Операция «Невеста» - Галина Львовна Романова

С каждым мигом паникуя все больше, я принялся обшаривать комнату, заглядывая во все углы подряд. Посмотрел под подушкой, перетряхнул постель и содержимое письменного стола. Прополз по полу туда-сюда, шаря по углам. Бесполезно! Стопка бумажных листов, перевязанных простой бечевой, испарилась бесследно.

За этим занятием — я еще искал, но уже по инерции, в тщетной надежде, что просто плохо посмотрел, что-то пропустил — меня и застал мэтр Куббик.

— Признаться, после вчерашнего я боялся, что вы заболели, — сказал он. — Что случилось, Згаш?

Выслушав мое сбивчивое объяснение, он помрачнел и махнул рукой — мол, пошли.

Студенты уже сидели за столом, госпожа Гражина подавала завтрак, кошки в полном составе вертелись рядом, задрав хвосты и выклянчивая подачки.

— У меня из комнаты пропала ценная вещь, — с порога заявил я.

Все — даже коты — дружно уставились на меня.

— Та шо вы говорите, Згашик? — ахнула госпожа Гражина, прижимая пухлые руки к сердцу. — Так-таки и пропала? А шо?

— Моя рукопись. Мэтр Куббик знает… И я хочу узнать, кто это сделал!

Студенты переглянулись.

— Вы подозреваете нас? — первой нарушила молчание Марджет.

— Больше некого. Ни мэтру Куббику, ни Динке, ни тем более госпоже Гражине она ни к чему.

— А нам, выходит, к чему? — ощетинился Зимовит.

— Да кто вас знает?

Студенты переглянулись с таким видом, словно молча спрашивали друг у друга: «Правда, что ли?»

— Круг подозреваемых можно сузить, — пожал плечами я. — Госпожа Гражина почти не заходит в мою комнату. И она служит здесь достаточно давно, так что ее можно исключить. По этой же причине я вычеркиваю Динку. Двенадцатилетняя девчонка просто не в состоянии…

— Откуда вы знаете, что в состоянии, а что не в состоянии сделать подросток? — пробурчала Марджет и тут же заработала тычок в бок от Зимовита.

— У нее не было причин так поступать. Если не из чисто детского любопытства. Мэтра Куббика я тоже исключаю. Просто потому, что не вижу мотивов для такого поступка… Остаетесь вы двое. Вы приехали сюда не так давно. О том, как вы жили, с кем встречались, и мог ли этот «кто-то» дать вам особое поручение, мне ничего не известно. Зато мне известно очень хорошо, что инквизиция не оставила меня в покое. Исчезновение рукописи легко связать с происками инквизиторов. А что проще, чем подослать сюда соглядатая?

— Но как? — озвучил общую мысль мой партнер. — И когда?

— Когда угодно! — Я смотрел только на Зимовита. — Вчера, например, ты оставался дома один несколько часов. Сразу по приезде, когда ни мэтра, ни нас не было дома. Меня срочно вызвали в Малые Звездуны, Марджет поехала со мной. До приезда мэтра Куббика ты вполне мог бы…

— Ничего я не мог! — воскликнул парень. — Я так вымотался, что сразу спать завалился! И потом — почему сразу я? Мардж вон, например, тоже в вашей комнате бывала не однажды. И последний раз вчера ночью.

Я открыл и закрыл рот. Парень был прав. Я сам — сам! — помог девушке забраться в свою комнату. И она оставалась там достаточно долго, чтобы можно было наскоро устроить обыск и найти рукопись. Она ведь даже не стала открывать стоявший на виду ларец с порошками — как схватила его, закрытый, так и швырнула. Она явно была занята кое-чем другим… А чем еще?

— Вы… вы, — из глаз Марджет мигом брызнули слезы, — вы мне не верите?

— Я не верю никому.

— Ребята, — вступил в разговор мэтр Куббик, — это серьезно. Конечно, в этой рукописи нет ничего из ряда вон выходящего, но сам факт воровства уже не делает вам чести. Тем более что воровать у своего коллеги… у некроманта… Когда вам выдадут такие вот знаки, — он щелкнул ногтем по медальону на груди, — вы станете членами нашей гильдии. Вы станете нам словно братья… и сестры. Представителей нашей профессии и так не везде любят, и достаточно одного отступника, чтобы народ ополчился на всех некромантов. Я уж молчу про инквизицию. И если мы станем подставлять еще и друг друга… Отдайте по-хорошему. Пока не поздно. Или скажите, кому вы ее отдали.

— Мы… мы, — девушка всхлипывала все явственнее, — мы ее не бра-а-али! — Она окончательно разревелась.

— У нас ее нет, — глядя начальству прямо в глаза, твердо произнес Зимовит. — И где она сейчас — мы не знаем!

В деревне Пирожки убили Хлебного духа. В самом прямом смысле слова.

Обычно бывает так: в конце страды оставляют нетронутым один, самый дальний, клочок пашни. Выбирают тот, что находится ближе других к оврагу, рощице, каким-либо зарослям — только не у дороги и не у воды. Все косари и жнецы потихоньку собираются вокруг, оставив только проход к этим самым зарослям, после чего разом пугают Хлебного духа. Как правило, он выскакивает из хлебов и удирает, провожаемый криками и напутственными речами вроде: «Сейчас уходи, весной приходи!» Ибо считается, что если Хлебного духа сжать вместе с этими колосьями и он попадет в зерно, то отравит весь урожай. Если же — и такое бывает — никто из хлебов не выскакивает, скрепя сердце оставляют клочок несжатым до весны. Весной же сопревшую солому запахивают, удобряя почву.

В этот раз из клочка жнивья выскочил какой-то человек. Он ринулся прямо на косарей, и один молодой парень отмахнулся косой, да так неудачно, что незнакомца пришлось захоронить на краю оврага, куда предполагалось выгнать Хлебного духа. В Пирожках объявили траур — нечаянного убийцу чуть было не закопали вместе с убитым. Хорошо, кто-то из старших косарей заметил полевую мышь, вроде бы выбежавшую следом. Это несколько успокоило людей. Но на девятую ночь мертвец встал из могилы и пришел в деревню.

Встревоженные селяне прислали гонца, и утром мэтр Куббик ускакал в Пирожки. Я уговорил его взять с собой обоих студентов — с некоторых пор мне было тяжело их видеть. А ведь приходилось и общаться! У них же практика! Два некроманта — два практиканта, так что отвертеться не удавалось. Но зато когда все трое уехали, можно было вздохнуть свободнее.

Даже если ничего серьезного не происходит, у городского некроманта полно работы. Следить за состоянием жальников, провожать в последний путь покойников, ненадолго возвращать к жизни некоторых мертвецов — если человек скончался, не успев оставить завещание. Дежурство в храме Смерти тоже входит в число прямых обязанностей. И, поскольку мой партнер уехал на несколько дней — ибо Пирожки находились довольно далеко, прискачут они туда как раз вечером, провозятся до утра и двинутся в обратный путь лишь завтра-послезавтра, — то и дежурить выпало мне.

Монахи-«смертники» встретили меня как-то странно. «Ревнуют!» — мелькнула мысль. Ну, это их дело. Интересно, а что было с предыдущими «супругами Смерти»? Мне говорили, что их считают чем-то вроде легенды. В архивах Колледжа Некромагии хранится информация о сотнях некромантов, но супругов Смерти среди них нет. Либо это настолько секретно, либо они появляются не так часто, как рассказывают. Лично я знал только одного — лорда-алхимика Вайвора Маса, прапрадеда Анджелина Маса. Ради него — между прочим, не некроманта! — Смерть отказалась от остальных претендентов на ее руку. Среди кандидатов был некий Байт, дальний родственник нынешних Байтов, ставший впоследствии первосвященником Свентовита в Больших Звездунах. Именно оттуда и растут корни противостояния двух семейств. Анджелин сейчас один против всех. И он либо выйдет победителем из этой схватки, либо окончательно капитулирует перед извечными врагами.