Дух воина - Марианна Красовская

Женька пожала плечами. Ей-то что? Он мужчина, командир, теперь уже – почти хан. Пусть решает. А она просто будет рядом с ним.

***

Наран и Баяр разложили на земле какую-то примитивную карту, выцарапанную на куске кожи. Прочие воины споро ставили шатры: негоже женщинам и детям ночевать под чистым небом. Развели несколько костров, поставили на огонь котлы. Женщины громко спорили над ручьем, дети носились вокруг них с криками. Не стан, а цыганский табор какой-то. Женьке остро не хватало медведя на цепи и танцев с бубнами.

Они с Листян отошли в сторону.

– И как твоя замужняя жизнь? – с любопытством спрашивала Листян. – Правду ли говорят, что мой брат неутомим в любви?

– Кто говорит? – мгновенно вскинулась Женька, внутри которой зашевелилась черная змея ревности.

– Илгыз говорит. Она была подругой Баяра несколько лет. Мы все думали, что она возьмет его в мужья, но она ушла в шатер к Карыну.

Женька ничего не понимала. Кто такой Карын, она понятия не имела, да и Илгыз ни разу не видела. Листян вздохнула преувеличенно тяжко и пояснила:

– Илгыз хотела, чтобы Баяр стал тысячником. А лучше и вовсе – ханом. Или хотя бы дарил ей много украшений и обещал богатства и власть. А Баяр все со своей сотней да с мальчишками, и совсем ему ничего нужно не было. Зато Карын разливался соловьем. Подарил ей наручи и обруч на голову, жемчужное ожерелье и серьги с кораллами. В общем, Илгыз и вышла за него замуж. Баяр очень страдал.

Тут Листян преувеличила: по ее брату и не сказать было, что он расстроился. Он вообще свои эмоции не показывал, и уж тем более – младшей сестре. Но, на ее взгляд, мужчина, которого цинично бросила недостойная женщина, достоин всяческого сострадания. И вообще, Дженна должна понимать, как ей повезло с мужем.

– Ну ушла и ушла, – равнодушно пожала плечами бесчувственная Дженна. – Тем лучше для меня. И тем хуже для этого вашего Карына.

– А ведь Карын вполне может стать следующим ханом! – жарко воскликнула степнячка. – Представь, что было бы с Баяром! Они никогда мирно не жили, дрались постоянно. Карын с Илганом постоянно пакостили Сулиму, а Баяр всегда его защищал.

Женькин мозг готов был вскипеть, она совершенно не понимала, о чем толкует Листян. Какой-то Карын, какая-то Илгыз, которая сначала была любовницей Баяра, а потом стала женой другого. Бред! И, чтобы перевести разговор, Женька лукаво прищурилась:

– Так ты теперь с Нараном?

Листян вдруг страшно смутилась, захлопала своими красивыми глазками, поджала губы и призналась:

– Ну… вроде как да. Но на самом деле – нет. Я с ним поговорила и согласилась стать его женой… может быть. Потом. А пока я – невеста. Но в его шатер я не пойду.

– Ты его обманула, – понимающе кивнула Женька. – Чтобы поехать с ним.

– Ну да. Но это ничего. Потом он обязательно поймет, что мы с ним не пара.

– А почему?

– Я – ханская дочь, а он даже не сотник, десятник! Это смешно!

– Боюсь тебя расстроить, Листян, но ты больше не ханская дочь, – фыркнула Женька. – Сестра Баяра, это да. А Наран – лучший друг и правая рука. Теперь вы совершенно на равных.

Листян смешно вытаращила глаза, ойкнув, а Женька сочувственно похлопала ее по плечу. Никто не заставлял степнячку хитрить. С Нараном она поступила откровенно некрасиво, так что пусть теперь подумает над своим поведением!

Сотня поужинала, потом принялась располагаться на ночлег. Женщин и детей размещали в шатрах, а Женька растерялась. Куда ей? Пришлось разыскивать Баяра.

Он сидел у костра и тихо беседовал о чем-то с Нараном и еще двумя степняками. Один из них был ей знаком, он вез раненого Бурсула. Кстати!

– Наран, а как Бурсул? – спросила Женька. – Выжил?

– Да, Аасор его подлатал, – живо ответил рыжеволосый. – Кстати, тебе от него огромная благодарность. Шаман сказал, ты парню жизнь спасла, все сделала правильно.

Женька улыбнулась довольно, а Баяр вдруг протянул руку, поймал ее пальцы и потянул жену к себе на колени. Прямо на виду у остальных воинов. Вырываться Женька не посмела, но рассердилась ужасно: что же он творит? Уравнивает ее со своими прежними бабами? Показывает свою власть над ней? А ведь с этими воинами она побывала в бою, что они о ней подумают? Какой стыд! Жаркий поцелуй в шею смутил ее почти до слез.

Степняк почувствовал, что жена в его руках вдруг вся сжалась, как от удара, заглянул ей в лицо, увидел блестящие глаза и вздохнул. Ну и что она успела себе придумать? Что опять ей не так? Он снова забыл, что она – не степнячка. И оставил ее сейчас одну – только прирученного своего котенка бросил в толпу чужих ей людей. Не стоило. Но он слишком обрадовался друзьям и совершенно позабыл о своем новом статусе. Глупец!

– Наран, выставь часовых, – велел он другу. – Мы спать. Шатер нам поставили?

– Да, Баяр-ах.

Вот как. Его все же признали старшим. Уже не просто сотник, а глава, самый сильный в стане. Хорошо, пусть будет так.

Поднялся, не выпуская Дженну из рук, обнимая за плечи, показывая всем, что она – его женщина, его жена. Неприкосновенная, самая главная из всех женщин в стане. Повел за собой в шатер.

Тоже – знак его власти. Остальные мужчины спят пока под открытым небом. Только мальчикам младше двенадцати лет можно ночевать с женщинами. А он – Баяр-ах. Стоит теперь выше всех своих воинов. Впрочем, если бы не Дженна, он бы, как обычно пренебрег всеми традициями и разместился бы вместе с друзьями. И в дозор бы встал со всеми вместе. Но теперь все изменилось. Он теперь семейный. И нужно думать не только о своем положении, но и о Дженне. Нельзя ее размещать среди женщин и детей, это неправильно. Мужчины поймут и оценят его близость к ним. Женщины – сочтут за слабость, будут болтать за спиной.

Дженна молчала, снова от него закрываясь. Тихо опустилась на покрывало, отвернувшись.

– Сайхан, что не так? – просто спросил он ее. – Скажи мне, кто тебя обидел?

– Никто, – буркнула Женька, нерешительно потянув завязки рубахи. Раздеваться ей, или все, кончился медовый месяц? Одно дело – стонать под ним, когда рядом никого, кроме куропаток и ящериц, и совсем другое – посреди стана.

– Иди ко мне, маленькая, – он обхватил ее руками, прижимая к себе. – Дженна, ты же воин у меня?

– Допустим, – проворчала она, ерзая на его коленях и доверчиво тыкаясь носом ему в грудь, отчего ему сразу становилось неловко сидеть.

– А я твой командир, верно?

– Ну… вроде да.

– Тогда я приказываю тебе мне все рассказать. Я как командир просто обязан быть в курсе всех проблем моих людей.

– Ох… – Женька на минутку задумалась, а потом призналась. – Ты меня выставил полной дурой при своих людях, Баяр.

– Когда успел?

– Ты меня лапал. Как будто я гулящая баба какая.