Поступь Тьмы - Руслана Истрова

Нет, я предприняла пару попыток завязать разговор, спрашивала про бал и про ее новых друзей, но односложные холодные ответы не вызвали желания лезть дальше. И только после душа Трин меня удивила, как бы невзначай заметив:

— А ведь мэтр дает нам шанс уйти.

От неожиданности я чуть не оторвала пуговицу, которую застегивала.

— Что?

— Он ничего не скрывает, не приукрашивает. Наверное, не хочет брать на себя груз вины, если мы… — Она осеклась, но тут же продолжила: — В самом начале учебы проще всего перевестись на основной курс.

Да. Пожалуй, она была права, и мэтр Кобэ подталкивал слабые звенья к отступлению. Раскрывал все карты, чтобы мы сами решали, готовы ли так рисковать. Ведь одно дело понимать неизбежность рейдов, и другое — знать наверняка, что именно ты будешь на передовой, а не сильные тьмаги.

— Ты… уйдешь? — осторожно спросила я.

— Нет. Но ты могла бы. — Трин захлопнула шкафчик и замерла, не глядя на меня.

— Я никуда не собираюсь.

— Зря. — Профиль ее заострился, кожа слегка побледнела. — У тебя, в отличие от остальных, есть деньги. Есть имя. Никто не осудит. Теперь уж точно, когда вы с Леннартом…

— «Мы с Леннартом» — что? — уточнила я, когда она снова умолкла на середине фразы.

— Ничего. Просто говорю, что эта блажь с геройскими рейдами может стоить тебе благополучной жизни. Жизни в принципе.

— Блажь? — неверяще переспросила я. — Трин, что происходит? Мне кажется, или ты всерьез подталкиваешь меня к переводу?

— Тебе кажется, — резко отозвалась она и, схватив сумку, вылетела из раздевалки.

А я осталась, встревоженная этим странным диалогом больше, чем возможностью в скором времени погибнуть в пасти черни.

В столовую шла медленно, и не обращая внимания ни на что вокруг. Машинально набрала еды, заметила за одним из столиков Свортов и Монсона и, уже усевшись, с удивлением обнаружила здесь же Берга. А ведь он с нами не трапезничал с тех пор, как…

Ох, демон!

Я быстро огляделась, не нашла в пустующем зале Приши Джай и снова посмотрела на вяло жующего Берга:

— Мне жаль.

Он поднял на меня глаза и, передернув плечами, уставился в тарелку:

— Не стоит. Мне не нужна та, кому нельзя доверять.

Почему-то казалось, что речь не только о Прише, но я и не хотела быть нужной, так что расстраиваться не спешила. Пусть не доверяет, пусть даже ненавидит, только бы помог…

— Это вы о чем? — прищурился Аарон.

— О ком? — уточнил Дарен.

— Ну, о ком, и так понятно. Самое быстрое расставание на моей памяти.

— Вот только откуда Валборг узнала?

— Да, и десяти минут ведь не прошло.

— Вот-вот, а ты только явилась.

— Так откуда информация?

Я на миг прикрыла глаза:

— Когда вы говорите по очереди, у меня болит голова. — Затем, игнорируя близнецов, снова посмотрела на Берга: — Все… подтвердилось?

— Да, — коротко ответил он, не отрываясь от тарелки.

Вот и поговорили.

Впрочем, сейчас явно не время и не место выяснять подробности, да и нужны ли они мне? Берг обещал разобраться и вряд ли обрадуется, если я спрошу, стоит ли мне опасаться удара в спину от брошенной финирийки. Я сама спихнула эту проблему на его плечи, и любой намек на недоверие с моей стороны окончательно похоронит нашу… нет, не дружбу. Ее между нами и не было. Скорее, партнерство. Вот подходящее слово.

Так что я промолчала и принялась за еду под нескончаемую болтовню Свортов, и стараясь не замечать насмешливых взглядов притихшего Монсона. Вот уж кто ничего не упускает, и вся моя внутренняя борьба для него точно не секрет.

Мысли нет-нет да возвращались к Трин, но, когда тарелки опустели, а парни разошлись, у меня по-прежнему не было ни одной внятной теории, полностью объясняющей ее поведение.

Ментальное воздействие я отмела сразу. Во-первых, оно бы проявлялось иначе — вспышками, несвойственными поступками, — а во-вторых, нельзя же во всем винить вмешательство в разум. Скорее, Трин просто узнала меня получше и поняла, что такой человек ей не по нраву. Или поверила в одну из блуждающих обо мне сплетен. Это, конечно, не объясняло утреннего приступа дружелюбия, который сменился попыткой прогнать меня из группы, но мало ли…

Также я не исключала влияния Лукаса Лайне. О нем я вообще ничего не знала, но они много времени проводили вместе, и его сила реагировала на меня… агрессивно. Я и прежде отмечала, насколько Лукас сроднился с обретенной магией, но сегодня он не позволил Трин поработать с другими тьмагами — вероятно, сам того не сознавая, но если нет? Вдруг все это как-то связано?

Я не стала цепляться за эту соломинку, опасаясь, что просто ищу внешнюю причину, тогда как дело в самом обычном «не сошлись характерами», но за Трин решила приглядывать. На всякий случай. И поговорить бы не мешало, но вряд ли итог этих бесед будет иным.

На лекцию к природникам я брела все еще погруженная в раздумья, но с момента нападения тело и сила всегда были настороже, так что, когда в одном из пустых коридоров меня схватили и потянули в приоткрытую дверь, парализующее плетение выстроилось на автомате. И если бы знакомый голос не прошептал:

— Не кричи…

…я бы ударила. Благо не успела.

— Самоубийца, — пробормотали я, впитывая магию и глядя в улыбающееся лицо Виктора Леннарта.

— Я же предупредил, чтоб не кричала.

— Я и не собиралась кричать. Я собиралась убивать.

— Кровожадная…

И голос такой довольный, будто я сейчас должна растечься лужицей от такого комплимента.

Я хотела ответить, честно. Но все существующие слова выветрились из головы, когда Леннарт резко притянул меня к себе и поцеловал. На сей раз я уже примерно представляла суть процесса и все равно оказалась ведомой, вынужденной повторять его движения, потому что ноги снова подгибались и дыхание прерывалось.

Если так у всех, то целующиеся люди — самые уязвимые цели. Ничего не видят, ничего не слышат, ничего не соображают. Того и гляди, сами помрут от переизбытка чувств и нехватки воздуха.

С трудом, но я отстранилась первая, мягко толкнув Леннарта в грудь. Затем для верности отошла на пару шагов и… уперлась в стену.

— Мы где вообще?

Я оглядела пустую узкую комнатушку, озаренную болтающейся под потолком лампочкой.

— Раньше здесь была кладовка. — Леннарт прислонился к противоположной стене. — Все уже вынесли, но пока не решили, что с ней делать.

— Серьезно? — Я тихонько рассмеялась. — У тебя странные представления о романтике.

— Ну а что? Метелок и ведер здесь нет, просто комната.