Магический универ. Книга 1. Учиться, влюбиться... убиться? - Галина Гончарова

Мне надо было взбесить девчонку до последнего предела.

Зачем?

А как еще заставить выглянуть из-под маски свиное рыло?

— Слушай меня, сучка! Если ты посмеешь крутить хвостом перед Эвином — я тебе остаток крашеных волос вырву! Поняла?

Малия сверкнула глазами. И я от души врезала ей под ребра. Так, что блондинка согнулась вдвое.

А когда смогла выпрямиться — меня в комнате уже не было.

О моем визите напоминала только грязная тряпка во рту.

Эйрех рассказал мне, что Малия закатила истерику. Швырялась предметами, едва не разбила зеркало, хотела пойти к директору, но потом передумала.

Еще бы!

Надо отомстить.

И директор тут не помощник.

На следующий день мы наблюдали активно окручиваемого Эвина. Приятель сиял от счастья. Лерг и Лютик хмурились. Я была спокойна.

Второй этап «раскачки» был назначен на вечер.

Эйрех обещал подбросить записку. Коротенькую и выразительную.

«Я предупредила».

А в подарок прилагалась коробочка с пудрой и толченым стеклом. Как намек. Не уберешь лапки от чужого добра — и этому обрадуешься!

После второго акта милая и очаровательная девушка таки расколотила зеркало. И я поняла — мне обязательно повезет.

Должно повезти!

Я не учла только одного.

Степени стервозности Малии и ее догадливости. Или просто — гадости?

* * *

Я предполагала, что Малия будет действовать по принципу «Назло теще зять повесился». И приблизит Эвина настолько, что приятель таки разглядит свиную морду под красивой оберткой.

Или просто отошьет Эвина.

Меня бы устроило и первое, и второе.

Малия выбрала третий вариант.

Я и Лерг как раз сидели, играли в карты и ждали Лютика, когда из стены вывалился Эйрех. И замахал руками.

— Смотри!!!

Домовой протянул мне промокашку с чернильными пятнами. Я прищурилась.

Да, здесь писали чернилами. И в школе ходили промокашки. Очень удобная вещь. Но прочитать на ней что-то… как?

Лерг сообразил быстрее. И перевернул листок бумаги так, чтобы он отразился в зеркале. Через десять минут, ругаясь и споря, мы восстановили текст.

«Милый Вирт, предлагаю Вам встретиться сегодня вечером в третьей купальне от входа налево. Это касается изрядно насолившей вам девушки. Малия ар-Арейне».

Лерг выругался.

— Эйрех, ты можешь узнать, о чем они говорят?

— Нет, — покачал мордочкой домовый дух. — Там уже не дом.

— И подслушать не получится.

— Нет. Никак.

Я чертыхнулась.

Лерг внимательно поглядел на меня.

— Сама расскажешь? Или попинать придется?

— Лучше не надо, — предупредила я. — Буду сопротивляться.

— Ёлка, я хочу знать, что ты затеяла. Я должен знать!

— Ты — возможно. А вот Эвин…

— Я даже Лютику не скажу. Обещаю.

Я задумалась.

С одной стороны — рассказать хотелось. С другой — страшно. А если Лерг решит, что я просто дрянь?

— Ёлка, я тебя все равно люблю. Ты моя подруга, — мягко произнес юноша.

— И не врет, — пискнул Эйрех.

Я выдохнула.

— Ладно. Только не сердись.

— Рассказывай.

— Ты же видел, что эта гадюка с Эвином делала?

— Видел. Только что тут изменишь?

После краткого рассказа Лерг задумался. И подвел итог:

— Если она и не догадалась о тебе, то Эвину все равно может быть плохо. Вирт нас сильно не любит.

— М-да.

— Эйрех, — обратился к домовому Лерг. — У меня к тебе будет большая просьба.

— Какая?

— Пожалуйста, последи вечером за Малией. Что она станет делать после возвращения из купален, с кем говорить, куда пойдет… если будет кому-то писать, пожалуйста, прочти письмо.

Эйрех кивнул.

— А второй?

— Но ты же не разорвешься, — пожал плечами Лерг. — А за двумя зайцами гоняться — мордой дерево поймать.

Спорить было сложно.

— К тому же если кто и будет движущей силой, то это Малия.

Эйрех кивнул и прошел через стену.

Лерг серьезно посмотрел на меня.

— Ёлка, ты понимаешь, что это даже Лютику лучше не рассказывать?

Я кивнула. Я тоже люблю Лютика, но уж больно он безалаберный. Разболтает все и всем.

Не по глупости.

По неосторожности.

Ох, что же делать?

* * *

Директор сидел в кресле и грыз миндаль.

Не в сахаре. Сладкое он не уважал. Но орехи любил погрызть под настроение.

И магистра Эйронуса встретил спокойным взглядом.

— Что случилось?

— Это ты у меня спрашиваешь?

— Я. И у тебя. А что?

— Что твои сопляки с факультета боевой магии творят?

— Да вроде как ничего. Универ пока стоит.

— Да что ты?

Из экспрессивной речи магистра стало ясно следующее. У него учится одна девушка. Малия Арейне.

Умница и красавица.

Только что поступила.

И кто-то посмел поднять на нее руку!

Бедняжку едва не избили!

Ей угрожает опасность!

Она почти не спит от стресса.

Так что магистр требует прекратить безобразие! Директор слушал его. И думал, что неплохой, в сущности, человек.

Но не эмпат. И вот — результат.

Как же стервы (вне зависимости от возраста) вертят хорошими мужчинами, которые готовы защищать, помогать, спасать и закрывать грудью…

И все это делают. Только не для тех, для кого надо.

— Магистр, обещаю вам, что все будет решено буквально через пару кругов, — улыбнулся он.

Это никак не удовлетворило магистра. Но лучшего ему директор предложить не мог.

Он был уверен, что Ёлка что-нибудь выкинет в ближайшие два-три дня. И мешать не собирался.

Зачем?

Ученики должны решать свои проблемы сами. Только тогда из них вырастут маги.

А не манипуляторы.

Вот уж кого ему в Универе и даром не надо, так это нимфозорий, хлопающих во все стороны ресницами. Обычно директор смотрел на таких сквозь пальцы, полагая, что выучить можно и обезьяну. Но! Уже сейчас Малия стоила ему двух дуэлей. И это — на первом курсе! Что же дальше будет?