Спасти сердце дракона. Его тайная целительница - Виктория Чара

Эйден тихо рассмеялся. Похоже, моя растерянность его и правда забавляла. Он притянул меня к себе.

— К таким вещам нельзя подготовиться заранее, Вивьена, — сказал он. — Просто будь собой.

— Легко тебе говорить. Ты везде чувствуешь себя хозяином положения.

— Посмотри на меня. — В его голосе зазвучала та спокойная, твёрдая уверенность, которая успокаивала лучше любых ласковых уговоров. — Это важно для меня. И для нашего будущего. Мне необходимо официально представить свою истинную, своё сердце остальным драконам. Я глава клана. Для них ты станешь частью нашей семьи, той, кого они обязаны беречь и защищать. Именно поэтому мы едем туда.

Нашего будущего.

Ой, мамочки!

Глава 34

Внутри меня скрутилась пружина ужаса.

А он произнёс это так же спокойно, как и всё остальное. Просто озвучил факт, как давно принятое и не подлежащее обсуждению решение.

А я совершенно не знала, что с этим делать. Точнее, глубоко внутри я всё понимала. Но вот поверить в происходящее и принять его до конца оказалось выше моих сил.

— А если я им не понравлюсь? — все же озвучила я свой самый главный страх.

Брови Эйдена чуть заметно приподнялись.

— Такого не может случиться в принципе, — и в его голосе зазвучали металлические нотки.

— Но если…

— Вивьена.

Я мгновенно замолчала, понимая, что спорить с ним сейчас абсолютно бесполезно. Мое мнение здесь больше ничего не решало — эту лавину было не остановить. Эйден разобьет любые доводы, не оставив мне ни единой лазейки для отступления.

Оставалось только капитулировать. И мой разум в панике ухватился за самую простую и понятную проблему.

— Но мне совершенно не в чем туда ехать, — пробормотала я.

На самом деле в моем шкафу висело больше десятка прекрасных практичных платьев, присланных миссис Брэдли. Правда, для торжественных приемов в драконьем замке они совершенно не подходили.

Однако спрятаться за бытовыми мелочами и избежать встречи с толпой знатных драконов у меня не вышло.

— Об этом уже позаботились, — всё так же невозмутимо отозвался Эйден.

Я вскинула на него удивленный взгляд.

— Что значит — уже?

— Миссис Брэдли подготовит всё необходимое к нашему приезду.

Я снова замолчала, пытаясь уложить это в голове. Его экономка, оказывается, уже в курсе масштабных планов своего хозяина. Выходит, весь его дом знает о нашем будущем куда больше меня самой. И, возможно, уже давно принял то, к чему я только-только начинала привыкать.

— Эйден, почему мне кажется, что твоя прислуга осведомлена обо всем этом куда лучше меня?

— Они драконы, Вивьена. Если хозяин привел в дом истинную — это священное, долгожданное событие для всего клана. Обрести пару — значит обрести будущее, стабильность и процветание на долгие годы — для всего клана, для рода и для самого дракона. Мои люди почувствовали, кто ты, в ту же минуту, когда ты переступила порог замка.

— То есть, тот твой дворецкий всё понял еще тогда, когда ты привел меня в том ободранном грязном платье?

— Конечно.

— Но как?! Я была уверена, что в тот момент даже ты еще ни в чем не уверен. На мне ведь тогда даже метки не было! Как вы все это поняли?

Эйден сделал шаг ближе, притягивая к себе, и заглянул мне в глаза:

— Я — дракон, Вивьена.

Я хотела что-то ему ответить, но слова вдруг закончились.

Ну и что ему такому скажешь?

Дракон он, видите ли!

Я всплеснула руками. Возмущенно вдохнула, выдохнула. И в конце концов попыталась смириться со своей участью.

— Ладно, постараюсь не растеряться на этом вашем драконьем шабаше, — пробормотала я тихо себе под нос.

— Шабаш — это у ведьм, — уголки его губ едва заметно дрогнули в улыбке. — И я всегда буду рядом.

И это был очень простой, но самый правильный его ответ. Единственное против чего я не возражала.

Эйден уже собирался добавить что-то ещё, но вдруг резко осекся.

Резкую перемену в нём самом я почувствовала мгновенно. Буквально за долю секунды совершенно спокойный мужчина, который только что разговаривал со мной, превратился в опасного, собранного хищника. Его зрачки вытянулись в узкие вертикальные щели, а на скулах и шее едва заметно блеснул жесткий узор чешуи. Дракон внутри него пробудился, откликаясь на невидимую угрозу и переключая его восприятие на ту грань реальности, которая была мне абсолютно недоступна.

— Что случилось? — едва слышно выдохнула я.

Эйден не ответил. Он лишь чуть повернул голову и опустил взгляд, но смотрел при этом не на укрытую мхом землю, а куда-то сквозь неё, в самую глубину черной чащи.

— Останься здесь.

Я послушно кивнула, не сводя глаз с Эйдена. Он медленно двинулся вперёд, к совершенно ничем не примечательному участку между двумя старыми елями. Сколько я ни присматривалась, не замечала там ничего странного. Лишь когда Эйден подошел вплотную, опустился на корточки и осторожно коснулся ладонью стылой земли, мне открылся каменный излом, густо покрытый инеем.

Землю в этом месте словно вспороли гигантским когтем, вывернув наружу каменное нутро. Со стороны всего этого видно не было, и я бы наверняка прошла мимо.

Замерев так на несколько долгих мгновений, Эйден словно прислушивался к чему-то, понятному ему одному, а затем молча достал из-за пазухи тёмный кристалл и крепко сжал его в кулаке, посылая сигнал лорду Карнелу.

Пока Эйден медленно обходил этот странный участок, я стояла там, где мне велели, и напряженно всматривалась в чащу. Лес вокруг казался по-прежнему самым обычным. Те же вековые ели, та же абсолютная тишина, те же яркие краски осеннего леса. Ничего, что могло бы привлечь внимание магполиции за все пять лет безуспешных поисков. Ничего, что мог бы заметить человеческий взгляд.

Лорд Карнел появился быстро и бесшумно. Он сразу направился к Эйдену, опустился с ним рядом, медленно провёл ладонью над изломом — и мрачно нахмурился.

— Скрытая?

— Да. И довольно слабая, работает только на выход, — Эйден поднялся на ноги, отряхивая ладони. — Людей пока не зови. Сначала проверим периметр.

Карнел коротко кивнул и уже начал отходить в сторону, на ходу настраивая артефакт связи.

И вот тогда я это услышала.

Сначала мне показалось, будто скрипнуло старое дерево. Но звук повторился — и от него меня пробрал озноб. Никакой это не скрип.

Это был человеческий стон — едва слышный, полуживой. Он доносился откуда-то справа.

— Эйден, — позвала я, чувствуя,