Академия мертвых душ. Книга 2 - Матильда Старр

Он изумленно приподнял бровь, и я смутилась.

– Я… случайно. Я не собиралась рыться. Просто хотела найти перо, и… вот.

– И тебя это так расстроило?

Магистр Рониур молча смотрел мне в глаза, и я почувствовала что-то сродни отчаянию. Он даже не попытался ничего опровергнуть! Значит, и правда её любит… А я вместо того, чтобы поговорить с ним спокойно, сказать, к примеру, что теперь претензий никаких, наш брак – настоящий, и мы можем, как и прежде, оставаться в своих спальнях, устроила глупую истерику.

– Вот ещё! – буркнула я. – Теперь я могу пойти к себе?

– Нет, – отрезал магистр Рониур.

– Нет?

Он снял с пальца одно из колец, отстегнул булавку из-под ворота и, не глядя, бросил их точно на стол. Он что, раздевается? Странное начало…

– Ты ведь ментальный маг. Я сейчас совершенно открыт. Посмотри сама.

– Посмотреть… что? – прошептала я, не особенно веря в то, что сейчас слышу.

– Всё. – Он взял меня за руку.

– Я не уверена, что получится. Я ещё…

– А ты попробуй.

Я сложила пальцы так, как учил тёмный маг. Похоже, эта штука действительно безобидная. Прошептала имя. И прикрыла глаза.

Это нахлынуло сразу, огромной волной, и я почти захлебнулась. Страсть, сметающая всё на своём пути, щемящая нежность и бог знает что ещё. Шквал, водоворот чувств, в котором я, казалось, тонула. И только потом стали появляться картины. На них, словно звук на изображение в ролике, накладывались обрывки эмоций, чувств. И мысли. Они возникали в моей голове ясно и четко, будто мои… И не мои… Я ощущала себя одновременно и собой, и магистром Рониуром – чувствовала, как он, думала, как он, смотрела его глазами.

Происходящее казалось невероятным. И было странно смотреть на себя со стороны.

… Магазин учебных и магических принадлежностей. Девчонка, явно из новеньких. Смешная. Таращится, словно на чудо. Среди артефактов ничего интересного. Резкое чувство опасности и… чудовищной силы удар. Пол под спиной, сверху теплое гибкое девичье тело. И внезапное желание, острое и горячее. Черт подери, вроде не мальчик. Быстрее встать, пока не заметила…

Ничего себе, я думала, он вообще не обращал на меня внимания. До тех пор, конечно, пока я не сбила его с ног.

… Легкие шаги по лестнице преподавательской башни. Незнакомые. В приоткрытую дверь виден только мелькнувший за поворотом край мантии. Какого… Верхняя площадка, в распахнутом окне хрупкая фигурка, вот-вот шагнет. Леди Юлия?

– Это что еще здесь такое?

Два шага, и… Успел. Она обмякла в руках, потеряв сознание. Что за… Чертовы ступеньки, бесконечные… Дверь, кресло-качалка. Так, пульс есть. Просто магическое истощение. Давно ни за кого так не боялся…

Он за меня… боялся? Я сглотнула, продолжая жадно смотреть.

Когда моё лицо становится не мертвенно-бледным, а на щеках проступает румянец, магистр бережно поправляет выбившуюся из причёски прядку и тут же отдёргивает руку так, словно его ударило током.

Я просматривала эпизод за эпизодом. И тонкой нитью через все тянулась мысль: «Я не должен… Я не имею права…»

Вот я окатываю его водой на тренировке, вот явилась в его комнату поговорить о Майке…

И всякий раз, когда он видит меня, реагирует вовсе не так спокойно и невозмутимо, как кажется. Неужели он…. Да точно, сомнений быть не может. Мне слишком знакомо то, что с ним творится, ведь то же самое происходило и со мной. Вот только внешне он всегда был таким непробиваемо-бесстрастным, что я и не догадывалась…

… Распахнутая дверь, встревоженный магистр Хорвирет: «Леди Юлия пропала».

Мне пришлось сделать несколько вдохов. Казалось, чужая боль и дикий страх разорвут меня изнутри.

Наша встреча в коридоре перед балом. Моя истерика. И снова ему приходится прилагать нечеловеческие усилия чтобы удержаться: не прижать меня к себе, не пообещать, что всё будет хорошо.

Не сказанное вслух «Я никому не позволю тебя обидеть».

Клокочущая ярость с изрядной долей ревности и мысль: «Свернуть бы шею мелкому мерзавцу».

Ого! Кажется, в нашей семье не я самая кровожадная!

Наша свадьба. Волнение, унять которое получается лишь ценой сумасшедших усилий.

Короткий поцелуй у двери. Страстное желание продолжить – и мой испуганный взгляд…

Перед глазами, словно наяву, проносилась картинка за картинкой, а сердце радостно стучало: любит. Он меня любит!

Подсматривать дальше не было необходимости. Я вынырнула из этого омута и оказалась лицом к лицу с Рониуром. Серые глаза смотрели с напряженным ожиданием. Я не стала ничего говорить. Просто легонько провела кончиками пальцев по щеке, поднялась на цыпочки и потянулась губами к его губам.

Но стоило только прижаться к его телу, вдохнуть его запах, как все ощущения той упоительной ночи всколыхнулись, накрыли с головой, жаркие, пряные, бесстыдные… Смешались с отчаянием и тоской последних дней, с только что вспыхнувшей надеждой, с безмерным облегчением, и эта гремучая смесь огненной волной прокатилась по венам, вспыхнула искрами под кожей. В голове зашумело, живот свело сладким спазмом.

Я качнулась, едва устояв на ногах, обвила руками его шею и поцеловала, пылко и жадно. Он помедлил всего мгновение, потом прижал к себе и ответил так требовательно и жарко, что перехватило дыхание.

И мы оба словно сошли с ума, вжимались друг в друга и целовались до боли в губах, до сладкого озноба, не в силах оторваться, даже чтобы глотнуть воздуха. Вкус его губ, его руки, по-хозяйски сжимающие мое тело, мои ладони, скользящие под тканью рубашки по спине… И уже мало было одних поцелуев.

Он подхватил меня и усадил на стол. Я оплела его бедра ногами, и мир утонул в горячем тумане, где не было нежности и ласки, только грубый напор и неистовая страсть, яростная, первобытная, всепоглощающая.

Я уже не понимала, где он, где я, где заканчивается одно тело и начинается другое, лишь летела с ним все быстрее, быстрее, и выше, и дальше… За грань, в ослепительную бездну наслаждения.