Игра в поддавки - Александр Митич

Ладно, пора двигаться. Бужу Вычета, он спросонья моргает глупо-глупо и потягивается с болезненным стоном. А привыкай, это тебе не перина. Вставайте, граф! Две минуты вам на оправку, а завтракать мы здесь не будем, потому что береженого бог бережет. Готов? Пошли. Сегодня я первый.

Выходим на запад, как входили. Хочу обогнуть место ночлега с юга, но детектор показывает такое, что оторопь берет. Значит, идем на север. Ох, не хочется мне приближаться к тому фундаменту, где ночевали наши соседи… Отклоняюсь на запад, поначалу там пройти можно, что мы и делаем, но чем дальше, тем хуже. Отдаю детектор Вычету, пусть ведет меня. Десять метров прямо, полтора метра влево, два метра опять прямо, затем шесть метров направо… Стоп! И без детектора ясно, что дальше не пройти.

— Веди назад.

Вычет аккуратно выводит меня из западни. Прямо хода нет. Слева — сомнительно. Есть вроде неплохой путь направо, но этак мы совсем приблизимся к нашим соседям. Пять к одному за то, что они участвовали в бою у Янтаря прошлой ночью и сейчас злые-презлые. По-человечески их можно понять, но умирать от их пуль я совсем не собираюсь. Они уже сейчас могли бы спокойненько положить нас, как ростовые мишени в тире, да бурьян им мешает, а нас скрывает. Попробуем все же обойти их стороной…

И тут над бурьяном раздается:

— Эй, Чемодан!..

Вычет присел, наставил ствол на звук, взглядом спрашивает: стрелять ли? Я тебе постреляю! Цыц!

— Эгей, сталкеры! — надрывается кто-то. — Эге-ге-гей!.. А ведь знакомый голос.

— Это ты, Хвост? — кричу я.

— Он самый. Если высунусь, стрелять не будешь? Или белый флаг надо поднять?

— Высовывайся, а там посмотрим. Кто с тобой?

— Гляпа.

— Не знаю такого.

Так он молодой еще… Гляпа — это не прозвище, это фамилия. Действительно, при такой фамилии никакой клички не надо, чем-то даже удобно.

— Чего вам? — не шибко любезно интересуюсь я.

— Поговорить, брат-сталкер, только поговорить.

— А не слишком ли много разговоров? Мне они что-то не нравятся.

— Так это клан с тобой разговаривал, а не я. — Хвост правильно понимает намек.

— А тебя с ними не было, что ли?

— Был, — не отпирается Хвост. — Но то с ними, а то сам.

— А что, есть разница? — дразню его я.

— Есть, есть!

В течение нескольких секунд я обдумываю предложение.

— Ладно, иди сюда. Один. И без оружия. Проход найдешь или тебе подсказать?

— Обижаешь… А может, устроим рандеву на нейтральной территории? — орет Хвост.

— Бог подаст. Откуда мне знать, что вас только двое?

Мне стало ясно, что их двое, еще когда они отбивались от крысиной стаи. Но я слегка прикидываюсь дурачком, иногда это полезно.

— Ладно, иду.

Над бурьяном поднимается машущая рука — Хвост взобрался на фундамент и подает знак. Исчезла рука. Хвост идет сюда. Дорога ему знакома — давеча он шел ею, выбирая место для ночлега. Зачем, интересно, ему Милитари? Почему он не двинул в «Сто рентген»? За каким чертом заночевал в развалинах?

— Сместись и держи его на мушке, — командую я Вычету. Иной сам бы догадался, а этот худо-бедно начал разбираться в Зоне, но не в людях.

Мой палец находит спусковой крючок. Не обижайся, брат-сталкер. Не мы начали эту войну.

Минуты через три появляется Хвост. Оружия при нем не видно, капюшон отброшен на спину, рыжие лохмы торчат, а на конопатой физии нарисована такая гамма, что хоть в психологический триллер; и сожаление тут, и показное нахальство, и улыбка типа «чи-и-из», и чуточку трусости, то ли показной, то ли натуральной. Совсем немного ее, но все же проглядывает. И неспроста. Понимает Хвост, что назад мне хода нет, влип я по уши, и терять мне нечего. Пальну ему промер глаз — и много ли добавлю к счету висящих на нас с Вычетом смертей — Да почти ничего! Снявши голову, по волосам не плачут.

— Стой. Говори, что хочешь сказать.

Расстояние между нами великовато для того, чтобы Хвоста начали осенять всякие глупые мысли. Он стоит смирно и даже руки поднял. А где его напарник? Вычет держит Хвоста на мушке и не сечет фишку. Если бы я был на месте Хвоста, я бы пустил «отмычку» в обход… Хотя нет, не пустил бы. Во-первых, в бурьяне незаметно не проберешься — колышется, а во-вторых, уж очень много здесь аномалий. Сгинет «отмычка» ни за что, подметок не останется..

Совсем иной расклад, если Хвост и его напарник работают совместно с ударной группой, что таится где-то поблизости, — однако не похоже. Не тот у сталкеров стиль. Неужели мои бывшие дружки из «Харчей» резко поумнели за минувшие годы?

Не верю. В Зоне и вблизи нее сталкер не умнеет, ему не до того. Да и место здесь не очень подходящее для сложных тактических схем. А главное — Хвост нипочем не согласится рискнуть ради коллективных интересов.

— Мы хотим пойти с вами, — говорит Хвост. Гм. Интересная новость.

— Зачем тебе Монолит?

— Мне Монолит не нужен, — объясняет Хвост, — и Гляпе он не нужен. Нам нужно только подобраться к нему поближе, а сам Монолит нам на хрен не сдался. Потом расстанемся довольные друг другом. Все по-честному, без глупостей.

— Зачем тебе идти к Монолиту? — уточняю я вопрос.

— Хабар, — кратко ответствует Хвост. — Ведь тебе хабар без надобности, правда?

— Кто тебе это сказал? — бурчу я.

— Ну, не очень нужен, скажем так. Ты ведешь напарника к Монолиту, вам нужен Исполнитель Желаний, ну а мне — артефактов набрать. Вчетвером легче, чем вдвоем, — места там уж больно хреновые… Чу как, сговоримся?

— Что же ты из клана никого не нашел? Нет дураков идти к Монолиту, а?

— Дураки есть, — возражает Хвост, — да только мне не дураки! Умны. Мне нужны те, кому в Зоне везет.

И он туда же. Но я не считаю полезным разубеждать его. Значит, ты считаешь, что нам везет?

— А то как же! Выброс — это раз…

— Ладно, понял.

— О тебе и твоем напарнике давно байки ходят, — с удовольствием сообщает Хвост. — А прошлой ночью до меня окончательно дошло: это не байки. Зона действительно вас пропускает. Нет, мешать вам идти к Монолиту — ищи дурня! Если Зона чего-то хочет, она свое возьмет, я так считаю. Кто мог согнать всех зомбаков к Янтарю и устроить нападение, а? Ты небось не видел, что там творилось! Ночь, темень, не видно ни хрена, только прожектора светят, да не туда, куда надо, а эти прут лавиной и патронов не жалеют. Сам небось знаешь, не удержались мы. Хорошо, хоть было куда отступать, проход они нам оставили, специально, наверное…

— Что с нашими? — спрашиваю я, машинально называя «нашими» клан Штангеля. Хотя какие они теперь мне наши?