В ловушке сна. Маранта - Анна Кувайкова

Держись, Карина, мать твою, ты чего вытворяешь?!

Мысленный ор поставил на место разбушевавшееся либидо, из-за которого от прикосновений губ лерата я едва не стекла карамельной лужицей на пол. Наверное, это почувствовал и Аделион, потому что поцелуй неожиданно закончил, напоследок слегка укусив мою нижнюю губу. Меня здорово тряхнуло, и я, едва почувствовав свободу, подскочила, часто дыша и возмущённо сверкая глазами.

А вот лерат, наоборот, совершенно спокойно откинулся на спинку кресла и, видя, чувствуя моё негодование, насмешливо изогнул обе брови, словно спрашивая, чем же я недовольна на этот раз.

Действительно, а чем я недовольна? Его наглостью или же реакцией собственного тела? Так он вроде в своём праве, а я… Предательские женские гормоны! Какого чёрта им не живётся спокойно?!

Ну да, мужчина. Ну да, красивый, сильный и властный. Ну да, от его прикосновений реально сносит крышу… Но зачем же сразу так реагировать?! Я тоже не железная, могу и растаять, как асфальт на дорогах России с наступлением весны!

– Что-то не так, Карина? – вкрадчиво поинтересовался лерат, и при этом с его губ не сходила многозначительная полуулыбка, вызывающая желание съездить чем-нибудь тяжёлым по клыкастой физиономии.

Я уже было открыла рот, чтобы высказать всё, что я думаю на тему его беспардонной наглости, как неожиданно в мозгу что-то щёлкнуло и до меня наконец дошло. Он ведь специально меня провоцировал. Лераты питаются эмоциями, и как их получить по-другому, если не вызвать? Разозлить, смутить, заставить чувствовать неловкость, раздражение, желание, в конце концов! Это Аделион со мной и проделывал, уже далеко не раз!

Вот жук колорадский… Ну раз так, то с этого момента бесплатная кухня закрывается – считай, с сегодняшнего дня у тебя вынужденная диета в связи с внезапной засухой и сезонным неурожаем картофеля!

– Нет, – внезапно улыбнулась я, мгновенно унимая своё негодование и остывая на пару десятков градусов. Шагнув назад, я тряхнула волосами, окончательно приходя в себя, и добавила всё тем же тоном, приторным до тошноты: – Всё в порядке, Аделион. Я просто… Э-э-э?!

Забыв о только что принятом решении, я резко крутанулась вокруг своей оси и едва сдержала очередной удивлённый возглас, а причиной послужили мои волосы, при движении коснувшиеся рук, щекоча кожу. Ещё недавно полностью влажные и достаточно спутанные, сейчас они ровным покрывалом прикрывали спину, кончиками касаясь поясницы, аккуратно ложась волосок к волоску. И были при этом абсолютно сухими! И не только они.

Влажная внутренняя сторона ошейника и браслетов, порядком раздражающая и натирающая кожу, теперь меня ни капли не беспокоила. И как финальный штрих моему тихому шоку – на шее, вторя каждому моему движению, тихо позвякивали полностью сухие колокольчики…

В голове стучались только два вопроса, пока я ошарашенно смотрела на довольно улыбающегося мужчину. И это отнюдь не сакраментальные слова Чернышевского о том, «что делать» и Герцена «кто виноват». Нет, это были чисто русские, жизненные – «как и нафига»?!

– Похоже, что и сегодня я должен повторяться, – тихо, со смешком заметил лерат, подпирая щёку кулаком и закидывая ноги на подлокотник. – Что-то не так, маленькая маранта?

– Ты… – Я набрала в грудь воздуха, пытаясь подобрать менее оскорбительные эпитеты из обширного списка тех, что засоряли мою память, но как-то вдруг сдулась и, плюхнувшись на пол, только вздохнула: – Ты невыносим, Аделион.

– Неужели? – иронично отозвался мужчина, кажется ни капли не разозлившись. Только лишь выразительно постучал пальцами по подлокотнику, и снова ни капли превосходства или желания унизить не проявилось на его лице. – И в чём же это проявляется?

– Во всём, – хмыкнула я, всё-таки снова садясь у кресла. Подтянув колени к груди, натянув на них подол рубашки, пристроила сверху подбородок. Затылка коснулись сильные пальцы, слегка массируя. Поначалу я напряглась, но Аделион знал, что делает: совсем скоро от лёгкого массажа я расслабилась, закрыла глаза и устало вздохнула: – Я тебя не понимаю.

Мужчина хмыкнул, ничего не сказав в ответ. Вместо этого его пальцы переместились на основание шеи, аккуратно разминая мышцы. Плюнув на все приличия и намерения держаться от лерата подальше, я наклонила голову, чтобы ему было удобнее. За хороший массаж я вполне готова простить Аделиону если не все провокации сразу, то часть из них точно.

Да и вообще… что-то было во всём этом. В комнате, погружённой в полумрак, в негромком потрескивании дров в ярко полыхающем камине, в уютном тепле, что он отдавал, в самом мужчине, который вёл себя ещё более непривычно, да и, наверное, во мне самой.

На какой-то миг я почувствовала себя на своём месте. Так, словно я была… дома.

И поэтому я не удивилась, когда мужчина негромко спросил:

– А хотела бы?

– Понимать тебя? – спросила я, не открывая глаз и продолжая наслаждаться и массажем, и ощущением умиротворённости и уюта. – Да, наверное. Я никак не могу взять в толк, почему ты так обращаешься со мной. Не как с обычной рабыней.

– Ответ прост, Карина. – Палец наследника Тёмной крепости скользнул по моей шее сзади, слегка надавливая, вызывая дорожку мурашек вдоль позвоночника. – Ты ведёшь себя не так, как обычная рабыня. Ты другая.

Мне нужно было насторожиться в этот момент, но, находясь в расслабленном состоянии, под влиянием момента, я и бровью не повела, а только тихо усмехнулась, почувствовав очередную дрожь, когда пальцы мужчины невесомо коснулись моего уха, заправляя за него прядь волос.

– Поэтому ты всё время меня провоцируешь? – усмехнулась я, откидывая голову назад, когда пальцы Аделиона перебрались ближе ко лбу. – Чтобы узнать, насколько я отличаюсь от других? Точнее, насколько мои эмоции отличаются от остальных? В этом всё дело, не так ли? Просто для питания тебе достаточно моего страха и ненависти…

– Умная маленькая маранта. – Очередной тихий смешок прозвучал вовсе не обидно, ведь что-то подобное я и предполагала.

Пояснять свои слова Аделион не спешил, но мне было достаточно и этого. Не став задавать остальные вопросы, я расслабилась окончательно и не стала сопротивляться, когда мужчина ненавязчиво потянул меня за волосы, вновь вынуждая положить голову к нему на колени. Подозревая, что последует за этим, я медлила, не решаясь открыть глаза, а когда сделала это…

Взгляд склонившегося надо мной Аделиона не поддавался расшифровке. В глубине его чёрных глаз невозможно было что-либо прочесть, и всё же на какой-то миг мне почудилось, что они стали другими. Их темнота больше не пугала, она внезапно стала какой-то тёплой, манящей, затягивающей в свой омут… И когда мужчина потянулся к моим губам, я поняла, что на этот раз я просто не смогу устоять перед ним…

Громкий треск оборвал поцелуй до того, как он успел начаться. Едва не подпрыгнув от неожиданности, я мгновенно оказалась на ногах, озираясь по сторонам в поисках источника странного звука, одновременно с этим не зная, куда спрятать пылающее лицо. Осознание того, что я чуть не натворила, нахлынуло внезапно вместе с раскаянием, ведь я чуть не поддалась собственным эмоциям и чарам мужчины, творящим со мной чёрт знает что! И в глубине души мне ведь действительно нравилось! Но хуже всего, что вместе с ними в моей душе поселилась и толика разочарования…