Пятая Печать. Дом с привидениями - Галина Львовна Романова

– И тем не менее нас не любят, – продолжала хозяйка дома. – Я не сделала ничего плохого семье своего мужа, но его родственники смотрели на меня волками. Его мать то и дело угрожала мне разоблачением. Его дядюшка грозил лишить племянника наследства, а незамужняя кузина только что не плевалась при виде меня. Мне было так тяжело среди них, что пришлось защищаться и поодиночке отправить их всех на тот свет! А у меня была сестра. И ее дочь, Елена, о которых надо было заботиться… Анна же совсем одна. И мы должны избавить ее от лишних переживаний! Мы должны защитить ее от этих девиц!

– Но как? – Сестра Виктория отставила чашку, и та повисла в воздухе, словно ее успела подхватить невидимая рука. – Вы подумали, чем это может нам грозить? Пока не будут найдены еще три Печати, мы не имеем права обнаруживать себя!

– Мы не будем ничего делать. Я уже обо всем подумала. – Сестра Маргарита победно оглядела своих подруг и соратниц. В том, что касалось Анны, последнее и первое слово всегда оставалось за нею. По крайней мере до тех пор, пока девочка не станет полноправной ведьмой и не пройдет все испытания. – Мы только дадим девочке осознать свою силу. Она еще ребенок. Ее способности спят и будут пребывать в спящем состоянии до тринадцати или даже четырнадцати лет. Если что-то и случится, никто ничего не заподозрит! Ведь официально дети не способны колдовать!

– Это хорошая мысль, – кивнула сестра Виктория. Протянула руку, и чашка с остатками чая сама приплыла ей в ладонь. – Если помочь девочке, дать ей пару добрых советов… кое-что подсказать… подтолкнуть… Ведь она, насколько мы помним, росла вдали от всего этого?

– Да. Ее мать, кажется, делала все, чтобы оградить дочь от любых проявлений колдовства и магии…

– И ее настигла кара, – жестко закончила за хозяйку дома сестра Виктория. – Прости, Маргарита, если тебе больно об этом вспоминать, но… такова наша сущность! Елена решила отречься не от нас. Она попыталась предать саму себя! И поплатилась за это.

Сестра Маргарита только тихо кивнула головой. Она давно знала, что племянница плохо кончит. И в глубине души даже радовалась, что теперь ей в руки попала Анна – наследница и носительница огромного дара. Еще не поздно воспитать ее настоящей ведьмой, сделать так, чтобы она обучилась колдовству – и принесла пользу своей новой «семье».

– Для нее это может быть шоком, – только и сказала она. – Девочка, кажется, до сих пор не догадывается о том, кто она такая…

– Догадывается или нет, – улыбнулась лесная ведьма, – но она все схватывает на лету. Уже сейчас Анна может назвать около полусотни лекарственных трав и перечислить, какая от чего помогает. Она различает деревья и травы, разбирается в грибах и начала узнавать птиц по голосам. Если бы вместо того, чтобы торчать в гимназии и учить свою арифметику, латынь и зубрить стихи, она занималась со мной, уже к следующей осени я могла бы подготовить из нее отменную травницу. Она хорошая девочка, доверяет мне, и, кажется, я бы могла взять это на себя!

– Отличное решение! – просияла сестра Виктория.

Анне снился странный сон.

Утомленная событиями этого дня, она долго лежала в кровати, глядя на догоравшую свечу. Наконец огонек погас, и комната погрузилась во мрак. Некоторое время девочка не двигалась, собираясь с силами. Правая рука крепко сжимала висевшую на шее ладанку, где был зашит корень тимьяна. Пока он здесь, с нею ничего не случится.

Тихий скрип заставил ее вздрогнуть. Девочка осторожно скосила глаза в сторону источника звука и удивилась. Откуда в ее комнате оказался большой двустворчатый шкаф с резными дверцами? Когда его принесли и поставили в угол напротив двери? Наверное, днем, пока она была сначала в школе, а потом у сестры Клары? По возвращении домой Анна так устала, что почти сразу отправилась спать и, конечно, не смотрела по сторонам. И вот…

Дверца шкафа скрипнула, приотворяясь. Девочку пронизала дрожь. Внутри кто-то есть! Монстры всегда прячутся под кроватями и в шкафу – это знают дети во всем мире. Но зачем тетя поставила шкаф в эту комнату?

Дверца приоткрылась еще чуть-чуть. Анна затаила дыхание, сжалась в комочек, боясь шевельнуться. Кто там? Уж не тот ли призрак, про которого говорила тетя?

Дверца отворялась так долго, что Анна успела несколько раз подумать, что умирает от страха, – и успокоиться опять. Когда же она распахнулась во всю ширь, девочка забыла свои страхи.

За дверцей был лес.

Настоящий дремучий лес с вековыми деревьями до самого неба, с зарослями кустарника и полянами лесных цветов. В траве мигали огоньки светлячков. На ветру шелестела листва. Казалось, слышно даже журчание ручейка и пение каких-то птах. И пахло землей, травой, солнцем, грибами и ягодами. В общем, так, как и должно пахнуть в настоящем живом лесу.

Меж деревьев вилась тропинка. Тонкая стежка выделялась, словно усыпанная крупным чистым песком. Тропинка тянулась куда-то в чащу, туда, где меж стволов был виден свет. То ли там была большая поляна, то ли опушка. Так и манило пойти по ней, касаясь босыми ногами прохладной земли.

Как зачарованная, Анна приподнялась на постели. Откинула одеяло. Левая рука крепко сжимала в кулаке ладанку с корнем тимьяна. Откуда-то пришло знание о том, что на другом конце тропы ее ждут лесные духи. Это они манят ее туда, они зовут…

Девочка села на постели. Тихо спустила ноги на пол…

И тут же поджала, вздрогнув от порыва холодного ветра. Сквозняк?

Скрип половиц под чьими-то тяжелыми шагами. Тетя?

– Нет.

Девочка вздрогнула, ощутив на коже чье-то дыхание.

– Мама…

– Нет, – повторил незнакомый голос. Впрочем, не совсем незнакомый. Она уже слышала его раз или два. Кажется, в первый раз именно он сказал ей: «Не бойся!» – когда запирал в шкафу.

– Нет. Не ходи!

В голосе звучала тревога, и это странным образом успокоило девочку. Одно дело, когда боишься ты. Совсем другое – когда боятся за тебя.

– Уходи, – прошептала она.

– Не ходи, – эхом откликнулась темнота.

Распахнутая дверца шкафа манила. Картинка там, внутри, жила. Шелестела листва, журчал ручей, мигали огоньки светлячков. Вот пролетела какая-то птица. А вдалеке зазвучала тихая песня без слов. Нечто похожее напевала себе под нос сестра Клара, когда они с Анной шли по лесу. Мелодия завораживала, Анна заметила, что слегка раскачивается в такт песне. Появились слова:

В этот раз в этот час

Лес глядит сотней глаз.

Ты ходи и гляди –

Что-то там впереди.

И тебе по тропе

Путь навстречу судьбе.

В этот раз в этот час

Лес взирает на нас.

Свет огня, пламя дня

Пусть тебя не манят.

Тьма и мрак, друг и враг –

Только так, и никак!

Там, на поляне, жарко горел костер. Пламя поднималось к звездам, неистовое, яростное. Оно рвалось ввысь, как огромный дикий зверь. Искры вместе с клубами дыма взлетали к вершинам деревьев. Громко хрустел и трещал пожираемый пламенем хворост. Волны жара и света окутывали поляну и кусты. Кружилась голова. Пахло дымом и травами.