Армия спасения - Владимир Колычев

— Охотно верю, — весело улыбнулся Челет.

Задора в глазах много, только вот искренности не хватает.

— Что я должна буду делать в Москве?

— То же, что делают там я и моя группа. Россия — огромная страна, наше прибежище, можно сказать. Москва — столица. Правительственный аппарат, управленческие и финансовые структуры, все там. Вот мы и работаем…

— Полковник Шарол говорил про оборону Москвы оружием землян.

— Этим ты, капитан, и займешься. У русских землян есть перспективная разработка, плазменное оружие…

Оказывается, идеей плазменного оружия русские ученые заболели уже давно, еще полвека назад. Источники лазерного излучения фокусируют пучки электромагнитной энергии в атмосфере — в этом фокусе возникает облако высокоионизированного воздуха. Летящий объект попадает в такой «плазмоид», сходит с траектории полета и разрушается под воздействием огромных перегрузок, возникающих от резкого перепада давления на поверхности и инерционных сил летящего аппарата… Но в России от идеи до ее воплощения в жизнь проходят годы. Испытания первых экспериментальных установок начались лет тридцать назад. Тогда Россия была огромной империей. Но империя развалилась, и масштабные работы над плазменным оружием были свернуты. Сейчас они возобновлены, ученые добились больших успехов, но недостаток или, вернее, почти что полное отсутствие финансирования, а также отсутствие испытательных полигонов обрекают эти работы на незавершенность.

— А зря, — продолжал Челет. — Это направление очень перспективное. Сначала плазмотронные установки, а затем и плазменные антигравитаторы для летающих аппаратов. Русские стоят на пороге глобальной научно-технической революции, но бардак в их стране не дает им возможности развиваться… У нас бардака нет. У нас есть цель, к которой мы должны идти рука об руку с землянами. Биотор прав, мы не должны делиться с ними своими технологиями. Но должны задействовать их оружие для защиты их же планеты…

— Так в чем конкретно заключается моя задача? — спросила Лита.

— Испытание экспериментальной плазмотронной установки, доработки и внедрение в производство. Затем эти установки должно принять на вооружение Министерство обороны и организовать противокосмическую оборону Москвы. А там и до других городов доберемся. Если успеем…

— Не слишком ли много для хрупкой девушки? — усмехнулась Лита.

— Нет, в самый раз. Есть научно-исследовательский институт, занимающийся этим проектом, есть коллектив ученых, есть экспериментальная установка. Но руководитель проекта не в силах провести натурное испытание — нет у Российского правительства желания заниматься этим проектом. И денег как бы нет…

— Высочайшее желание должно появиться. И деньги тоже, — поняла Лита.

— Вот именно. А все остальное русские ученые сделают сами. И полигон испытательный найдут, и промышленный холдинг создадут… Твоя задача — лоббировать продвижение плазменного проекта. Для этого все средства хороши… Ты биотек десятого уровня…

— Девятого, — поправила Лита.

— Не знаю, Биотор обнаружил у тебя десятый уровень.

Для нее это было приятной новостью. И к тому же ожидаемой. Она сама чувствовала, что земная биосфера существенно повысила ее потенциал. А Биотор это подтвердил. Оказывается, он исследовал ее сегодня не только на вшивость. Он еще и определял степень ее развития…

Теперь понятно, почему Челет чуть ли не заискивал перед ней. Биотек десятого уровня для Корхоста — явление исключительное. И этого биотека передают ему в подчинение, что существенно расширяет его возможности. «Техно» — это, конечно, хорошо, но и без «био» в этой жизни никуда…

— И звание твое подтвердили, — продолжал майор. — Примешь обряд посвящения и получишь капитанские эполеты. Ну, и сразу в Москву…

Для Литы обряд посвящения был простой формальностью. Двухчасовая церемония в Храме Великого Учения уравняла ее в правах с последователями великого Корхаля. Вместе с капитанскими эполетами она получила паспорт, водительские права и удостоверение журналиста на имя Аэлиты Геннадьевны Соболевой. И в тот же день вместе с майором Челетом она вылетела в Москву.