Тень моей хозяйки - Мария Фир

— На что тебе столько книг? — хмуро спросила меня Вера утром следующего дня.

Она давно не заходила ко мне в комнату и не знала, что я обзавелась двумя десятками разномастных фолиантов и учебных пособий.

— Учиться, — весело ответила я, повязывая фартук и косынку.

Прошлой ночью я на удивление крепко спала. Сначала ворочалась и вскакивала, каждый раз проверяя, не исчезла ли моя магия, а потом провалилась в глубокий сон. Когда я открыла глаза, солнце уже поднималось над оливковой рощей, заливая её жидким золотом.

— А учиться на что? — не унималась Вера. — В магистры подашься?

— Почему бы и нет! — засмеялась я.

— Ну да. Все мы здесь магистры тряпок и ведра. И курьего говна.

Не знаю, чем была так недовольна Вера, но её настроение нисколько не омрачило переполнявшей меня радости. Я почувствовала себя неуязвимой, словно советник Фоули передал мне часть своей уверенности в себе. Работа меня не страшила. Я думала только о том, чтобы поскорее покончить с ежедневными обязанностями и побежать на встречу с Ридом у старого кладбища.

После завтрака госпожа Адриана вернулась в свою спальню. Я вошла туда с ворохом чистого белья и хотела поменять постель, но хозяйка сбросила халат и осталась в одной тоненькой ночной рубашке. Видно, всю ночь она провела в тёмном флигеле над диссертацией по теневой магии, а теперь хотела ещё вздремнуть.

— Эли, подожди, — окликнула меня она, заметив, что я собираюсь выйти. — Ты должна сказать мне кое-что.

— Слушаю, госпожа. — Я учтиво склонила голову.

— Живот ещё не заметен? — спросила она, натягивая ткань рубашки и всматриваясь в большое зеркало.

— Нет, совсем не заметен, — пожала плечами я.

Она была такой стройной, хрупкой. Трудно было представить её беременной — с раздавшейся талией, неповоротливой и неуклюжей.

— Ещё нет и двух месяцев, — прошептала она. — А у меня такое чувство, что моей тайне целый год. Я боюсь, что рано или поздно Мартейн почувствует ребёнка. Всё-таки он маг, а не обычный человеческий мужчина.

— Он обрадуется, госпожа, — успокаивающе улыбнулась я. — Разве вы сомневаетесь в этом?

— Ты многого не знаешь, Эли, — вздохнула Адриана, вновь закутываясь в длинный халат.

— Простите меня, но я слышала о ваших потерях…

— Все на острове о них знают, — кивнула она, — но дело не только в том, что я до сих пор не сумела выносить ребёнка для Тейна. Есть вещи, о которых не догадываются даже целители.

Я затаила дыхание, понимая, что не вправе задавать госпоже вопросы, но всё же надеясь узнать чуть больше. Иногда молчание вызывает у говорящего гораздо больше доверия, чем жадные расспросы из любопытства. Мне бы хотелось, чтобы Адриана знала: я никому не открою её секретов. И она, оглянувшись на дверь, поманила меня рукой и заговорила шёпотом.

— Мартейн мечтает о наследнике со стихийным даром, о сыне или дочери, которых он сможет обучать премудростям магии. Его страсть уже дважды приводила к тому, что я ждала ребёнка.

— Но ваш дар призывательницы… — Я почувствовала, как холодеет внутри от моей догадки. — Ваш дар убивает наследников со стихийной кровью?

— Не мой дар. — Госпожа погладила ещё неприметный животик. — Все теневые маги связаны с сумраком. Сотни лет мы оставались посредниками между мирами теней и живых существ. Но потом появился Орден Искателей. Инквизиторы, которые решили очистить от нас Веллирию. Они были убеждены, что несут живым божественный свет Ксая. Что без некромантов и призывателей на земле станет меньше зла. Но мало кто знает, что наша магия — это вовсе не зло.

— Я знаю, госпожа. — Мне так хотелось поддержать её, что я не выдержала, коснулась её плеча и погладила. — Вы вроде хранителей границ, верно?

— Можно сказать и так. В прежние времена нас было достаточно для того, чтобы удерживать порядок и отправлять обратно в Междумирье случайно оказавшихся на этой стороне теней. Некроманты призывали духов умерших для того, чтобы люди могли спросить совета у мудрых предков, они же возвращали в могилы восставших мертвецов. Тени призывателей или, как их называют простые люди, демоны помогали нам сражаться в войнах. Но теперь всё изменилось. В Веллирии и нескольких других государствах мы объявлены вне закона. Сотни магов были уничтожены, сожжены на кострах Инквизиции. Сбежать или спрятаться удалось немногим.

— Вы жалеете, что уехали из Веллирии? Что не стали сражаться с искателями?

— Я уехала потому, что у меня был очень скудный выбор: уехать или умереть. — Она прикусила губы, сдерживая навернувшиеся слёзы. — Но есть воля маленьких человеческих существ, пусть даже и магов, а есть законы устройства вселенной. Миру живых и сумраку сейчас нужны теневые маги, а не стихийники или целители. Сумрак пытается восстановить наш вид. Поэтому я теряла предыдущих детей. Чтобы рано или поздно родить нового теневого мага.

— Значит, ребёнок, которого вы сейчас ждёте, унаследует ваш дар?

— Да. Моя девочка родится с тёмным даром. И я боюсь, что это расстроит Мартейна.

— Но это ведь в любом случае ваш общий ребёнок, госпожа! Неужели вы думаете, что ваш муж будет меньше любить дочь из-за того, что она родится похожей на вас, а не на него?

— Я не знаю, Эли. Он так надеется, что когда-нибудь я рожу ему наследника, что это сблизит нас. Ты ведь всё уже поняла о нашем браке. Я благодарна Тейну и люблю его, но вовсе не так, как он того хочет. Он для меня близкий друг, а хотел бы стать любимым мужем.

Адриана нахмурилась. Думаю, она уже сожалела о том, что так разоткровенничалась со мной, но видно было, что ей необходимо выговориться.

— Мне кажется, вам всё же лучше рассказать ему, — осторожно сказала я. — Если уж не о даре вашей будущей дочери, то хотя бы просто о беременности.

— Он будет нервничать. Приставит ко мне дополнительную охрану. Запретит выходить из поместья. Будет требовать, чтобы я прекратила свои эксперименты для диссертации, ведь он уверен в том, что мой дар может навредить ребёнку. Придётся выложить всё, а я пока не готова к этому. Нет, я совсем не готова.

— Я думаю, что господин Мартейн всё же не зря тревожится за вашу жизнь. Вспомните случай с пауком в вашей комнате, — тихо сказала я.

— Да, я знаю, что у Тейна есть враги в совете, — согласилась моя хозяйка. — Но в последнее время он видит врагов даже в тех, кто ими не является.

— Вы говорите про Рида?

— И про Рида тоже. — Она вдруг спохватилась. — А почему ты не рассказала мне о своих успехах?

Меня охватило волнение: я не знала, как лучше передать историю о проснувшемся даре. Не говорить же, в самом деле, хозяйке о том, как мы с её мужем весело плескались в фонтане.

— Тейн рассказал мне прошлой ночью, — сказала Адриана и порывисто обняла меня. — Я рада за тебя, но призываю быть сейчас особенно внимательной. Неприрученный дар может натворить бед, если обходиться с ним легкомысленно.