Весна в огне 2 - Юлия Меркурий

Кэсси смутилась.

— Да так, покупательница одна.

— Покупательница купила? Надо же! Кто же она, ты её знаешь?

— Да так, приезжая… — Кэсси покраснела.

Тут зазвонил дверной колокольчик, и в зал зашёл знакомый мальчишка-посыльный с небольшой корзиной цветов.

— Госпожа Эльконте, это для вас!

— Спасибо!

Кэсси нашла среди нежных розовых бутонов конверт и быстро прочитала записку. По лицу её расплылась улыбка.

— Меня приглашают на вечер, — пояснила она.

— Ну вот и иди. А тебе есть что надеть? — озаботилась Агнесс.

— Да-да, мне ничего не нужно, спасибо!

Кэсси быстро собралась и убежала, не забыв прихватить цветы.

Агнесс взяла упакованные наряды и вышла на улицу. Тут её ждали две неприятные неожиданности.

Во-первых, было невозможно поймать экипаж: внезапно улицы превратились в пешеходные зоны, и ей пришлось со своими, хотя легкими, но объёмными коробками идти пешком. Целых четырнадцать шагов от дома! Потом к ней подбежали мальчик-газетчик, посыльный, дружинник и ещё несколько мужчин, чтобы помочь. Агнесс как смогла поделила между ними свою ношу, но всё равно всем не хватило, что вызвало искреннее огорчение у помощников.

Но идти до парка пришлось всё-таки пешком. Мужчины порывались и её на руках донести, но это было недопустимо.

Второе неприятное открытие встретилось ей по дороге. Опытным взглядом она окидывала наряды дам, легко определяя среди них и пошитые в столице, и у госпожи-не-к-ночи-помянутой-Лилии, и самосшитые, и привезённые из Лесов — такие тоже были. И увидев у одной девушки сумочку в виде ракушки, она чуть не споткнулась. Думала, зрение её подводит, но это действительно оказалась копия её изделия, которое недавно купили у неё в салоне. Она чуть отличалась цветом, а так довольно точно её повторяла. Агнесс с трудом сдержала желание подойти к девушке и вырвать у неё сумку из рук, чтобы рассмотреть поближе.

Дальше — больше. Она увидела ещё несколько женщин с такими сумками. Гнев быстро разгорался в Агнесс. Кто-то посмел украсть её идею! А потом и вовсе увидела среди торговых рядов, устроенных на мостовой, палатку, где ими торговали! Краска бросилась ей в лицо, руки обожгло внутренним огнём, она сжала кулаки. Только благодаря отточенному годами самоконтролю она не спалила прилавок.

— Госпожа, вам приглянулись эти чудесные сумочки? — спросила продавщица. Горница, кто бы сомневался. — Это новиночка, расхватывают как пирожки, берите! Это скоро будет символом Эфелии!

— Госпожа, мы никуда дальше не идём? — услышала она позади.

Агнесс обернулась. Её добровольные помощники, выстроившись в ряд, смиренно ждали.

— Господа, минуточку. Вы же простите девушке маленькую прихоть? — улыбнулась она и повернулась к продавщице. — Дайте мне сумку. Эту, — указала пальцем на первую попавшуюся.

— Да, госпожа, конечно!

Агнесс заплатила нехилую сумму, слишком большую для ворованной вещи. Её сумочка, которую она изготовила в единственном экземпляре, стоила не намного дороже, чем эти подделки.

— Носите с удовольствием! — пожелала ей продавщица. Агнесс лишь презрительно скривила губы. Ещё чего! Она купила её, чтобы потом внимательно изучить.

В парк она пришла уже будучи совсем не в настроении. Вергиния её ждала за временной сценой, там поставили несколько палаток, заменяющих артистам гримёрки.

Когда актриса вышла на сцену, Агнесс из-за кулис наблюдала за ней. Она не могла не отметить, насколько в лучшую сторону изменилась актриса с момента их первой встречи. Она и тогда была красивой, но словно не знала об этом или не умела подчеркнуть, а наряды пробудили в ней женщину. Вергиния стала более уверенной, яркой и эффектной. Агнесс не сомневалась в её блестящем будущем, у неё были все шансы стать примой даже Королевского театра столицы. А всего-то надо было взять на себя смелость выделиться из толпы.

Вергиния, довольная, вернулась со сцены, и Агнесс помогла ей переодеться.

— Помнишь секрет? — шёпотом спросила она у актрисы.

— Да, — улыбнулась та. — Сжать эту пуговицу.

— Будет красиво. Жаль, что сцена так ярко освещена, в темноте было бы эффектнее.

— Ну, что поделать.

Внезапно Агнесс и почувствовала резкое жжение в груди. От неожиданности она согнулась пополам, с трудом могла вздохнуть.

— Что случилось? — вскрикнула Вергиния. — Вам плохо?

Она принялась трясти Агнесс за плечи. Агнесс слабо отмахнулась, показывая, что её уже лучше. Приступ действительно спал.

— Что это было?

Агнесс покачала головой.

— Не знаю… Это… Не пойму…

— Присядьте!

Агнесс села, внимательно прислушиваясь к своему телу. Боль исчезла, остался слабый отголосок. То, что случилось, напугало её, она не понимала этому причин. От сердца по телу прошла волна озноба и исчезла.

— Агнесс, — позвала её Вергиния.

— Всё в порядке. Мне уже… — она хотела сказать «лучше», но вдруг почувствовала зов. Зов огненных чар, — … нужно идти.

Она встала. Вергиния смотрела на неё, удивленно округлив рот.

— Вы уверены?

Агнесс замерла. Волна озноба опять прокатилась по телу, а потом и ещё одна, только уже огненная.

— Да.

Агнесс быстро вышла из палатки. Её обдавало то жаром, то холодом, словно лихорадило. Она шла среди празднующих людей, с трудом избегая столкновения с ними. Её звал огонь. Родной огонь, огонь предков, огонь её семьи.

Глава 44

Агнесс спешила к выходу из парка, когда раздался взрыв, совсем рядом с нею. Он донесся оттуда же, куда она и направлялась. Она не ожидала этого, качнулась на высоких каблуках, едва не упав. Люди вокруг испуганно закричали, но голоса доносились словно сквозь вату. Одновременно погасли все фонари. А потом подряд прозвучали ещё два взрыва.

Агнесс снова почувствовала приступ озноба и боли в груди, замерла прямо посреди дороги. Мимо пробегали люди, толкаясь, чуть не сбили её с ног, и она сошла с дорожки на газон, постояла немного, оперевшись о дерево, приходя в себя.

Когда стало лучше, медленно пошла к воротам. Избегая толпы, она отошла еще дальше от аллеи на заросшую деревьями и кустарниками территорию. Туфли проваливались в мягкую землю. Агнесс обо что-то споткнулась, не различив в темноте препятствие. Зажгла искру,