Дисгардиум 13. Последняя битва-1 - Данияр Саматович Сугралинов

Коварный удар! Клинок вошел в плоть Астарота на сантиметр глубже, но снова встал.

Действуя как лесоруб, я остервенело продолжал рубить, каждый раз чувствуя, как меч проникает все глубже. Ну же, еще немного!

Коварный удар!

Коварный удар!

Коварный удар!..

Тринадцатый Коварный удар, и без всякого сопротивления меч вдруг вышел с другой стороны шеи Астарота. Его голова, уже повернувшись ко мне, вдруг замерла и, отделившись от тела, начала медленно соскальзывать с шеи, а в глазах, расширенных от неверия, еще не успело отразиться осознание произошедшего.

Жуткий кинжал, выскользнув из ослабевших пальцев, неторопливо полетел вниз.

Спохватившись, я рванул за ним и перехватил в полете, ощущая его тяжесть и холод.

Жаль, но без игрового интерфейса было невозможно узнать истинные свойства кинжала. Внимательно рассмотрев его, я заметил, что лезвие, ранее казавшееся живым из-за движущихся червеобразных отростков, теперь напоминало причудливую мозаику из металлических завитков и спиралей. Несмотря на неподвижность, узор, казалось, все еще таил в себе скрытую угрозу.

Надо бы показать великим князьям этот кинжал и тот артефакт с Вер’Корванта. Может, подскажут, что с ними делать… если выживут.

Когда я вышел из убыстрения, массивное тело Астарота, с обвисшими крыльями и лишенное головы, рухнуло вниз, прямо на головы демониаков. Следом свалилась его башка.

В тот же момент я снова услышал оглушительный рев сражения.

Но теперь у нас появился реальный шанс — шанс, который я собирался использовать по максимуму.

Глава 15

Сквозь пламя и тьму

Убить их всех?

Окинув взглядом поле боя, я на мгновение задумался о возможности уничтожить всех оставшихся демониаков. До битвы их было полмиллиона. Сейчас — в лучшем для нас случае — около четырех сотен тысяч.

Кроме того, я мог бы исцелить недобитых бойцов легионов, ведь возобновляемый запас хао у меня почти ничем не ограничен… Ничем, кроме времени, которого нет. В любой момент может появиться сам Люций, отреагировав на смерть Астарота, да и Игры начнутся совсем скоро. Если опоздаем, тогда все зря.

Так что я решил сосредоточиться на лечении раненых в пределах видимости, но вскоре осознал, что распыляюсь. Пока я поднимал одних, демониаки снова сомкнули кольцо вокруг выживших.

Выкосив их, я снова расчистил пространство, после чего встал перед князьями и покинул Ясность.

Первым отреагировал Азмодан. Его огромная секира уже рассекала воздух, устремляясь к цели, однако реакция князя оказалась столь молниеносной, что он остановил смертоносное оружие всего в полуметре от меня. Лезвие замерло, угрожающе поблескивая в тусклом свете Преисподней.

— Ааз? — воскликнул Азмодан, его глаза расширились от изумления. — Это действительно ты? Так это ты был тем, кто вырезал демониаков?

— Да, я. Все объяснения потом, отец, а сейчас давайте уходить!

Диабло и Белиал застыли в еще большем потрясении. И до этого момента их враги несколько раз внезапно и загадочно падали замертво, распавшись на части, но теперь, когда они из последних сил отражали нескончаемый поток атакующих, ближайшие противники вдруг в одно мгновение были повержены неведомой силой, а на их месте, словно возникнув из ниоткуда, встал Ааз, демон-полукровка.

Великие князья переглянулись, не в силах скрыть замешательство. Как мог этот незначительный отпрыск Азмодана оказаться здесь, в самом эпицентре битвы, и что за загадочная сила стоит за внезапным исчезновением врагов?

— Что происходит? — взревел Диабло, и его голос громом разнесся по полю битвы.

Я бросил взгляд на демониаков за спиной, которые пока не спешили снова атаковать, озадаченные странными смертями товарищей, и воскликнул:

— Отец, князья, нет времени на долгие объяснения! Следуйте за мной, я расчищу нам путь!

Когда я указал направление, Диабло нахмурился, его взгляд метнулся к небу.

— Но Астарот…

Его глаза распахнулись, когда он осознал нечто важное. С момента падения Астарота прошло меньше минуты, и князья еще не успели осмыслить, что грозный вражеский генерал больше не участвует в сражении.

— Он мертв! — отрезал я. — Все вопросы потом!

К счастью, сообразительность великих князей намного превосходила возможности обычных демонов. Диабло, обменявшись со мной коротким взглядом, кивнул и зычным голосом приказал выжившим выстроиться в круговую фалангу. Белиал и Азмодан, не теряя ни секунды, заняли позиции, прикрывая своих подчиненных.

Воздух снова наполнился лязгом доспехов и хриплыми командами. Демоны, словно единый организм, начали перестраиваться: внешний круг ощетинился копьями и щитами, готовый встретить врага со всех сторон, а за ними, создавая многослойную оборону, выстроились ряды более легких бойцов.

В центре этой живой крепости заняли позиции великие князья. Их окружили оставшиеся легаты и трибуны, среди которых я заметил Хаккара, и генералы доминионов: Молох, Аваддон и Агварес. Эта импровизированная цитадель, защищенная хаотическим железом и демонической магией, была готова прорываться сквозь море врагов. Перестроение заняло меньше минуты, и за это время я сделал еще несколько кругов в убыстрении, вырезая демониаков и не давая им приблизиться.

Когда фаланга выдвинулась, я, зависнув в воздухе, занял место между князьями.

Громыхая доспехами, демоны неслись вперед, сотрясая землю. Их щиты и копья образовывали непроницаемую стену. Над ними возвышались колоссальные фигуры великих князей.

Диабло рубил врагов мечом и извергал потоки адского пламени, испепеляя все на нашем пути. Белиал, окутанный зловещей аурой, швырял сгустки темной энергии, разрывающие демониаков на части. Азмодан орудовал не только массивной секирой, но и отросшими щупальцами с острыми кончиками, за раз пронзая по несколько противников.

Я же молнией метался между ними и скользил как призрак, успевая не только расчищать путь, но и шинковать преследователей.

Если бы навык владения мечами прокачивался числом убитых, я бы, наверное, поднял несколько рангов. Взмах меча — и голова демониака, еще не осознавшего своей гибели, медленно отделяется от тела, кровь застывает в воздухе изумрудными каплями. Разворот, Коварный удар — и лезвие рассекает сразу пятерых от плеча до бедра, их внутренности вываливаются наружу, не успевая упасть на землю. Удар, еще удар — конечности разлетаются в стороны, словно ветки под ударами невидимого лесоруба, а броня рвется, как бумага, не в силах противостоять моему клинку.

Пока я кружился в этом танце смерти, каждое мое движение несло гибель.

И все равно, сколько бы демониаков я ни убил, вокруг нас бушевало их бесконечное море, словно они мгновенно респаунились.

— Не знал, что ты настолько совершенно владеешь Дьявольским ускорением, — удивленно заметил Азмодан, когда я в очередной раз вышел из Ясности. — Воистину, сам Хаос отметил тебя, Ааз. Вот только кто