Принцесса и её зверь - Галина Мишарина

– Богиня, береги его там, на неведомых берегах, – пробормотала я. – И, прошу тебя, не дай никому обидеть мою маму…

Нечто так внезапно и больно ужалило меня в плечо, что я вскрикнула. То ли это был слепень, то ли шершень, не знаю, но я понимала, что нужно как можно быстрее место укуса осмотреть.

Вот только не успела этого сделать, потому что в голову ударил болотный смрад беспамятства. Я слабо вякнула в пространство «помогите», и смогла сделать два шага по пристани, чувствуя, как перестают существовать ноги. Упала, клацнув зубами, в последний миг думая только о том, что теперь-то Вэйлана, чтобы меня спасти, рядом нет.

Мне нужно было найти способ хотя бы на полпути выбросить какую-то свою вещь – пусть даже просто ленточку из причёски. Это могло затем помочь тем, кто меня будет искать, если, конечно, таковые найдутся. Ну а пока оставалось только пялиться в небо и слушать, о чём говорят похитители.

Двое мужчин в основном молчали, но порой негромко спорили о том, куда меня всё-таки везти. Судя по всему, у них было аж три заказчика, и одним из них, насколько я могла судить, стал Жэрх. И хотя ни у кого из трёх покупателей меня не ждал тёплый приём, попасть именно к магу я боялась больше всего. Об остальных двух не знала ровным счётом ничего, но эта неизвестность не так пугала, чем уготованная мне Жэрхом участь.

Я слишком хорошо представляла, что он может со мной сделать. Лучше было не попадаться Жэрху живой, но выбора у меня не было. Маги знали толк в узлах, и до позднего вечера не позволяли мне даже садиться. На жёстком дне я, заточённая ещё и в корсет, отлежала себе все бока, а от кляпа вот рту было сухо, словно в пустыне. С приходом ночи эта жажда многократно усилилась, и похитители смилостивились в ответ на мои хрипы.

– Это я уберу, – сказал тот, на котором была серая маска. – Но не вздумай орать. Вот тебе вода, спать будешь здесь же.

Он швырнул мне в лицо флягу и какой-то колючий кусок – одеяло, как вскоре выяснилось.

– Мне нужно в туалет, – спокойно сказала я, и, странно, но чёрная маска позволил на пару минут сойти на берег.

Он даже ослабил узлы, но тотчас предупредил:

– Пока ты ведёшь себя смирно – мы добры. Хотя бы одна глупая выходка – и тебе будет больно.

Я хотела ответить, что боль ждёт меня в любом случае, но только кивнула. Сбегала по делам, и, увидев неподалёку особый цветок, быстро сунула в пыльно-сиреневый бутон своё скромное колечко. От прикосновения плотные лепестки тотчас закрылись, и колдун, который бегло осмотрел поляну, ничего не заметил. Привяжи я где-то ленточку – они бы наверняка прибегли к наказанию. Но вряд ли мужчины знали об особенностях «скромниц». Эти цветы закрывались от прикосновений, а также во время дождя, к тому же сохраняли бутоны до конца лета. А, значит, кольцо моё пролежит здесь хотя бы пару месяцев, и будет ориентиром для магов. Я почему-то не сомневалась, что меня будут искать.

Ночь прошла спокойно, несмотря на то, что я почти не спала, обдумывая план действий. И все последующие дни отправлялась по делам непременно на поляны, где цвели скромницы, оставляя за собой след из вещей. Мы шли водой вглубь суши, и останавливались дважды в день: в обед и ночью. Меня кормили безвкусной кашей, давали вдоволь воды, и больше не совали кляп, но вот руки связывали даже на ночь. Не имея возможности переодеться, я кое-как избавилась от корсета, зубами в несколько заходов превратив его в клочки. Спрятала их под юбкой, и затем клала светлую ткань в цветы, пока скромницы не перестали попадаться. Тут уж пришлось закапывать «следы», и колдуны, которым было на меня наплевать, даже не осматривали места наших коротких остановок.

Мы провели в пути шесть дней – срок, более чем достаточный, чтобы за нами могли снарядить погоню. Однако, видя, что похитители не обеспокоены, я поняла, что вряд ли мои усилия к чему-то приведут. И подтверждением этому стала процедура очищения, которую они провели на закате седьмого дня. По сути, меня лишили внешнего магического сияния, присущего только мне запаха и чувства, благодаря которому можно было человека обнаружить. Маги затопили лодку, и дальше мы уже ехали верхом – хорошо хоть, поперёк седла меня не клали. Теперь оставляемые вещи были особенно ценными, и последним, что я спрятала, стало ожерелье с сердцем. Я положила его в дупло наполовину засохшего дерева, и словно лишилась своей последней защиты.

Последующий путь я преодолевала всё также верхом, но с завязанными глазами, отчего было ещё страшней. Не знаю, почему, но торговцы сменили верёвку на кандалы, от которых постоянно чесались запястья. Маги, очевидно, выбрали покупателя, и оставалось молиться, что это будет не Жэрх. Не знаю, кто ещё мог назначить за мою голову награду, ведь я и мухи в своей жизни не обидела! Разве что это были люди, заинтересованные в тех сведениях, что хранились у меня в голове. Например, о Вэйле или маме.

Я не пыталась сбежать, ведь совершенно не знала эту часть леса. Судя по солнцу, увезли меня далеко на запад, где водилось множество волшебного зверья, в том числе всяких опасных тварей, против которых следовало запасаться оружием и активной магией. У меня не было ни того, ни другого, да и с закованными руками не больно-то повоюешь… Поэтому я молча принимала свою судьбу, предчувствуя, что потом об этой покорности пожалею. Но кто не знал чащоб Эрмады, тот вряд ли представлял, что ждёт здесь даже подготовленного человека. И те растения-ловушки, в объятья которых попала Сина, были лишь младшими безобидными братьями толстенных красных лиан, могущих за минуту вздёрнуть человека на макушке сосны.

– Тебе не кажется, что она какая-то слишком покорная? – вдруг донёсся до меня голос мага в серой маске.

– Она напугана, – отозвался второй.

– А вот и нисколько. Может, зря мы заказ этот взяли?

– Она нам уже заплатила, – сказала чёрный. – А теперь ещё тот, второй, заплатит. Чем ты недоволен?

– Девчонка что-то замышляет.

– Не лезь к ней – и всё будет нормально. Тебя ведь предупреждали, что она опасна.

Не будь у меня закрыта вся верхняя часть лица – я бы подняла брови.

– В общем, делаем так, – сказал Чёрный, – кто из них первый приедет – тому и отдадим. Остальное – не наше дело.

– А что волк?

– Когда он обнаружит её тело – будет поздно мстить.

Я едва дышала после услышанного, понимая, что раз уж наёмники так рассуждали – будущее меня ждало мрачное. Но ни теперь, ни прежде возможности сбежать не было, а, попытайся я – и они бы точно не пощадили.

Спустя время меня стащили с лошади и усадили на землю. Видимо, здесь и предстояло ждать тех двух покупателей, которые были заинтересованы в моей персоне. Однако, что это была за «она», оплатившая похищение? У меня вряд ли могли быть серьёзные враги, хотя, за время жизни во дворце кто-то из приближённых короля вполне мог воспылать ненавистью. Та же Дэмада, мнившая себя величайшей.

Я долго сидела, тяжело дыша под плотной повязкой, но потом не выдержала и попыталась хоть чуточку её сдвинуть. Ткань в итоге упала ниже, открывая глаза и нос, и моему взору предстал замшелый старый лес. Маги стояли в стороне, что-то негромко обсуждая, и я знала, что ключи от кандалов у чёрного в кармане. Бежать прямо так, связанной, тем более по незнакомой чаще, было глупо, но я всё равно почти решилась на это. И тут послышался конский топот, и вскоре показался из-за деревьев хорошо мне знакомый конь.