Очень драконий отбор - Алиса Чернышова

— Значит, после серенады ты согласна? 

— Конечно, — я сладенько улыбнулась.

Зря я что ли на тебя вчера весь вечер смотрела, как худеющий на десерт? Добродетель должна быть вознаграждена!

Наверное. Никогда по-настоящему не разбиралась в этом вопросе.

— Ловлю на слове! — дракон подозрительно широко улыбнулся. — Тебе понравится моя серенада, не сомневайся!

Сказав это, он легко поцеловал меня в нос, тем самым совершенно дезориентировав, и направился к выходу. 

— Ах да, — уже на пороге “вспомнил” он. — Если уж всё так хорошо сложилось и ты сама согласилась, то я передам, чтобы тебе принесли наряд Выбранной Наложницы. Завтра представлю тебя брату официально, а пока — просто готовься. Это будет весело.

И захлопнул за собой дверь, оставив меня изумлённо хлопать глазами. 

Ну, Кио…  с-скотина.

Но — хорош. Вот уж чего ни отнять, ни прибавить…

Я подумала, хмыкнула и вольготно развалилась на роскошной постели. Мне, как любимой наложнице, разве не положен новый наряд и восстанавливающий магию завтрак в постель? Всё так. Награда за ночные труды. Так кто же я такая, чтобы отказываться?

Нет уж, ребятки. Из этой ситуации я намерена выжать максимум удовольствия.

*

—  Ты такая красивая! — восхитилась Дорлина, увидев меня. — Настоящая принцесса!

Я на это только улыбнулась. Уж не знаю, настоящая или нет, но выглядела я действительно очень и очень представительно. 

Как показала практика, драконьи “выбранные наложницы” — это нечто сродни придворным болонкам. То есть, существа вроде как бессмысленные и тупые, но — милые, симпатичные, забавно возятся и должны радовать хозяйский глаз. И максимально подчёркивать статус. Потому-то ухаживают за питомицами соответственно: обряжают в роскошные шелка, вплетают в волосы нити мельчайших драгоценных камней, покрывают нежнейшими притираниями лицо и тело… Честно говоря, для меня последнее было немного проблемой, поскольку нивелировало действие маскировки. С другой стороны, отблески звёзд в волосах и глазах спишут на драгоценные камни, а лёгкое мерцание и необычный оттенок кожи — на чудодейственную косметическую магию. А Кио и так знает правду… так что, переживать мне было особенно не из-за чего. 

— Господин Кио сделал меня выбранной наложницей, — сказала я. — Пойдём со мной вместе смотреть мои новые покои? Там мило. И вид отличный.      

Дорлина натянула на лицо фальшивую улыбку:

— Пойдём, конечно, — пробормотала она. 

— Но?..

— Но всё равно сволочь он. И все они!

Ого. Я прямо даже насторожилась: а не случилось ли чего плохого с ведьмочкой на вчерашнем празднике? Всё же, собрались там отнюдь не фиалки… С другой стороны, она не выглядит жертвой — уж на это дерьмо я насмотрелась, чтобы слёту замечать знаки. Скорее она кажется подавленной, будто какие-то тяжёлые мысли крутятся в её голове… 

Ну посмотрим, удастся ли мне её разговорить.

*

— Да как-то не хочется, — сказала ведьмочка, равнодушно глядя на роскошные пирожные. 

И вот тогда я поняла, что дело плохо.

— У тебя всё хорошо? — спросила я осторожно. — Что-то случилось на празднике?

— Да ничего, — она покачала головой. — Просто вот я на этих драконов посмотрела. И знаешь чего? Что-то мне всё меньше хочется находить тут суженого. Как говорят девки в деревне, когда их за нелюбимого сватают: жених так хорош, что лучше уж головой в омут. И тут тот случай. 

У, девочка… Реальность на сказочку мало похожа, это да. Но с этим всё равно каждой из нас сталкиваться приходится. Рано или поздно.

— А ещё и ты… — вдруг выдала она.

— Что — я?! 

— Кио этот — подлец. Я-то думала, ты его суженая, и он тебя женой возьмёт… а он — в любовницы. Гадко. 

Я призадумалась, прикидывая, как ещё раз объяснить этому несчастному ребёнку очевидное. 

— Платье красивое, конечно, — добавила она, посопев. — И комнаты тоже. Но всё равно… неправильно это. 

Я вздохнула. Ладно, по-хорошему не получится.

— Солнце, запомни мой совет, хорошо? И не пытайся натягивать кольцо своих моральных устоев на чужой хрен. Может упасть, может не налезть. 

— Ч-чего? — спросила ведьмочка. 

И покраснела. Забавно. Значит, аналогию уловила — уже хорошо.

— Я говорю, что когда двоих (или скольких там — подставь нужное число) взрослых дядь и тёть всё устраивает в отношениях, то посторонних это касается чуть меньше чем никак. Всё остальное — лицемерные попытки казаться лучше на чьём-то фоне. Доказать миру: правильно — так, как делаю я… Но тут уж извини. Каждый дрочит, как он хочет. И получает удовольствие от своего. И жизнь выбирает по себе. Понимаешь?

Она вздохнула, отвела глаза — и взяла со стола пирожное. 

Уже что-то.

— Ты права, понятное дело, — протянула она. — Я не совсем тупая, всё понимаю. Но знаешь, мерзко мне было на этих драконов смотреть. Я чего-то все эти роскошества видела и думала о словах Марни. И правда — представляешь, сколько они тратят на эти Отборы? Я сижу, жру пирожные, бабы вокруг них крутятся… а дядька Жуй опух весь, когда я уезжала. Уже и нет его, наверное… А они ходят такие важные, перебирают нами, будто мы грязь какая. Смотрела я на каждого дракона, и ни для кого сердце не дрогнуло. Неужели же один из этих — мой суженый?

Я задумчиво смотрела на девочку. Растёт… уж не знаю, считать ли это хорошей новостью или не очень. Всё же, возможно, это было бы к лучшему — если бы она и дальше верила в сказку о “суженом”, не задавая лишних вопросов. С другой… Вечная дилемма, ребятки. Что хуже: видеть слишком много — или слишком мало?..

Но вот ещё интересный факт: а с чего это она так покраснела, когда говорила, что вот прямо ни для кого сердце не дрогнуло, а?..

— Что, прямо никто не понравился? — спросила я лукаво. — Вот никто-никто?

Она скривилась зло.

— Да был один… На него смотришь, как на чудо. Но вот беда: ты права была. Никакая это не судьба и не красота, а только его чары. 

Ой-ой.

— Ты про Радужного?

— Про него, — скривилась Дорлина. — Подошёл к нам, весь такой милый, и давай всех очаровывать. И про тебя расспрашивать! Девчонки чуть ли не из платьев выпрыгивали. Он каждой улыбался, в глаза заглядывал, обходительный такой… Тьху! А я смотрю и понимаю: нет за этими глазами ничего, кроме расчёта. И чувства мои были — ложные. Никакой он мне не суженый!