Отбор невест для драконьего принца: провести и не влюбиться - Лариса Петровичева

- Кажется, я уже могу показать ее. Самое главное тут написано.

Никто никогда не писал моих портретов. Мне всегда хватало отражения в зеркале, и там нечем было гордиться настолько, чтобы заказывать еще и портрет. Я подошла к холсту, не надеясь, в общем-то, увидеть там что-то особенное.

На меня смотрела девушка. Живая, яркая, с энергичным взглядом карих глаз и мечтательной улыбкой, которая готова была распуститься на губах. Девушка была красива – той светлой красотой, которая не зависит от моды и чужого мнения, которая просто есть.

- Кто это? – растерянно спросила я, уже зная ответ. Мне захотелось расплакаться – так горячо вдруг сделалось в груди. Я смотрела на свой портрет и понимала, что на самом деле я вот такая.

Красивая. Живая. Меня можно любить. И мужчина, который был способен нарисовать девушку вот так, умел любить и любил. Потому что без любви можно жить – но творить нельзя.

- Это ты, - негромко ответил Берт. – Такая, какая есть. Я смотрю на тебя и вижу чудо. Мое чудо.

- Звучит намного лучше, чем чертополох, - улыбнулась я. Мне хотелось как-то пошутить, чтобы скрыть ту обжигающую волну, которая захлестнула мою душу. Мне хотелось быть небрежной и непринужденной.

И я не могла.

- Давай поженимся, - предложил Берт. – Прямо сейчас.

У него были кольца – широкие, серебряные, похожие на паутину, в которой запутались сиреневые аметисты. Когда Берт протянул мне то, которое было поменьше, то я почувствовала, что сердце пропустило удар.

Дракон дарил мне кольцо. Я никогда и мечтать бы о таком не стала. Где я, и где драконы?

- Драконы всегда дарят кольца невестам, такова традиция, - сказал Берт. – Эти когда-то принадлежали моим прадеду и прабабке… я забрал их, уезжая из столицы.

Мне вдруг сделалось страшно. Это была не шутка, не каприз, не игра – Берт действительно хотел видеть меня своей женой. Несколько дней назад Амин вышла замуж… получается, теперь пришла моя очередь?

- Красивые, - выдохнула я. – Берт, ты в самом деле уверен?

Он рассмеялся. Погладил меня по плечу.

- Уверен. Я никогда не делаю того, чего не хочу. И если я говорю, что беру в жены Лану Эленден, то я беру. Не шучу и не играю с ней, а хочу идти дальше вместе. Тянуть груз этой жизни вдвоем.

Это было сказано так, что я окончательно пришла в себя и успокоилась. Если бы Берт начал петь сладкие песни о неземной любви, то это было бы ложью. Нет тут ничего подобного и не может быть. Но он не лгал о своих чувствах – и это было главным.

- А твои родственники? Друзья? – раз уж мы говорили в открытую, то надо было сказать и об этом. – Ты женишься на эльфийке-полукровке, у которой из приданого серебряная крона и неописуемая наглость… - я схватилась за голову, пытаясь уверить себя в том, что не сплю. Да, ночью он сделал мне предложение, но я знала, что все слова ночи не имеют смысла при свете дня. – Ты уверен, что твой выбор примут?

Улыбка Берта сделалась еще шире, но в глазах проплыли холодные искры, и я поняла, что он уже думал об этом – и все для себя решил.

- Не буду врать, наша свадьба вызовет определенные волнения, - ответил он. – Но я уже взрослый мальчик, как говорится. И сам выбираю свою судьбу. Мои друзья и родственники молчали, когда я покидал столицу – пусть молчат и дальше. Нам с тобой никто не причинит никаких неудобств.

Несколько минут мы молчали. В гостиной сгущались летние сумерки, за распахнутыми окнами вовсю распевали вечерние птицы, и издалека доносился свирепый мяв Бекона, который гонял соседских котов.

- Надо пригласить Амин и Макса, - сказала я. – Без них хорошей свадьбы не получится.

Семья господина мага была занята тем, что ужинала курицей, запеченной в тесте и начиненной луком и яйцами. Аромат стоял такой, что у меня заныло в животе. Макс ел с таким видом, словно попал в рай, довольная Петрова подкладывала ему то один кусочек, то другой, и, входя в столовую, я услышала:

- Дорогая, а вот я тут подумал, что тебе удивительно подойдет изумрудная парюра. Оттенит цвет лица.

- Ты давай-ка не ругайся, - посоветовала Амин. – Ты вон лучше салатика попробуй.

- Нет, душенька, парюра – это такой комплект ювелирных изделий. Решил вот тебя порадовать, заказал в столице. Завтра привезут.

Петрова ахнула, и мы вошли как раз тогда, когда супруги радостно поцеловались. Увидев нас, Макс гостеприимно указал на свободные места и произнес:

- Добро пожаловать, друзья, вы как раз к ужину. Курица сегодня – это не еда, а восторг.

Амин смущенно опустила глаза, а я вспомнила старую истину о том, откуда и куда лежит путь к сердцу мужчины. Макс выглядел совершенно очарованным своей скоропостижной супругой и круглел лицом с каждым часом.

- Боюсь, что придется отложить ужин, - сказал Берт. – Амин, Макс, нам нужны подружка невесты и шафер.

Супруги переглянулись и уставились на нас с удивленным видом барашков, которые внезапно поняли, что хозяин установил новые ворота.

- А кто женится? – спросила Амин, шаря по столу в поисках записной книжки. – Лана, нам что, свадьбу заказали? Еще одну?

- Да, - кивнула я. – Мы с Бертом едем в церковь, и нам нужна ваша поддержка.

Амин и Макс снова посмотрели друг на друга, потом перевели взгляд на нас и хором ответили:

- Нет, ну так дела не делаются!

- Надо платье подобрать, - сказала Амин. – Ты что, всерьез собираешься выйти замуж в том, в чем сегодня весь день ящики разгружала?

- Мы и подарок не подготовили, - добавил Макс.

- А ужин? А цветы? – окончательно растерялась Петрова. – Вы куда так полетели-то?

- В церковь, - произнес Берт. – Предлагаю вам присоединиться.

Я очнулась уже в церкви, тихой и сумрачной – священник перевязывал наши с Бертом запястья широкой алой лентой, и весь его вид говорил о том, что он потрясен до глубины души. Мы подъехали к храму, когда площадь была уже пуста, но я точно знала, что уже утром весь город будет знать о том, что завидный жених стал мужем, а я откусила такой кусок, который никогда не поместится у меня во рту.

Эльфийки-полукровки не выходят замуж за драконов, лучших друзей принца. Тут невольно поверишь в чудеса.

- Дети мои, - встревоженно произнес священник. – Вы обдумали свое решение? Вы понимаете его серьезность? Сейчас двое соединятся перед лицом Божьим, и это будет уже навсегда.

Берт кивнул. Я тоже утвердительно качнула головой. Амин и Макс, которые стояли позади, смотрели на нас с таким строгим видом, что мне сделалось как-то не по себе. Не слишком ли спешит Берт?

- Да, святой отец, - ответил Берт. – Начинайте. Мы готовы.

***

Я проснулась ранним утром и в первые мгновения счастливого пробуждения была уверена, что мне все приснилось. И наша свадьба, и Петрова с Максом, которые бросали в нас розовые лепестки и рис, и ночь, когда я каждой частичкой своей души чувствовала, что люблю и любима.