Битва за Игнис - Ана Адари

- Ступай, - Дэстен кивком отпустил наемника, который мгновенно исчез. И сказал Ололе: - Я тебя слушаю.

- Спасибо.

Она прошла в палатку, тайком бросила взгляд из-под длинных ресниц на разобранную постель и, казалось, еще больше смутилась.

- Я пришла не как императрица. Пришла одна. Без охраны. Я так давно тебя не видела…

- Вы были здесь на днях с наместником Гором, - сухо напомнил он.

- Но сколько мы не виделись до этого! Ты меня избегаешь!

- Ты сама выбрала свою судьбу. Ушла в Игнис. Стала любовницей Ранмира. Родила ему детей. Ты предала меня, и так быстро, - не удержался Дэстен.

- Тебе было больно? – живо спросила Олола. И бросила внимательный взгляд теперь уже на него. Неужели Алвар прав?!

- Мне больно сейчас. Зачем ты пришла? Просить мира? Сдайте Игнис и признайте свое поражение. Присягните новому императору. Ты все слышала. Я свое решение не изменю.

Олола нахмурилась: план наместника не сработает. Дэстен непреклонен, поэтому начать надо с главного. И она решилась:

- Ты должен кое-что знать. Я тебя не предавала, а освободила. Узнай ты, что я беременна, мог и передумать. А теперь ты сьор Халлард и метишь на императорский трон. Я же не ожидала, что Ранмир на мне женится. И что Чикита не родит ему детей. И он сделает моих сыновей принцами.

- Постой… Я не понимаю, о чем ты говоришь. Что значит: узнай, что я беременна?!

- Я хотела тебе сказать. Помнишь наш танец в четвертую луну после твоей свадьбы? Но ты был так зол. И не хотел меня слушать.

- Сказать что? – в упор посмотрел на нее Дэстен.

- О, Мрак! Какие же вы, мужчины недогадливые! – с притворной досадой сказала Олола. – Неужели ты до сил пор не понят, что Раф – твой сын, а не Ранмира?! Да все уже знают! Вы слишком похожи! Раф – Тадрарт! А вовсе не аль Хали! Ты ведешь сейчас войну против своего сына, Дэстен!

- Этого не может быть, - голос у него внезапно сел. Потому что он понимал: Олола говорит правду. Раф ничуть не похож на Ранмира аль Хали. Ни внешне, ни по характеру.

Дэстен не раз находил у юного принца знакомые черты. Но гнал эти мысли прочь. Раф – Тадрарт!

- Но зачем ты это сделала?!

Олола осторожно, словно боясь спугнуть добычу, приблизилась к нему. И положила голову ему на грудь. Дэстен жадно вдохнул аромат ее волос. Такой забытый, но по-прежнему манящий. И машинально опустил руку ей на талию. Олола тут же подалась вперед и жарко прильнула к нему губами:

- Я так соскучилась… - прошептала она. И поцеловала его шею, потом подбородок, успевший зарасти щетиной, потом встала на цыпочки и потянулась ко рту. И почти уже его коснулась.

Но Дэстен собрал все свои силы и отстранился. Хотел оттолкнуть ее, но не смог. Просто удерживал на расстоянии. Хотя руки Ололы все еще лежали на его плечах.

- Ты заставляешь меня поступиться честью сьора, - сказал Дэстен хрипло. - Я пообещал Нэше, что буду ей верен.

- Нэша тебя у меня украла, - напомнила Олола. – И сначала ты нарушил клятву, данную мне. Ты ведь обещал жениться. Дэстен, сколько мы можем себе врать? Ты меня по-прежнему любишь. А я люблю тебя. Ты стал моим первым мужчиной. Помнишь цветок венерии, который я тебе подарила?

- Он рассыпался в пыль. Но она лежит на дне шкатулки, с которой я не расстанусь до самой смерти.

- Так зачем же себя мучить? – вкрадчиво спросила Олола.

Она была так близко, и такая доступная. Страстная и податливая, как в его ночных мечтах. Никто не войдет и никто не узнает. Он выведет Ололу тайно и поможет ей добраться до ворот Игниса еще до рассвета. Соблазн был так велик. И Олола это почувствовала.

Если раньше охотник выслеживал и крался, то теперь он нанес удар. И удар смертельный. Олола призвала на помощь весь свой женский опыт. А Ранмир научил ее многому. В отличие от граты Нэши, которая могла одарить своего обожаемого мужа только нежностью, сьор аль Хали вовсе не был невинным. И от любовницы требовал то, к чему привык во время своих добрачных подвигов.

Сейчас перед Дэстеном была совсем другая Олола. Которую он еще не знал. Ушедшую молодость с лихвой компенсировал богатый опыт. Олола ловко расстегнула его рубашку, а вторая рука змейкой скользнула вниз.

Дэстен и опомниться не успел, как они очутились в постели. Олола прекрасно помнила, что стоит на кону. Империя. И очень старалась. Он же не чувствовал фальши, потому что новость ошеломила. Раф – их сын! Никакого предательства не было. Скорее, обманули Ранмира. Так и мать Дэстена спасала своего внебрачного ребенка, выйдя замуж на Намира аль Хали.

Женщины жертвуют собой, чтобы скрыть семейные тайны. И Дэстен простил свою первую любовь. И как он понял, единственную. Страсть оказалась сильнее чести. Сильнее долга. Гордости. Олола вернулась к нему!

- Тс-с-с… тихо… - шептала она, ловя своим жадным ртом его стоны. – У нас будет еще много ночей… В твоем и моем