Тебе повезло, детка! - Франциска Вудворт

Бывают такие дни, когда ещё не успел открыть глаза, а уже плохо. Я чуть пошевелила головой, и движение тут же отдало тупой болью в висках. Неужели заболела? Как не вовремя. Нельзя сейчас болеть, на работе Марину подведу. Не удобно.

Мысли текли вяло, даже на беспокойство сил не было. Голова словно ватой набита, а во рту вообще молчу. Нужно встать, воды попить, но при одной только мысли о необходимости шевелиться, я глухо застонала.

- Похмелье? Поспи, ещё рано, - услышала я, и меня погладили по бедру. Обнажённому!

Возвращение в реальность было таким стремительным, что сонное состояние словно рукой сняло. Разлепив глаза, увидела перед носом мужскую грудь. Я спала, пригревшись под рукой у модифицированного, прижимаясь к нему.

От воспоминаний вчерашней бурной ночи горечь подступила к горлу. Резко села, выбираясь из его объятий, но от быстрой смены положения стало совсем плохо. Да ещё меня властно вернули обратно. Такого мой организм уже не перенёс.

- Пустите, меня сейчас стошнит! - зашипела сквозь зубы, вырываясь.

Кубарем скатилась с постели, свалившись на пол. Застонала, зажав рот рукой, едва сдерживая рвотный позыв. В висках стучало и бросило в липкий пот. Помог модифицированный, подхвативший на руки и вовремя отнёсший в туалет, сама бы я не добежала. Меня скрутило над белым другом, выворачивая на изнанку.

Немного отдышалась и тут на плечи набросили банное полотенце. Подняла голову и с удивлением увидела, что он стоит рядом. Не сбежал почему-то с их то обонянием. И выглядит свежо, без следов похмелья на лице.

- По вам и не скажешь, что вы пили, - хрипло заметила я.

- У меня метаболизм другой, алкоголь быстро выходит. Ты как?

- Ужасно. Голова раскалывается.

Взгляд упал на его мужское достоинство, во всей красе практически перед моим носом, и меня опять скрутило над унитазом.

- Пожалуйста, уйдите! - простонала умоляюще.

- Хорошо. Схожу поищу что-нибудь от похмелья.

Ага, и в первую очередь одеться не забыл бы!

Оставшись одна, тяжело поднялась, обернулась полотенцем, и умылась над раковиной холодной водой, прополоскав рот. Стало легче, но вот взгляд на себя положительных эмоций не добавил. На светлой коже ярко выделялась цепочка засосов. На шее, груди и, к сожалению, я помнила как появился каждый из них.

Сжала подвеску на груди, единственное, что он оставил, снимая с меня одежду. Чувствовала так, словно он меня купил ею. А что? Всё как по шаблону: подарок, ужин с вином и страстная ночь. Сняла через голову и отшвырнула не глядя. Вот бы так же выбросить все воспоминания.

В груди запекло, стоило вспомнить, как он переплетает наши пальцы, заводя руки за голову, и медленно входит, ловя губами мой первый стон. Двигается медленно, впиваясь взглядом в лицо, желая убедиться, что мне хорошо. И словно ему этого мало, спрашивает, хорошо ли мне, нравится ли? Да? Точно? А если так? А вот так? И первый оргазм накрывает неожиданно и мощно.

Ненавижу! Не знаю даже больше кого: себя за пьяную податливость или его за то, что напоил. Ощущаю себя морально и физически раздавленной.

«Что ж, тогда в твоих же интересах как можно скорее забеременеть. Начнёшь хотя бы хотеть», - всплыли в памяти его слова, больно жаля. А что, если я уже и поэтому мне было хорошо?

Мысль вызывает такой ужас, что мне требуется время, чтобы заставить себя вновь дышать. Бросаюсь к косметичке, и хоть по инструкции у меня ещё есть время, нахожу таблетки и выпиваю одну, запивая водой из-под крана.

«Только бы не вырвало!» - билось в голове. С тревогой прислушалась к себе, но вроде прошло. Вымыла тщательно руки и почистила зубы, чтобы уже наверняка скрыть запах таблетки.

По самочувствию желудок вроде успокоился, но голова раскалывалась. Душ бы помог, но между ним и возможностью одеться, выбрала последнее, поспешив прикрыться, пока модифицированный не вернулся. И вовремя! Едва успела натянуть на себя футболку и домашние штаны, как зашёл он. Голый!

- Ничего не нашёл. Может, у Мари-Энн есть, или у служанок в личных вещах. Позвонить, узнать?

- Не надо их будить. Я полежу ещё, - поспешно отвернулась от него, избегая лишний раз смотреть. Вернулась в постель, завернувшись в одеяло по самый нос. Он подошёл, приседая возле меня.

- Как ты?

Открыла глаза, посмотрев тяжёлым взглядом.

- Плохо. Голова раскалывается, - не стала скрывать.

- Ты совсем зелёная. Может, сделать чай? Кофе?

- Сделайте, - безразлично согласилась с ним, лишь бы он ушёл.

- Чай? Кофе?

- Чай. Зелёный. Под цвет лица, - отворачиваясь от него на другой бок, произнесла я.

- Катя, ты... злишься на меня?!

- Действительно, разве у меня есть причины? Это же я в себя влила почти бутылку вина, и теперь страдаю по собственной глупости.

- Тебе нужно было расслабиться.

- Кому, нужно? Вам? Как видите, расслабление идёт полным ходом. Можно мне спокойно полежать? А то боюсь опять побегу расслабляться над унитазом. Вы в следующий раз если решите меня расслабить, наркотики подсыпайте. Знаете, есть такие, когда женщина на всё согласна, а на утро ничего не помнит. Я даже сама их выпью, чтобы вас не утруждать.

- Ты считаешь меня способным на такое подонком?

Судя по голосу, мне удалось его уязвить.