Блуждающие тени - Евгений Щепетнов

– Да. А чем отличается собака от людей? Только верностью… она не предаст. А воздействовать можно на них так же, как и на людей.

– Ты бы могла дрессировщицей работать… типа – «На арене великая дрессировщица хищных коров и атакующих кроликов – Ззззаррря-а-а!!!».

Заря хихикнула:

– Ну ты и выдумщик! Атакующие кролики – это как? Чем они атакуют? Идем в дом, придумщик! Надеюсь, нам не попытаются выпустить кишки честные граждане – ведь бродят глубокой ночью только тати, как бы не встретили вилами…

– Держись за мной все-таки, ладно? Если что – я успею кинуть проклятие, выживу. А вот как тебя спасти, если что…

– Ладно. Только осторожнее все равно…

Легкими стелющимися шагами – как учили – я двинулся к дому. Только собрался подняться на крыльцо, как услышал голос из дома, сказавший что-то непонятное:

– Арун тартагус аналда кум!

Я остановился и прислушался, голос зазвучал снова, только уже нетерпеливо:

– Арун тартагус, фанкум!

Я решительно поднялся по ступенькам крыльца, толкнул дверь – она оказалась не закрытой – и вошел в темные сени.

На улице и так-то было темно, а в сенях и вообще мрак, я попытался присмотреться, раскрыл глаза пошире – и бац! – чуть не ослеп!

Перед глазами вспыхнул огонь – белый шар размером с апельсин висел в воздухе над некой темной фигурой. Из-за режущего глаза света нельзя было рассмотреть того, кто стоял перед нами, и я прикрылся ладонью. Человек с «нимбом» (или не человек?!) отчетливо усмехнулся, а Заря сзади ойкнула и сказала:

– Слушай, у него как нимб над головой! Может, бог какой-то?

– Ну чего ты несешь?! Мне еще тут религиозного экстаза не хватало! Приветствуем вас! Я Сергей, а это Лена! А вы кто?

Существо опять отчетливо хмыкнуло, открыло дверь в дом и махнуло рукой: мол, заходите!

Я дождался Лену, взял ее за руку, и мы вместе перешагнули высокий порог избы. Оглядевшись, заметил: большой стол в огромной комнате, русская печь, скамьи у стола, в углу вместо икон какие-то статуэтки – вроде как богов или идолов каких-то, большего не успел заметить, хозяин – а это был именно хозяин, мужчина, – повелительно указал на скамью и что-то сказал, видимо предлагая садиться.

– Лен, ты видела, чего вместо икон стоит? – не удержался я. – Идолопоклонники, мать их за ногу! Это точно не Земля… Давай присядем, похоже, он именно этого хочет.

Мы уселись на скамью у стола и стали рассматривать сидящего перед нами мужчину. Это был старик с длинной, практически до пояса, седой бородой, его белые волосы были уложены прядь к пряди и ровными волнами свисали до плеч. Глаза внимательные, глубокие, как синие озера, а длинный нос торчал вызывающе и хищно, как у орла.

Он тоже рассматривал нас. Вначале меня – осмотрел, чуть заметно кивнул, как будто утвердился в своих мыслях, осмотрел Лену – насупил брови, потом приподнял их, как бы удивившись, видимо, признал в ней девушку. Она была одета так же, как я, так что сразу, да еще в темноте не определишь, мужчина это или женщина.

– Ангуста кранат ссассункритам бура? – спросил старик, но я бессильно развел руками:

– Не понимаю!

Он стал что-то говорить, отчетливо разделяя слова. Нет, ничего похожего на те языки, что я изучал, не было. Впрочем, вроде как проскакивали слегка похожие слова то ли на фарси, то ли еще на каком-то языке, но не уверен.

– Лен, ты хоть что-то поняла? Я лично – ничего не понял. Ни слова знакомого.

– И я не поняла. Не понимаем мы! – обратилась она к старику. И уже мне: – Я попробую на других языках с ним поговорить. Может, он что-то поймет…

Лена начала произносить фразу «Вы говорите на этом языке?» на всех языках, что мы изучали в учебке. А потом – еще на сорока языках, таких, что я даже не слыхивал – сплошь щелкающие и курлыкающие звуки. Я не удержался и спросил:

– Ты где столько языков выучила? Я просто балдею с тебя!

– Это еще до учебки… эксперименты ставили после испытания препарата – сколько языков может вместить моя голова. Много, очень много. Я полиглот. Достаточно несколько сеансов, и язык ложится мне в голову как родной – побочный эффект действия препарата.

– Ну и что наполиглотила тут?

– Да ни черта. Видно, что дедок ни одного языка не понимает. А из того, что он говорил, часть была похожа на какой-то из индоевропейских языков. Кстати, глянь на него – типичный европеец, как друид какой-то. И зыркает, будто сейчас сожрет нас! Дед, ну не понимаем мы тебя, и все тут! – Заря сокрушенно развела руками. – Придумай чего-нибудь!

Будто поняв ее, старик поднялся, сказал несколько слов на своем языке и показал жестом – сидите, мол, тут. Он ушел в заднюю комнату и вернулся через несколько минут, сияющий своим «фонарем» как шахтер, поставил на стол глиняный кувшин и стал сливать в него жидкость из принесенных с собой небольших баночек. Добавил туда какой-то сушеной травы, растолок в ступке камень черного цвета – тоже метнул туда, еще что-то из банки – зашипевшее, как негашеная известь, капнул на стол, размазал пальцем, покачал неодобрительно головой и еще подкинул черного камня, затем стал равномерно помешивать всю эту «окрошку» деревянной палочкой, беззастенчиво нас разглядывая.

– Слушай, чего это он такое делает? – всполошилась Лена. – А ну как заставит выпить эту гадость? Я не хочу пить неизвестные жидкости в неизвестном мире!

– Может, и заставит. Только пусть вначале сам отопьет… если отопьет – тоже будем пить, не выступай! Вдруг у них такой обычай тут – отпивать вот такой гадости! У нас же ставят всякую гадость на стол – принято ее выпивать, а потом сильно болеть, вот и мы будем это делать.

Лена фыркнула и тихонько засмеялась.

– Ну ты и сравнил! Да если эту гадость выпить – как минимум пронесет, а как максимум… я даже боюсь подумать. Я лично не хочу бегать по сортирам и шумом пугать воробьев! Если хочешь – сам пей, а я погляжу, что будет. Должен же кто-то остаться боеспособным в нашей паре, пока ты будешь бегать и дристать!

– Э-э-э… хитрая, да? Ладно, спасу тебя от бесчестья! Если предложит – выпью. Но если все нормально будет – выпьешь и ты, согласна?

– Ладно. Не бойся, красные отряды отомстят за тебя! Я этого старикашку искореню, если с тобой что-то случится!

Старик с усмешкой прислушивался к нашим переговорам и как будто понимал, что с нами происходит.

Прекратив помешивание, он разлил жидкость в три глиняных стаканчика, взял один, показал мне, приподняв в воздухе, и с видимым удовольствием выпил, произнеся следующее:

– Аххх… ммммаааа!

Затем взял второй стаканчик и протянул мне, кивнув – пей, мол!

Я с опаской взял стакан, перекрестился – старик при этом удивленно приподнял брови – и одним махом влил содержимое себе в рот.