, что случилось.

— На поцелуй? — Подсказала с восхищением Атрия.

— Да. — Согласилась Эдис, не став расстраивать девушку. — На него…

И завалилась спать. Когда она проснулась, на улице уже смеркалось, в спальне было темно, по полу прыгали уютные блики от горящей в соседней комнате печки. На весь барак разносился одуряющий запах отварного мяса. Эдис потянулась на кровати на удивление бодро, в теле совсем не чувствовалась прежняя слабость. Сейчас она уже осознано, с ясной головой вспомнила о происшествии на реке и густо покраснела. Это было так запретно, грязно и… жарко. Она вспомнила образ оборотня, он был красив. По настающему красив, такой суровой, мужской красотой, такой далекий и безупречный как древний бог. Её сердце дрогнуло в груди, через два дня он прейдет снова! Она даже не думала отказать ему, конечно, она пойдет и будет делать то, что делала, снова. Она прикрыла глаза и вздохнула. Наверное, ей должно было быть стыдно, и Эдис стыдилась. Стыдилась и радовалась что смерть, пусть ненадолго, но уберется от их барака, радовалась вернувшимся в тело силам и еще радовалась, что встретила своего оборотня.

— Мой! — Тихо, вслух сказала Эдис и снова покраснела.

В комнату заглянула Атрия.

— Ну, наконец-то ты проснулась, полдня проспала клуша. Пока ты дрыхла, мы отварили ножку зайца.

— Только ножку? — Удивленно спросила Эдис.

— Да, сегодня мы будем пить понемногу бульон и съедим по маленькому кусочку мяса, а завтра порцию чуть-чуть увеличим. Так нужно чтобы живот привык к пище, а то если сразу много съесть будет плохо. Остальное мы подвесили в коридоре, на морозе мясо не пропадет.

— Понятно. — Кивнула Эдис.

Она встала с кровати и пошла следом за Атрией на кухню, все девушки сгрудились за столом, они держали в руках кружки с горячим бульоном. Он был не жирным, как раз то, что нужно, для отвыкших от переваривания пищи желудков. Вид у всех был радостный и возбужденный, Атрия видимо уже рассказала свою версию получения зайца. Они с интересом поглядывали на Эдис и явно ждали подробностей, её усадили во главе стола и заставили рассказать историю знакомства с оборотнем. Потом девушки задавали ей неожиданные вопросы, заставлявшие задумываться, и только потом отвечать.

— Какие у него цветом глаза? — Спросила у неё Шанера.

— Э-э-э, карие. Темно-карие, кажется… — Они внимательно глядели на Эдис, ловя все эмоции на её лице.

— А волосы? Какие у него волосы, цвет, длинна? — Спрашивала Дегнис. — Они мягкие?

Все девушки захихикали. Почему-то они не восприняли известие об оборотне как об угрозе, наоборот он, кажется, виделся им как некий принц- спаситель, в золотых доспехах и на белом коне.

— Его волосы черные и вьются, — Эдис вспомнила образ волка, с ним всплыл в памяти сегодняшний постыдный поступок, и она опять покраснела, а еще девушка не знала, какие они на ощупь. — Они жесткие. — Немного фантазии и любопытные сестры отстанут. — Длинной до плеч.

— А что он еще говорил тебе? Его не смутило… Ну, лицо… Понимаешь? — Атрия стыдливо отвела глаза, она боялась, что Эдис обидится.

— Нет, он совсем не обратил на это внимание. — Продолжала самозабвенно врать Эдис. Девушки удивленно и восхищенно переглянулись. Вот это да! У людей в прокаженных бросали камни и кричали в след повозке, увозящей несчастную в обитель, обидные слова и проклятья.

— Он делал тебе комплименты? — Спросила романтичная Ямиза.

— Да, говорил…Что-то о хорошо подвешенном языке. — Эдис горько усмехнулась своей двусмысленной шутке.

В тот вечер они улеглись спать очень поздно. В свете всполохов от раскаленной печи, они еще долго переговаривались, лежа в своих постелях.

— «Как оказывается мало нужно человеку для счастья. — Думала, засыпая Эдис. — Всего-то заячья лапка».

Через два дня, ровно в полдень, как он ей и приказал, Эдис снова пошла на реку. Он ждал там же где и в прошлый раз на снегу рядом лежал убитый заяц и не заряженный арбалет. Эдис подошла к берегу реки и остановилась, она не боялась, но сегодня в её голове не было того тумана, навеянного голодом и ей было очень стыдно. Она переступила с ноги на ногу и сделала решительный шаг в сторону оборотня. Её потряхивало от напряжения, ноги подкашивались, и девушка боялась даже голову поднять от земли.

Берил внимательно следил за каждым движением проклятой. Когда она приблизилась, распахнул плащ и обнял ее, накрыв полами шкуры как теплым одеялом. Некоторое время они так и стояли, не двигаясь, Эдис была тесно прижата к его груди щекой, и её ухо отчетливо слышало удары его сердца. Она вдыхала запах оборотня, мускусный с древесными нотками, просто головокружительный и успокаивалась, привыкая к нему. Рука волка медленно поглаживала её спину, проводя широкой ладонью вверх и вниз, от чего по её телу пробегали предательские мурашки. Поняв, что девушка успокоилась, он мягко надавил ей на плечё, заставляя, опустится перед ним на колени.

В тот день он не спешил и не был груб, как прошлый раз, он бормотал ей советы, севшим от возбуждения голосом, и она чутко отзывалась на его тихой «еще». Оборотень поглаживал её щеку и, не отрываясь, смотрел в глаза, а когда она отводила взгляд, требовал:

— Смотри на меня.

На все свидание ушло около получаса, застегнув штаны, волк вручил ей зайца и толкнул к берегу.

— Прейдешь через два дня. — Не спрашивая а, утверждая, сказал Берил.

Он опять стоял на берегу, задумчиво провожая взглядом тоненькую фигурку, пока Эдис не скрылась за густыми деревьями.