Ангелополис - Даниэль Труссони

Верлен снова моргнул, пытаясь привести зрение в порядок.

– Вы это ищете? – произнес голос, и Верлен ощутил касание к коже проволочной оправы своих очков.

Мир немедленно обрел четкие очертания, и он рассмотрел перед собой русскую охотницу на ангелов, которую видел перед тем, как потерял сознание. Без шлема на голове она выглядела не такой суровой – не столько профессиональной боевой машиной, сколько обыкновенной женщиной, светловолосой, с выражением заботы на лице. Рядом стоял Бруно, выглядевший никак не лучше, чем чувствовал себя Верлен. Волосы его были всклокочены, на щеке кровоточила свежая царапина. Вид потрепанного в сражении с ангелами босса напомнил ангелологу о собственных ранах: дышать было больно. Он вернулся мыслями к погоне по улицам Санкт-Петербурга, имиму и проклятым близнецам-нефилимам. Мужчина глотнул, ощутив острую боль. Хотелось что-то сказать, однако голос не слушался.

– С возвращением, – проговорил Бруно и, подойдя поближе, положил руку на плечо товарища.

Верлен решил, что попал в медицинское заведение, но где оно находится, в России или Франции, понять не мог.

– Где я?

– Думаю, где-то между Москвой и Ярославлем, – проговорил Бруно, посмотрев на часы.

Лицо босса покрывала засохшая кровь, одежда была в грязи. Пытаясь понять, что происходит, Верлен вопросительно посмотрел на него.

– Едем в Сибирь, – пояснил босс. – Поездом.

– Но что было с тобой? – спросил раненый, попытавшись подняться в постели и скривившись от острой боли.

– Стычка с российскими раифимами, – проговорил Бруно.

– Похоже на название главы в мемуарах, – прокомментировала блондинка.

– Это Яна, – ответил Бруно. – Русская охотница на ангелов, которая, оказывается, выслеживала Эно почти столько же лет, сколько и я сам. Она согласилась предоставить под твою перевозку один из принадлежащих ей вагонов.

Тугие джинсы на девушке дополняла розовая водолазка – явно принадлежащая к другому стилю, чем кожаная, со сталью, охотничья одежда. Яна отступила от постели, на лице ее читалась усталость и настороженность. Припав спиной к стене, она скрестила на груди руки, словно намереваясь вернуться к делам, и с сильным акцентом произнесла.

– Как самочувствие… О’кей?

– Блестящее… – Верлену, казалось, что голова его вот-вот лопнет. – Даже идеальное.

– Скажу откровенно, тебе повезло, что ты вообще что-то чувствуешь, – проговорила Яна, глядя на него с профессиональной заинтересованностью и как бы сравнивая полученные Верленом раны со своими.

Мужчина попытался сесть, ощутив при этом жгучий ожог на груди.

– И какая же чертовщина со мной произошла?

– А ты сам не помнишь? – спросил Бруно.

– Помню – но до определенного момента, – проговорил Верлен. – А потом, должно быть, потерял сознание.

– Сознание ты потерял много раньше, когда набросился на Эно, – проговорила Яна. – Еще минута, и она зажарила бы тебя.

Вспомнив ощущение протекавшего сквозь тело электрического тока, охотник поежился.

– Она пыталась убить меня.

– И едва не преуспела в своих намерениях, – проговорил Бруно.

– К счастью, мы сумели остановить ее, прежде чем это произошло, – добавила девушка. – Ты отделался лишь легким ожогом.

– Уверена? – Верлену до сих пор казалось, будто все его тело прожаривается на медленном огне.

– Ну, если ты вспомнишь трупы, которые мы обнаружили в монастыре Святой Розы, то сочтешь себя счастливчиком, – напомнил Бруно.

Нападение ангелов на монастырь Святой Розы оставило глубокий след в воображении Верлена. Несколько дюжин женщин были превращены тварями в обугленные останки, обезображенные до полной неузнаваемости. Так что он до малейших подробностей знал, что именно могут совершить эти существа над человеком.

– Электрический ток почти на три минуты остановил твое сердце, – сказал Бруно. – Яна сделала тебе искусственное дыхание. Она сумела сохранить твою жизнь, пока ее коллеги доставали портативный дефибриллятор.

– Иначе говоря, ты в буквальном смысле вернулся с того света, – проговорила Яна.

– Итак, во мне обнаружилось одно общее с раифимами качество, – проговорил Верлен.

– Это не объясняет, почему тебе удалось пережить нападение, – сказала девушка. – Тебя должны были зажарить до хруста.

– Очаровательная перспектива, – проговорил Верлен, приподнимаясь чуточку выше в постели. Кожу на груди пронзала острая боль, однако он попытался забыть о ней и понемногу продолжать движение. Невольно вспомнилась сила Эно, жар ее прикосновения.

– Возможно, тебе помогла эта вещица, – проговорил Бруно доставая из кармана цепочку с подвеской и протягивая ученику.

Взяв амулет, тот внимательно рассмотрел его. Атака Эно не произвела никакого воздействия на вещицу. Металл, как и прежде, сверкал золотым солнечным блеском. Верлен знал, что Бруно умеет анализировать факты и наверняка уже понял, каким образом амулет попал к Верлену. Габриэлла являлась близкой приятельницей Бруно, и хотя наставник не обнаруживал никакого желания разговаривать об амулете в присутствии Яны, было очевидно, что он отнюдь не обрадован тем, что Верлен все эти годы скрывал от него подобную вещь.

Охотник наклонился вперед, чтобы застегнуть цепочку на шее, и охнул. Яна – скорее из нетерпения, чем из сочувствия больному – забрала у него цепочку и застегнула на шее.

– Ну вот, – проговорила она, потрепав его по плечу и тем самым вызвав новый прилив боли. – Никакой бука тебя теперь не съест.

Открылась дверь, и появилась женщина-врач, невысокая и дородная, в толстых стеклянных очках и с отличной прической. Склонившись над постелью, она откинула простыни с груди пациента. На ней обнаружилась толстая наклеенная повязка из белой марли. Подцепив ногтями краешек ленты, врач аккуратно сняла повязку.

– Полюбуйся, – достав из сумочки крохотное зеркало, Яна подала его охотнику.

Посмотрев в зеркало, Верлен увидел потрепанную физиономию, линию свежих стежков над глазом и несколько новых синяков на коже. Вид оказался настолько непривычным и странным, что Верлен выпрямился и расправил плечи. Обожженную кожу саднило, он желал одного – откинуться назад и заснуть. И начисто отказывался от своего тождества с отражением. Поднеся зеркало к груди, он заметил, что кожа почернела, а из свежих красных и розовых трещин сочится бесцветная сукровица. На его теле был выжжен отпечаток ладоней Эно.

– Теперь ты удостоен нагрудного знака нападения имима, – проговорил Бруно.

Яна вгляделась в рану на груди Верлена.

– Форма ожога необычна. Я давно интересовалась этим вопросом. Чтобы выпустить электрический заряд, ангел должен расположить ладони определенным образом – так, чтобы большие пальцы соприкасались, а ладони были обращены вовне. Узнаешь силуэт?