Оковы Полумесяца - Александра Матвеева

Когда губы Ландора коснулись моих, я почувствовала, что в этом касании он делится со мной своими чувствами, они как будто стали вдруг витать вокруг нас приятным маревым облачком. С темнейшим все было наоборот, своими объятиями он словно очертил границу между нами и остальным пространством. В тот момент было невозможно понять, что он чувствует, потому что он старался успокоить меня. Его чувства и эмоции представились мне словно тонкий, практически не ощущаемый покров между нами, они не покидали границ маленького пространства его объятий.

Я не стала зацикливаться на этом, но и не думать не могла. Такие размышления способны помочь мне вовремя заметить изменения в моем отношении к Хекселису. Эта мысль показалась мне насквозь благоразумной и бесчувственной. Что ж, пусть так. В сложившейся ситуации эмоции нужно прятать как можно дальше, недаром мама всегда говорила…

Мысль оборвалась на середине.

Мама.

Меня с новой силой затопили печаль, вина и жгучий стыд за мой поступок.

Я даже беспокойно заворочалась в кровати, пытаясь отрешиться от таких мыслей. Не помогло. Воспоминания возвращали меня в сегодняшнее утро, и я снова видела улыбку моей матери, то, как она радовалась за меня. А теперь… как она себя чувствует? Не может заснуть и беспокоится обо мне? Свет всемогущий, я самая ужасная дочь во всем мире. Но правда тоже казалась мне ужасным наказанием для близких.

Правильно ли я поступила?

Ясновидец, в разговоре у ратуши, упомянул, что все идет, как и должно, но что если бы я рассказала все маме и светлейшему? Он объяснил, что, узнай обо всем моя семья, так и не настанет день, когда я сама смогу выбирать свою судьбу.

Но стоит ли это выбор слез моей матери, волнений и переживаний моих близких?

Я перевернулась на бок и судорожно обняла одну из подушек, вдыхая свежий аромат хлопкового постельного белья.

Странно, что этот вопрос посетил меня лишь сейчас, но я все равно не могла на него ответить, и раньше не смогла бы. Меня разрывало от того, что я причиняю боль самым дорогим для меня людям, но должна ли я отказаться от чего-то столь важного для меня ради спокойствия других людей, пусть даже и любимых?

Часть меня говорила: «Да! Да! И еще сотню раз, да!», но была и другая часть, с которой нужно бы бороться, моя эгоистичная сторона не хотела, чтобы я жертвовала собой вот так понапрасну и побуждала найти золотую середину, чтобы успокоить родных, но при этом сохранить в тайне мое пребывание в Ардхарате.

Не знаю, что меня подтолкнуло, но эгоизм, видимо, победил, потому что я решила-таки отыскать ту самую середину.

Решение принято, теперь нужно было лишь понять, как действовать. Возможно, стоит поискать среди неизвестных мне способов магической связи, может, и найдется что-то интересное. Или даже поговорить с Хексом, возможно, он найдет способ, как мне сохранить наш секрет, но при этом поговорить с мамой.

А может даже…

Нет, сама я точно не могу появиться дома, иначе меня потом оттуда не выпустят, завалят вопросами, да и мне самой будет так сложно снова оставить дом.

Я воскресила в памяти столь знакомые мне пейзажи Тельвара, наш с дом и мою комнату. На миг я настолько окунулась в свое воображение, что практически ощутила тепло солнечных лучей, проникающих в окна моей спальни поутру. Запах лосьона на травах, которым мама ополаскивает волосы…

Я открыла глаза и вокруг снова была молчаливая темнота моей спальни.

— Ася, — мне снилось что-то не понятное, неясный шепот примешивался к прочим звукам, пронизывающим мои сны. Это был табун лошадей несущихся галопом в поле? Или может озерная гладь с дикими утками? Это был день или ночь? А может это была толпа людей…

— Аниса — вдруг раздалось у моего лица. В тот же миг я выплыла из своего сумбурного сна и открыла глаза. Около меня стояла незнакомая женщина с виноватым выражением лица.

Она с интересом смотрела на мое лицо, особенно на полумесяц.

Незнакомка не была молода, но и до старости ей еще очень далеко. Ее каштановые волосы были заплетены в тугую косу, которая к тому же скручивалась на затылке. Меня поразили ее глаза, серо-синие, словно вода под полупрозрачным слоем льда. Она была красива и опрятна, в простом темно-фиолетовом платье.

— Простите, — с неподдельным раскаянием проговорила женщина, — я разбудила вас, чтобы поздороваться и познакомиться… просто не смогла удержаться, — оправдалась незнакомка.

Я приветливо улыбнулась, и даже почувствовала некую благодарность к женщине, которая выдернула меня из странных сновидений.

Бросила взгляд в окна и села на постели. Солнце встало несколько часов назад.

— Ничего, спасибо, что разбудили, я не привыкла спать до обеда.

Я потянулась, пока не вставая.

— Вас зовут Аниса, так сказал хозяин, — женщина подошла ближе к кровати и протянула руку, — я Хелина, вы можете звать меня просто Лина, я служанка в этом особняке, и рада познакомиться с вами — добродушно сообщила она. Когда ее лицо осветила улыбка, я заметила, что в уголках ее глаз начали появляться морщинки, что подтверждало мою теорию, о ее среднем возрасте.

— Да, мое имя Аниса, но для тебя просто Ниса, хорошо?

— Не знаю… можно ли мне, — вдруг замялась Лина, и опустила взгляд, — думаю, я должна обращаться к вам полным именем, ведь вы гостья этого дома, — закончила она.

— Послушай, — спокойно отозвалась я, вылезая из-под теплого одеяла. — Ты ведь знаешь, я светлая.

Лина кивнула в ответ на мои слова. Как и сказал Хекс, служащие знают, обо мне.

— Я какое-то время буду жить здесь, но ты понимаешь, что мои родные и друзья остались в Тельваре. Я здесь совсем одна, и мне хотелось бы, чтобы в отсутствии Хекса ты, хотя бы иногда составляла мне компанию. Я надеюсь подружиться с обитателями этого дома, поэтому, в начале, не хочу, чтобы ты обращалась ко мне столь формально.

Женщина какое-то время сомневалась в моих словах, потом, кажется, обдумала какую-то мысль, и в итоге согласно кивнула.

— Хорошо, в свое свободное время, я вполне могу составлять вам компанию, когда хозяин будет занят.

Я переоделась и хотела уже заправить кровать, но Лина меня остановила.

— Хозяйка, вы не должны этим заниматься, — протестующе заявила она, на что последовал мой донельзя удивленный взгляд. — Ниса, дорогая, несмотря ни на что, вы — гостья в этом доме, а я служащая, и то чем вы сейчас хотели заняться, входит в мои прямые обязанности, — уже гораздо спокойнее продолжила Хелина, и даже улыбнулась. — Заправлять постели, убирать комнаты, приносить еду и еще многое другое — обязанности слуг.

— Но… — я не нашлась с ответом, а Лина проворно отодвинула меня с дороги, расправила одеяло и встряхнула подушки.

Она уже накрывала постель красивым покрывалом с золотой вышивкой, когда я, наконец, привела мысли в порядок.