Нексус - Дебора Бианкотти

– Келс, все в порядке, – сказала Чизара. – Теперь мы сможем ее найти.

– Я знаю. – Голос Келси звучал ровно, но по щекам все еще текли слезы. – Просто… это слишком. Она бросила все из-за меня.

– Мамы, они такие, – ответила Чизара.

Все улицы кружились в водовороте праздника, но Чизара видела, что слезы Келси приглушали веселье вокруг, словно дождевая туча, которую они таскают за собой.

Пока они шли, на душе у Чизары стало грустно. Она не хотела думать о мамах. Или папах. Или младших братьях. Или о возвращении домой к аромату супа эгуси. Находиться в многолюдном городе было тяжело. Все что-то снимали на телефоны и выкладывали фото в сеть. У Чизары не осталось энергии, чтобы сопротивляться укусам техники. Прошло уже больше недели с тех пор, как она обесточила Стрип Лас-Вегаса.

По крайней мере, с точки зрения электроники Новый Орлеан был довольно прост. После «Катрины» прошло более десяти лет, но инфраструктуру восстановили на скорую руку. Любая новенькая и сверкающая деталь была видна за милю. А толпы, заполняющие ночные улицы, обеспечивали отличный обзор. Рои мобильников ярко высвечивали очертания улиц и площадей и иссякали в спальных районах. Весь город был похож на сверкающее лоскутное одеяло, густо расшитое кусачими блестками.

Внезапное оживление толпы впереди заставило Чизару вздрогнуть. Там били барабаны.

– Что это? – спросила Келси.

Раздались крики. Над толпой торчали плюмажи из алых перьев – головные уборы. Люди улыбались и вытягивали шеи, стараясь разглядеть происходящее.

Барабанный бой зазвучал ближе, к нему добавилось пронзительное дребезжание тамбуринов. Толпа вокруг становилась теснее, и скоро Чизара уже не могла сделать ни шагу в сторону. Через секунду вверх взвился бирюзовый плюмаж. Чизара попыталась почувствовать настроение толпы, но в нем смешались восторг и паника от давки. Зато это смыло печаль Келси.

Чизара не могла понять, что чувствует. Это ее собственные эмоции или кто-то транслирует ей свои? Есть ли впереди Вожаки? Банды? Рои? Глюки?

Толпа теснила их с Келси назад, к железному забору. Две группы плюмажей встретились. Две армии ударных отбивали свои ритмы напротив друг друга, звуки эхом отскакивали от фасадов домов.

Келси забралась на забор и взглянула поверх толпы.

– Они стоят лицом к лицу!

– Кто? Это какой-то коллективный поединок?

– Я не могу… Очень много…

– Чувствуешь силу?

– Не уверена, – засмеялась Келси и махнула свободной рукой, словно отпихивая страх Чизары. – Но это потрясающе.

Чизара попыталась отогнать тревогу, но ей не нравилось быть в ловушке, когда тело не может двигаться, а в мозг булавками впиваются телефоны и фотокамеры. Все снимали противоборство. Но хуже всего были покачивающиеся, пульсирующие искорки сердец вокруг. Тысячи хрупких жизней светлячками трепетали над темным полем. Чтобы успокоиться, она вспомнила пустыню Невада – плоскую, безлюдную, свободную от сигналов.

Противоборствующие стороны выкрикивали речевки. Толпа вокруг свистела и улюлюкала. К телефонным сигналам, давившим на голову Чизары, присоединились барабаны и тамбурины.

– Это, наверное, традиция Марди Гра! – крикнула Келси со своего насеста. – Тебе нравятся барабаны?