Моя капризная леди - Яна Мелевич

Мысленно дала себе пощечину за наглое вранье.

— Почему тогда мальчикам можно? — спросила Джини, и я окончательно растерялась.

Как объяснить девочкам четкое разграничение правил поведения в обществе по полу? Женщинам запрещали то, что безоговорочно разрешалось мужчинам. Конечно, употреблять непотребные выражения на светских мероприятиях или при встрече с высокопоставленной особой — нельзя никому. Но сильной половине часто списывали подобное на суровый и независимый характер. И в то же время даму объявили бы сумасшедшей.

— Ну-у, — протянула я, хлопая ресницами. — На самом деле нельзя, просто мужчины другие...

— Какие? — наклонила голову набок Маргарет.

От необходимости давать ответ меня неожиданно спасла Эйла. Сестра Терлака вышла из зарослей к берегу с тихим шорохом и сразу же побледнела, метнув взгляд к яйцу, по-прежнему лежащему на песке. Мы о нем, кстати, совсем забыли. А тем временем оно начало странно подрагивать при появлении юной МакГиннес, заставив ту подумать, будто я собиралась причинить вред еще народившемуся драконенку.

— Отойди от него! — взвизгнула Эйла, бросаясь к яйцу.

Я озадаченно хмыкнула и посмотрела на храбрую девчонку, глаза которой оставались немного припухшими и покрасневшими. Между нами пробежала тень прошлого разговора, но то, как храбро Эйла кинулась защищать юного дракона меня даже восхитило. Знала ведь, что со мной не справится.

— Зачем вы ей рассказали?! — с некоей долей обиды в голосе спросила сестра Терлака у замерших близняшек.

Девочки повинно опустили головы и синхронно шмыгнули носом.

— Это все Маргарет, — буркнула Джини, толкая сестру вбок. — Уронила малыша.

— Чего я? Сама меня пихнула! — огрызнулась та и замахнулась на свою копию.

— Где вы взяли яйцо? — перебила назревающий скандал и обвела взглядом шкодливую троицу.

Для острастки уперла руки в бока, затем прищурилась. Подчиняясь моей магии, зашуршала трава, из-за чего девочки опасливо покосились на деревья. Эйла вовсе побледнела, вспомнив произошедшее в главном зале, — но крепче вцепилась в яйцо.

Все трое продолжали молчать, потому я картинно зевнула, подошла к камню, где оставила счетные книги и взяли их в руки. Не получилось сегодня поработать, да и желания у меня особо не было. Потому я спокойно развернулась, медленно поднимаясь по незаметной тропе, считая про себя до трех.

— Ты куда? — сорвался голос Эйлы, когда счет дошел до «два с хвостиком».

— В замок, — равнодушно бросила, не собираясь оборачиваться. — Найду Терлака, а еще сэра Руперта. Вряд ли им понравится, что вы скрыли дракона.

Пока бормотала, медленно начала пробираться выше.

— Стой! — истошно завопила троица, и на их крик из воды выглянула Лося.

Булькнув несколько раз, дракон поднял голову и заинтересованно подплыл ближе. Правда, заметив яйцо золотого, Лося неожиданно громко фыркнула, недовольно хлопнула ластами по зеркальной глади озера и исчезла.

— Чего это она? — удивилась Эйла, прекратив орать на всю округу.

— Драконы не высиживают чужих яиц и не выносят на своей территории представителей другого вида, — проговорила я заученной фразой из энциклопедии.

Никогда еще на меня не смотрели с таким восхищением. В глазах близняшек я вдруг возвысилась до уровня богини. Сестра Терлака же прекратила жеманничать и посмотрела с некоей долей уважения.

— Раздел первый, глава десятая, — выдохнула она. — Большая энциклопедия о драконах. Точно, совсем забыла.

— Именно так, — задрала я нос, всеми силами стараясь показать свою осведомленность в столь щекотливом вопросе.

Хвала богам, книга была с картинками, потому текст запоминался проще.

— У дедушки такая есть, — улыбнулась Джини, а солнышко заиграло золотыми искрами в ее рыжих волосах. — Новое издание.

— Которое без дракончика? — уточнила я.

— Без, — вздохнули близняшки. — Старое довольно дорогое, тетка Юна запретила покупать, — добавила Эйла мрачно.

— А у меня с дракончиком, — похвасталась я и уточнила: — Там еще обложка из настоящей чешуи дракона. Правда, сама книга дома. В графстве.

Оказывается, заинтересовать детей проще простого. Стоило лишь намекнуть на объект их любопытства и поддразнить возможностью это получить. Потому пока девочки тяжело вздыхали, я быстро сориентировалась, мысленно скрещивая пальцы.

— Могу попросить отца прислать ее или сестру купить редкий экземпляр.

Не Далия, так Эрик достанет. Второй принц Данмара постоянно бродил по всяким блошиным лавкам и имел связи на черном рынке, где доставал редкие артефакты для своих экспериментов. Уж прикупить один экземпляр книги вполне способен. Тем более, если попросит моя кузина. Муж ей ни в чем не отказывал, даже соглашался терпеть меня в своем доме на постоянной основе. Прямо об этом не говорилось, но сестра часто намекала в своих письмах.

Другое дело, что навязываться мне совсем не хотелось.

— О, спасибо! — зажглись огоньки в глазах близняшек. Эйла отвернулась, сильно прикусывая губу. Видимо, где-то внутри нее сейчас шла борьба: уступить ненавистной данмарке или нет.

— Но при одном условии, — сразу же обозначила я границы.

— Так и знала, что обманет, — буркнула сестра Терлака.

— Вы расскажете, где достали яйцо, — повторила свой вопрос, игнорируя возмущения Эйлы, и уставилась в глаза близняшкам. На них надавить оказалось проще. Если я хотела найти путь в эту семью, стоило начать с младшего поколения.

В конце концов, не Юну же мне очаровывать. Старая грымза меня явно ненавидела и с удовольствием прокляла бы смертельным заклятием.

Джини и Маргарет переглянулись, затем повернули головы к Эйле и выжидающе уставились на нее. Видимо, все зависело от решения старшей из этой компании хулиганок. Она поначалу сопротивлялась, а после закатила глаза.

— Ладно, — буркнула сестра Терлака и поднялась, оттряхнув штаны от песка. Я дождалась, пока она подойдет ближе.

А Эйла протянула мне руку, выставив вперед мизинец с таким видом, будто делала одолжение.

— И что? — озадачилась я, наклоняя голову набок.

— Клятва, — фыркнула сестра Терлака независимо. — Обещай своими бренными костями, что никогда не раскроешь тайну о драконе. На мизинчиках.

Едва сдерживая смех, я согнула мизинец правой руки и сплела пальцы. Эйла кивнула близняшкам, чтобы Джини подошла. Маленькая ладошка легла поверх наших рук, после чего последовала пафосная речь:

— Великая клятва нерушима! Тот, кто предаст, будет жестоко наказан дрыгловыми фейри и унесен в страну вечных кошмаров.

Боги, такой ерундой нас нянечка в детстве пугала за вранье.

— Клянусь никогда не предавать тайну о драконе огласке, — сдержанно сказала я, дождавшись кивка главной зачинщицы преступления.