Антизона - Алексей Бобл

Встать самостоятельно Егор не успел — получил прикладом между лопаток, ботинком — по ребрам, потом его схватили и приволокли обратно к Жагову, перед которым на коленях уже стояли Большой и Яна. Сбоку, ссутулившись и опустив голову, застыл Картограф.

— Зачем снова пытались сбежать? — равнодушно спросил полковник.

Яна с Мишкой молчали — они понятия не имели, зачем — действовали по приказу Атилы. Он же огрызнулся:

— Затем! Вы слепые все, что ли?! Вокруг полно анархистов! Я видел, следуют за отрядом. Они с вами церемониться не станут, а уж с нами — тем более!

Бойцы взволнованно зашумели, завертелись на месте, подняв оружие. Жагов остался неподвижен, а Митяй, за которым Атила исподтишка наблюдал, переступил с ноги на ногу.

Жагов шагнул к Картографу, взял его за воротник и ткнул пистолетом в лицо:

— Твои фокусы? Кроме нас с тобой никто не знает маршрут.

— В отряде предатель, — сказал Атила. — За картой своей лучше следить надо, или что у вас там…

Он сильно рисковал, играл на грани фола — Жагов, отпустив Картографа, уставился на Атилу. А тот смотрел на него. Обычное сталкерское лицо, обычная для этого мира внешность… Но он — не человек. И не непись. Большая сложная программа. Код, сознающий себя, — программа, ставшая… Нет, не человеком, конечно. Если бы! Тогда его логику и эмоции можно было бы понять. Но это РАЗУМНЫЙ КОД, вот в чем проблема. Какие вообще у него цели, чего он хочет? Что за мысли бродят в голове у бывшего хозяина Зоны? Хотя какая там у него голова! Жагов — всего лишь аватар, подчиненный сохранившейся части Альфы, который управлял «Сталкером-онлайн» до возникновения Антизоны. Знать бы, какие у него возможности теперь!

Да, возможности… Сейчас Альфа сильно ослаб. Он хочет вырваться из Антизоны, чтобы вновь набрать силу, потому ему нужно на «Акустику». А Картограф? А Картограф хочет…

— Меняем направление! — приказал Жагов. — Митяй, идешь со мной. Развязать руки пленникам, наблюдать за лесом.

Все-таки поверил. Значит, готов рискнуть — ставки слишком высоки.

Их подняли на ноги, развязали руки. Егор помассировал запястья, присел пару раз, разминаясь.

— Шагай! — его толкнули прикладом в спину.

Мишка огрызнулся, когда с ним проделали то же самое, Яна стерпела тычки молча. Отряд выстроился в прежнем порядке. Зашагали дальше, то и дело поглядывая на небо. Оно постепенно менялось, багровело — верный признак близкого выброса. До того, как по Зоне прокатится волна аномальной энергии, надо успеть спрятаться где-то поглубже — под землей, а еще желательнее под толстым слоем бетона, иначе мозги вскипят, как каша на огне. Только вот где прятаться, на что рассчитывает Жагов?

* * *

Не прошли и полукилометра, как деревья снова расступились — впереди было длинное поле…

Поле аномалий.

На таком поле Егор бывал раньше, хотя в Зоне это большая редкость. Там и тут посверкивали сварки и холодцы, взвихрялись смерчи над дробилками. У Мишки загорелись глаза, он что-то взволнованно забурчал, остановился и снова получил прикладом в спину.

Еще бы не замешкаться — в таких местах можно раздобыть кучу артефактов… Хотя поле беднее Плато, где Атила оказался благодаря Отцу. Там все аж светилось и стреляло, будто в новогоднюю ночь. Куда ни глянь — артефакт или аномалия. Здесь они мигали реже.

У идущего впереди Митяя в руке появился детектор — не армейский, а самопальный, громоздкий, состыкованный с древним ПДА. Ориентируясь с помощью прибора, проводник повел отряд дальше. Часто сворачивали то влево, то вправо, останавливались или наоборот ускоряли шаг.

— Почему мы не обошли?! — возмутился Мишка, когда совсем рядом вспыхнула сварка, едва не опалив ему бороду.

— Ты же видишь — оно длинное, — пояснила Яна. — Несколько километров в обе стороны.

— Да ну и что! Легче обойти, чем тут по…

Его прервал громкий возглас, потом — ругань, а после — стук автомата.

Впереди полыхнула еще одна сварка, из нее шагнул полковник Жагов. Вся правая половина его тела почернела, лицо покрылось волдырями — но, похоже, он не чувствовал боли. От волос подымался дымок.

Стрелял рослый автоматчик, раньше шедший рядом с полковником во главе отряда. И стрелял он в Митяя, который по извилистой траектории стремглав несся прочь. Сзади закричали, к Жагову подскочила пара бойцов, другие рванулись было за Митяем, но остановились — побоялись угодить в аномалию, и еще двое открыли огонь.

Подстрелить проводника не удалось. Митяй двигался проворно и петлял четко между аномалиями, мешавшими прицелиться. Добежав до границы поля, он пропал из виду среди деревьев.

Гербовцы суетились, бегали по свободному от аномалий пятачку, где очутился отряд, а Жагов стоял молча, глядя вслед сбежавшему проводнику. И дымился. Картограф, казалось, мало заинтересованный происходящим, молча сел на кочку.

— Слушайте, я не понял, чего он сбежал-то? — донесся голос Большого сквозь общий гам. — Что вообще происходит?

— Он предателем был, — пояснил Атила, — на анархистов работал. Нервы не выдержали…

— Откуда ты знаешь? — спросила Яна.

Атила не ответил — он во все глаза глядел на Жагова. Тот был страшен. Полуобугленный, текстуры одежды смешались с телом, образовав поблескивающую пеструю поверхность, а лицо стало, как у зомби, точнее, полузомби. И при этом он не обращал на ожог ни малейшего внимания! И остальные, как внезапно понял Атила, — тоже.

Вот это было самым удивительным. Он еще раз внимательно оглядел гербовцев. Точно — не реагируют! Может, так происходит потому, что в куцых «мозгах» неписей не заложено, как себя вести в такой ситуации? Любой сталкер с аналогичными повреждениями неминуемо скончался бы, но Жагов жил, что выпадало из всех игровых правил, алгоритмов, установок. Неписи, обретшие подобие разума, не знали, как реагировать на такое, — и попросту не обращали внимания.

Последние мысли Атила додумывал уже на ходу. Гербовцы снова пошли вперед, но теперь проводником был сам Жагов. Без детектора двигались медленнее, и оставшуюся часть поля преодолели за полчаса, не меньше. Все это время Линза оставалась позади, над лесом. Егор боялся разоблачения и повел ее вперед, только когда отряд пересек поле.

Выбравшись на свободное пространство, Жагов остановился, и бойцы разбрелись, охраняя место стоянки. Воспользовавшись этим, Атила подошел ближе к нему, внимательно разглядывая обожженное лицо: черно-багровую полумаску с узкой щелкой уцелевшего глаза, который прятался в глубоких складках лоснящейся кожи.

— Куда мы сейчас идем? — спросил Атила, переводя взгляд с него на Картографа.

— Да! — поддакнул шагнувший вперед Большой. — Куда премся?

— Скажи им, — бросил Жагов равнодушно.

Картограф, косясь в сторону, ответил:

— К Везувию.