(Не)идеальная работа - Анна Одувалова

— Ты совсем обнаглел? — возмущенно спросила я, тут же отвернулась от бронзового торса начальника, по которому стекали капельки воды. Шеф изволил надеть на себя лишь куцее полотенчико.

— Прости, пожалуйста, я не специально, — вполне искренне отозвался он. — Просто забыл взять сменную одежду, а надевать несвежие вещи после душа тоже не лучшая идея.

Я промолчала и снова уставилась в окно, но и там не нашла спасения. Стекло очень хорошо отражало сильную спину с бороздкой по позвоночнику и широким разворотом плеч. Не смотреть не было никакой возможности, и я чувствовала, как сердце начало биться сильнее, а горло пересохло. К счастью, Кэвин не стал долго смущать меня своим обнаженным телом, взял из шкафа одежду и снова скрылся за дверью ванной комнаты.

Я выдохнула и приложила ладони к пылающим щекам. Что со мной происходит? Нельзя же так реагировать на обычного в сущности мужика в полотенчике? Да, фигура у Кэвина красивая. Пресс подтянутый, плечи широкие, и капельки воды так соблазнительно смотрятся, но это не повод пускать слюни! Я серьезная, взрослая и самодостаточная девушка! Это не первый мужчина, которого я вижу без рубашки! Уже не должна бы так остро реагировать. К тому же я решила, что мне не интересны серьезные отношения! Сама решила, никто не заставлял.

— Ты что-то сильно задумчивая, — произнес Кэвин, который вышел на сей раз полностью одетым.

— Есть хочу, — выдала я первое, что пришло в голову, о еде было думать проще и безопаснее, чем об обнаженном начальнике, с которым придется снова спать в одной кровати.

— Вот ты сейчас меня озадачила. — Он взъерошил волосы. — И, самое главное, мне тоже захотелось есть. Пойдем добывать?

— А где? — удивилась я. — Наверное, все уже разошлись.

— Где-где? На кухне, конечно же.

— Мы будем воровать еду у Лиз из холодильника? — Я прыснула от смеха.

— Ну а что делать? Можно, конечно, еще пройтись по объедкам в банкетном зале, если их еще не убрали, но эта идея мне нравится значительно меньше, — в его глазах сверкнули алые искорки.

Кэвин смеялся надо мной. На щеках появились очаровательные ямочки, которые совсем не вязались с образом сурового некроманта. И я пропала. С этим мужчиной хотелось ночью воровать еду из чужого холодильника, болтать ни о чем и, что уж скрывать, целоваться, можно даже у дверей склепа. Только вот если я поддамся всем этим соблазнам, на планах на будущее можно будет поставить крест. Как же работа? Самодостаточность? Нет, нельзя.

Впрочем, все же еду своровать стоит. Потому что желудок настойчиво требует что-то съесть.

— Так мы идем? — приподнял бровь мужчина, и я, кивнув, спрыгнула с подоконника.

— Веди, если нас поймают и застыдят, скажу, что это ты меня заставил, — предупредила я.

— Вот в этом все женщины! Сами заварят кашу, а сделают виноватым мужчину.

Я даже спорить не стала, только плечами пожала. Зато я честная.

В коридорах уже было пусто, с улицы еще доносились смех и пьяные голоса, но основная масса гостей уже разбрелась по своим комнатам. Внизу в холле нам попался Эдмонд с туманным взглядом.

— Мы перекусим чем-нибудь? — поинтересовался у него Кэвин для порядка. Не думаю, что его интересовало разрешение нанимателя, который и хозяином-то здесь не был.

— Конечно, — заплетающимся языком ответил мужчина. — Мой дом — ваш дом, скажите на кухне, чтобы вам выдали… — он замешкался. — Все выдали.

— Спасибо, друг, — так искренне поблагодарил начальник мужа Лиз, что мне даже стало неловко. Ведь его глаза при этом смеялись. Зато наш поход за едой приобрел некую официальность, что не могло не радовать.

А то поймают, когда тыришь куриную ножку из чужого холодильника, будет мучительно стыдно. После встречи с Эдмондом я воодушевилась, и в сторону кухни мы двигались в приподнятом настроении. В то время как изрядно утомившиеся гости отправлялись спать, я только вошла во вкус этого вечера. Одной из последних нам попалась Лиз, она скользнула в комнату на первом этаже. Странно, я думала, хозяйские покои находятся на третьем. Впрочем, какая разница? Главное, что блондинка не видела меня и не задавала глупых вопросов. Не хотелось бы еще перед ней оправдываться в том, что в середине ночи меня пробило на еду.

На кухне еще дежурили повара, и нам без вопросов выдали целый поднос разнообразной еды, бутылку вина и два бокала. Даже стало немного обидно. Как опасная, будоражащая кровь, почти преступная вылазка превратилась в нечто банальное? Такие мысли посетили не только меня.

— Как-то даже неинтересно, — протянул Кэвин, и я хихикнула. — Куда пойдем все это употреблять? В комнату?

— Нет, там неудобно, — я покачала головой. — Не на кровати же есть. Думаю, тут имеется гостиная или библиотека. Короче, какая-то комната общего пользования с удобными диванами.

— Думаю, что гостиных тут несколько, да и библиотека должна быть. Пошли искать.

Идея была логичной. На библиотеку мы наткнулись быстрее, чем на гостиную. Зажгли светильники, поставили поднос на журнальный столик, и я с восторгом забралась с ногами на уютный диван. Кэвин щелчком пальцев зажег камин и уселся в кресло напротив меня.

Здесь было уютно, пахло книгами и старинным деревом. Стеллажи тянулись до потолка.

— Тут хорошая библиотека, — одобрительно кивнул начальник. — Мне все больше начинает нравиться этот дом.

— Вам никто его не продаст, — остудила я его пыл.

— Мечтать-то не вредно. А ты мечтаешь, Кетсия?

Вопрос застиг врасплох. Я не знала, что на него ответить. Мечтаю или нет? Наверное, нет. Я всегда хотела конкретных вещей, таких, которых можно достичь, если приложить усилия. Даже работа в столице была не мечтой, а целью, к которой я шла несколько лет, ради которой жертвовала своими сиюминутными желаниями. Наверное, я была такой странной девушкой, которая не научилась мечтать.

— Это неправильно, — сказал Кэвин, когда я озвучила ему свои соображения. — Нужно учиться.

— Не думаю, что этому можно научиться, — отозвалась я, честно сказать, переживая, что Кэвин сейчас примется меня учить этому нелегкому навыку мечтания, но начальник оказался мудрее, чем я о нем думала, и сменил тему.

Мы пили вино, ели с большой тарелки сыр и болтали ни о чем. О книгах, которых тут было великое множество, о работе, о том, как я сбежала из дома в академию, а он наплевал на должность при дворе и открыл свою фирму, начав воскрешать мертвых. Мы оба пошли против воли родителей, и на нас обоих семьи были несколько в обиде. Это сближало.

Никогда бы не подумала, что буду с начальником (любым начальником) сидеть так запросто ночью с бутылкой вина и делиться самым сокровенным, рассказывать про свою жизнь и быть при этом абсолютно счастливой.

— Тебе стало лучше? — спросил он меня, когда бокал опустел.

— Мне стало на порядок лучше. Спасибо за чудесный вечер.