Заветная Луна - Софи Вирго

Алена

— Карте и года нет, а уже из строя вышла. И приложение не дает перевыпуск заказать. Что за жизнь? Вроде двадцать первый век, сетуют за цифровизацию, а как на нее перейти, Ален? У них то одно слетело, то второе не работает. А-аааа. Надоели, блин.

Иду под возмущения Лизки в сторону банка, где у нее обслуживают студенческую стипендиальную карту. Вот надо же было ей сломаться именно сегодня, когда у меня настроение не очень после вчерашнего разговора с Марьяной. Чертов Волканов, ну зачем ты появился в моей жизни?

— Аль, спасибо что со мной пошла. Аль? — подхватив за руку, подруга привлекла внимание к себе.

— Прости, задумалась немного.

— Если ты занята, можешь не ходить. Вы с Марьяной только встретились, вас, видимо, тянет узнать друг друга, притереться, а тут я со своей крошечной проблемой. Просто не люблю я все эти банки, — виновато опускает глазки девушка, сильнее хватаясь за мой локоть.

— Да нет, что ты, одну я тебя не отпущу, это уж точно. Просто немного не по себе. Настроения нет, плюс предчувствие странное, предостерегающее. Причем понимаю, мне надо от тебя сегодня не отходить.

И не соврала ни на минутку. И настроения нет, и предчувствие одолевает сильное. Отец всегда говорил, что инстинкты нельзя прятать, глушить. Если не понимаем, к чему относится предостережение волка, значит внимательно следим за окружающей обстановкой. И самое главное, никогда не сбегаем от опасности. Судьба никогда не оставляет все незавершенным. Если сегодня мне и удастся отсидеться, то она отложит свое провидение на более удачный для нее момент.

— У меня сегодня личный телохранитель? — игриво спрашивает девушка, но вижу, она приняла мои слова к сведению и тоже будет насторожена.

— А то! — и поглаживаю ее ладошку.

По дороге к банку мы все же сворачиваем к кофейне. Там просто потрясающая выпечка и чай, хотя преимущественно там все же заказывают кофе в различных его вариациях. Сафонова, видя мою кислую моську, решила не терять времени зря, и развлекала меня историями с практики.

Один ее одногруппник решил, что в морге очень скучно, и устроил зомбиапокалипсис. Представьте, толпа студентов, преподаватель показывает, что и как правильно делать, с чего стоит начинать, на что обращать внимание. Все сосредоточены, принимают участие, как за спиной профессора, на соседнем столе, садится труп.

Конечно, сначала у всех секундный шок, потом дружный крик. Часть студентов убегает, часть грохается в обморок, и только наша красавица подходит к восставшему и обламывает такой крутой спектакль. Труп-то лежал еще в одежде, поэтому ремешки для подъема было легко спрятать и поставить на автомат домкрат. Влипло парню знатно. И зачем он в медики пошел. С такой фантазией — надо было в сценаристы. Я даже немного посмеялась, но недостаточно, чтобы удовлетворить близкого человека.

— Ален, ну, что случилось? Поделись со мной. Вчера что-то ужасное произошло, когда я ушла? Ты ведь только из-за этого можешь быть такой убитой. Я знаю тебя слишком хорошо. Если я могу чем-то помочь, ты только скажи.

— Случилось, Лиз. Кошмар случился в виде свидания Марьяны и моего телефона, — она сначала не понимает, уходит в свои мысли, чтобы найти ответ, и когда находит, кривит губки.

— Ауч, ты не удалила?

Если бы. Всю историю сообщений и звонков с Волкановым я удаляю всегда в тот же миг, как она появляется. Не делай этого, то вообще неизвестно, чем бы все закончилось. Девушка напротив меня знает, как обстоят дела, а вот бета — нет. Там такие сообщения были, что можно было бы трактовать их смысл по-разному, и далеко не в мою пользу.

— Удалила, но он написал новые…

— - — - -

14 часов назад

Не увидев моей реакции, девушка решила начать первой. Могу ее понять, все, что она обнаружила, весьма ужасно и губительно.

- Не смогла удержаться. Семь звонков. Шесть сообщений, и это только сейчас. Уж прости. Что происходит, Аля?

Самое странное, в голове не было того осуждения и презрения, которое я ожидала услышать. Волчица показала рукой на диван. Мы присели и снова повисло молчание. Она залезла с ногами на мягкую поверхность, и, положив один локоть на спинку мебели, подперла голову в ожидании моего монолога. А я не знала, что ей сказать.