Опасное притяжение - Анна Одувалова

Выдав гневную речь, Летта вылетела в коридор, хлопнув дверью. Следом, так и не сказав ни слова, вышел Эдуард. То ли происходящее мало его волновало, то ли он просто предпочитал молчать. Он не попытался оправдаться, может быть, знал, что это бесполезно?

– Влада, – Дамир наконец соизволил заметить меня, – я посчитал, что ты вправе присутствовать при разборе полетов. Мне бы не хотелось, чтобы морои считали, будто выкачивание крови для нас норма. Это преступление, которое карается изгнанием, по крайней мере у меня в клане. – Слова Дамира радовали. Раз он беспокоился о том, какое мнение я составлю о халдеях и их обычаях, значит, убивать не собирался. – А потом, – добавил он с усмешкой, – это ты застукала Летту и Эда, и я не мог лишить тебя удовольствия. Ты получила удовольствие?

Ответить я не успела, потому что дверь в обеденный зал распахнулась и влетела разгневанная халдейка, которая, видимо, подслушивала под дверью. Она так резко и неожиданно вцепилась мне в волосы, что повалила со стула. Я не осталась в долгу и распорола заострившимися ногтями ей шею и щеку. Летта взвизгнула, но не отступила, нанося удар за ударом.

– Я подозревала, что без тебя не обошлось, дрянь! Ты знаешь, что теперь тебе не жить! Я найду тебя, помни мои слова!

Ее оттащили Дамир и Николай, а мне помогла подняться Марго, хотя я и сама бы вполне справилась. Дралась халдейка значительно хуже, чем Марго. Николай вывел все еще бьющуюся в истерике Виолетту, а Дамир вернулся к столу.

– Ну а теперь, когда мы остались, так сказать, в узком кругу, я надеюсь, Влада, ты скажешь, где флэшка, – начал он как ни в чем не бывало. – Я даже не разозлюсь из-за того, что ты ее стащила. В конце концов, если бы не это, ей бы сейчас владел Левицкий.

– Дамир, – как можно честнее начала я, – я правда не знаю, что это за флэшка, где она и почему все так закрутилось. Я все тебе рассказала в первый же день. Я оказалась на том пустыре, потому что хотела узнать, что за встречу назначил там Макс. За те несколько дней, которые ты был в плену у Александра, а я – тут, не изменилось ровным счетом ничего.

– За исключением того, – заметил Дамир, – что во время прошлого разговора я думал, что флэшка находится у меня в кармане, а вышло все совсем не так. После того как я забрал ее, близко ко мне была только ты. Я не знаю, в какой момент ты ее забрала, но больше этого сделать никто не мог.

– Я ее не брала! – Я постаралась, чтобы в голосе появились истеричные нотки, а в уголке глаза слеза. – Честно, не брала. Ты тогда дрался, мы убегали по этому чудовищному пустырю, ты не думаешь, что мог ее просто потерять?

– Маловероятно. – Голос халдея звучал неуверенно. Видимо, он сам рассматривал подобный вариант. – А потом, если я ее потерял, ты всерьез веришь, что ее никто не нашел?

– Может, и нашел, откуда мне знать, – пожала я плечами. – Только не дурак и молчит.

– Я разузнал о тебе у своих знакомых, – задумчиво произнес Дамир, меняя тему. Мое сердце екнуло. – И очень странно, что твой рассказ никто не может ни подтвердить, ни опровергнуть. Питер гудит, озвучивая твою версию произошедшего. А в Москве тишина. То ли тебя там просто плохо знают, то ли кто-то талантливо покрывает. Ты ведь в курсе, что существуют способы установить, был ли Макс Ледный акулой, породившей тебя? Если я предложу пройти этот тест, ты согласишься?

– Да, – не задумываясь, ответила я. – Правда, я ничего про этот способ не слышала. Если для него нужна вещь, принадлежащая Максу, у меня с собой ничего нет.

– У меня есть, – нехорошо улыбнулся Дамир, и мне расхотелось расспрашивать, откуда у него вещь Ледного. – Если ты пройдешь тест, я буду верить твоему рассказу чуть больше.

– Пройду, – уверенно сказала я. – Хочешь проверить прямо сейчас?

– Зачем сейчас? Мы так и не поели, думаю, можно и чуть позже.

– Хорошо, тогда ты хоть можешь рассказать, чем ценна эта флэшка и почему за ней все охотятся?

– Тебе не кажется, что это было бы чересчур неосмотрительно с моей стороны, ты и так видела слишком много для моройки. Впрочем, общие сведения я могу тебе дать, в них нет секрета.

Флэшка – это заклинание. Очень древнее, мы думали, что оно давно утеряно. Почти сразу же после смерти Мара и Халда. В этом заклинании зашифрован путь к одному могущественному артефакту, принадлежащему братьям.

– Так, стой, – прервала его я. – Это – флэшка, как она может быть древней?

– Влада, ты не слушаешь. Это заклинание – информаториум, носитель информации. Когда-то давно информаториум был глиняной табличкой с надписями. Потом, возможно, папирусом, позже – книгой, а сейчас принял вид наиболее удобного носителя информации в данный период времени. Пройдут века, а может, годы, форма будет меняться, но содержание останется неизменным. Это абсолютный носитель информации, даже текст может понять каждый, не зная древнего языка.

Информаториум нашли совсем недавно, несколько лет назад, в Сирии в одном древнем захоронении. Сначала приняли за чей-то остроумный розыгрыш. Попробовали вставить в компьютер, но флэшка отказалась работать. Потребовалось несколько лет на то, чтобы понять, что это такое. Как только разобрались, за флэшкой началась охота.

– Но никто еще ее не активировал?

– Нет. До недавнего времени не было известно способа. Я узнал о ней случайно, когда Резов договорился о продаже носителя Максу Ледному. Правда, он так и не смог точно узнать, как активировать флэшку. У него, видимо, были на этот счет какие-то идеи, но он побоялся воплотить их в жизнь. Он опасался, что информация, хранящаяся на ней много веков, утратит цену. А потом всегда есть опасность, что неправильная активация может просто уничтожить ценную вещь. На это продавцы не идут.

– Неужели… было неинтересно, что там?

– Есть такие халдеи и морои, которым интересны лишь деньги.

– Зачем тебе флэшка?

– Любой артефакт братьев имеет слишком большой вес, он способен так или иначе влиять на мороев и халдеев. А меня все и так устраивает в мире. Я не хочу, чтобы его нашел Александр Левицкий для своих заказчиков, и они активировали заклинание. Я подозреваю, что они немного лучше представляют, к чему именно приведет активация заклинания. Чтобы завязалась такая грызня, нужен действительно могущественный артефакт. Я предпочитаю, чтобы все такие артефакты хранились у меня. Тогда я точно могу знать, что они никому не угрожают.

После ужина Дамир проводил меня в библиотеку и попросил одолжить какое-нибудь украшение – для правильной работы заклинания требовалась моя личная вещь. Желательно металл или камень. По поводу результатов теста, который решил провести халдей, я не волновалась, поэтому просто сидела в кресле, неторопливо пила из кружки кофе и размышляла, зачем флэшка могла потребоваться мэтру. Вряд ли им руководило одно лишь любопытство, хотя Альгимантас иногда делал странные вещи. Я доверяла ему, пожалуй, единственному в своей моройской жизни, и знала, что он не будет нарушать порядок этого мира. Мэтр скорее созерцатель, а не разрушитель. Он предпочитает наблюдать за развитием событий со стороны, а не влиять на них. Я могла предположить, что мотивы Альгиса мало отличаются от мотивов, которые озвучил Дамир. Думаю, мэтр тоже спокоен лишь тогда, когда потенциально опасная вещь оказывается в его коллекции, там, где она точно никому не принесет вреда. Мэтру я доверяю больше, чем халдею, а значит, нужно держаться до конца и не уступить под влиянием вишневых глаз. Дамир мне почти поверил, я это чувствовала, самое главное – не оступиться в последний момент.