Собственность Альфы - Екатерина Вострова

То и дело терла руками глаза — буквы на экране начинали расплываться от усталости.

«Нужно хотя бы немного отдохнуть. Флешка никуда не денется. Это всего лишь журналистике данные, не больше», — успокоила я себя, выключая компьютер.

Завтра… то есть уже сегодня — меня снова ждали в компании.

«Назвался хвостом — виляй», — вспомнила я старую поговорку.

Покрутив головой вокруг — не нашла ничего лучше, чем сунуть флешку в пакет с нитками и всякой другой мелочёвкой для шитья. В закрытом виде она там практически не выделялась.

В соседней комнате хлопнуло окно.

«Сквозняк, наверное…»

Лишь сделав шаг, поняла, что по приходе домой в спальню я еще не поднималась, и окно там должно быть закрыто.

Содрогнувшись от прокатившейся по телу волны паники, я схватилась за первое, что попалось под руку — штангу, на которую крепился манекен для примерки одежды, его совсем недавно мне подарила Амалия.

Медленно, стараясь не издавать ни звука, я вышла из кабинета, прошла коридор. После каждого шага я останавливалась прислушаться — но тихо было как в ящике, звуконепроницаемом отсеке, куда запирали на сутки провинившихся студенток академии.

«Наверное, все-таки показалось…»

Последний поворот, и я наконец оказалась в спальне.

От неожиданности я вскрикнула, а палка выпала из ослабевших рук и покатилась по полу. Ее громыхание в тишине казалось оглушительным.

На кровати сидел Азар. С заросшим густой щетиной лицом, в непонятном тряпье, больше походившем на холщовый мешок с вырезанной горловиной и дырами под руки. Но это точно был он.

Мужчина улыбнулся, сверкнув в темноте нечеловечески желтыми глазами:

— Ну и кто у нас будет? Мальчик или девочка?

* * *

— Я не понимаю, твой кузен пристает ко мне чуть ли не на каждом мероприятии, и по поводу него ты не сказал ни слова, а тут ко мне подошел дизайнер, про которого я столько всего читала… работами которого так вдохновлялась, учась в университете…

Азар упрямо сжал зубы. Георг явно перегибал палку, и он ничуть не жалел, что сломал ему нос, тем более что все задуманное прошло более чем удачно. Но вот этот дизайнер с сомнительными работами совершенно точно не внушал ему доверия. Одного взгляда на пройдоху Рамовски было достаточно, чтобы с уверенностью сказать — держись подальше, и твои деньги и нервы будут целее. И уж точно он не собирался подпускать такого типа к Данииле.

Он хотел объяснить все это девушке. В конце концов, если она мечтала стать дизайнером и когда-нибудь действительно работать в коллаборациях с большим бизнесом, то должна понять, что тут дело совсем не в ревности…

Но договорить он не успел, его мысли перебил странный запах горелого пластика.

— Чем-то воняет… — он сосредоточенно осмотрел переднюю панель, чтобы понять, что это может быть. — …Ты чувствуешь?

Даниила покрутила головой и нахмурилась.

Нужно было остановиться и заглянуть под капот. Азар вздохнул, выжимая педаль, но та свободно ушла в пол.

— …Тормоза не работают.

Даня широкими от ужаса глазами посмотрела на него, а затем судорожно вцепилась в подлокотник, словно бы он мог как-то защитить и удержать.

Азар прищурился, моментально просчитывая ситуацию. У них было не больше тридцати-сорока секунд. Мозг лихорадочно соображал, как минимизировать риски для девушки. Будь он один — уже выпрыгнул бы из машины, развернув ту в сторону воды.

Но сможет ли Даниила?

— Приготовься прыгать! — скомандовал он.

— Я не смогу… — она отчаянно затрясла головой, еще не понимая, что выбора у нее нет.

Азар крутанул рулевое колесо, заезжая колесами на газон:

— Нет времени! Чуешь? Двигатель дымит! — отрезал он. — Машина сейчас загорится!

Одним движением отстегнув ее ремень безопасности, Азар дернул свой, но тот не поддался.

«Да как же все не вовремя! — выругался про себя он. — Ну теперь в ремонт тачку будет везти уже бесполезно».

Оборотень открыл дверь со стороны девушки. Время стремительно таяло. Нужно было действовать:

— На счет «три».

— А как же ты?

— …Три! Прыгай!

К счастью, девушка послушалась и, оттолкнувшись, сиганула из машины на кусты.

Бросил взгляд назад — кажется, с ней все в порядке.

Оставалось увести машину чуть подальше, чтобы взрывом никого не задело.

Дабы обезопасить себя — Азар начал трансформацию. Руки превратились в когтистые лапы, мышцы, вздуваясь, увеличивались, одежда трещала по швам.

Это древние оборотни почти всю сознательную жизнь проводили в обороте. Современные — зачастую не слишком часто прибегали ко второй форме.

Пиджак лопнул, когда плечи стали шире, Азар рванул на себя застежку ремня. Раздался треск пластика — крепление вырвало с корнем.

Оборотень уже открыл было дверь, приготовившись перед прыжком выкрутить руль, чтобы отправить авто в сторону ограждений, но в этот момент машина окончательно потеряла управление, уходя в занос. Ее развернуло, швырнуло на встречку и на полном ходу столкнуло с синим грузовиком.

Азара, успевшего оторвать ремень — по инерции кинуло вперед, выбросило в лобовое стекло. От удара то пошло трещинами.

Но собственный автомобиль не остановился, он переворачивался с ног на голову, оборотня кидало вместе с грудой железа вверх-вниз. В какой-то момент лобовое стекло все же треснуло, и Азар вылетел, упав прямо в воду.

Сверху на него уже летел горящий автомобиль…

Сознание возвращалось толчками. Он помнил лишь бурлящую, почти кипящую воду вокруг себя, должно быть то, что он был в обороте, спасло его — животные инстинкты приняли управление телом даже тогда, когда сознание отключилось.

Кажется, зверь решил отдаться течению, в том месте оно всегда было быстрым, и плыть по нему. Сколько он так проплыл? Сам ли сумел выбраться на берег? Или его вытащили?

— Надо бы тебя, так сказать, обыскать, дружок, — кто-то дурно пахнущий ворковал над ним. — Давай, не жадничай, так сказать, выворачивай карманы. Гляди, какой толстый бумажник…

Азар приоткрыл глаза, пытаясь разглядеть, кто перед ним. Но вместо лица воняющего человека увидел лишь мутное пятно на темном фоне.

Он в каком-то туннеле? Трубе? Где он?

Попытался встать — и зрение окончательно исчезло, а голову прострелило резкой болью.

Нужно прийти в себя и скорее возвращаться. Даниилу в его отсутствие могли отдать обратно в Академию.

— О… Смотри-ка! Как глаза в темноте сверкают. Да тут оборотень! Мое почтение, мусье, так сказать, — незнакомец дыхнул перегаром. — Вы уж не серчайте, что бумажник, так сказать, забрали. Скромный арендный, так сказать, сбор. За проживание в наших, так сказать, апартаментах.