Огненный адепт - Андрей Вячеславович Шевченко

«бездельниками» Юловар подразумевает обычных членов малого королевского совета: архиепископа Одборгского и прокуратора Крюэля. Гроссмейстер положил свою широкополую шляпу на ажурный столик и, не дожидаясь королевского разрешения, с удобством устроился в одном из кресел. Король бросил на мага косой взгляд и продолжал бродить по кабинету до тех пор, пока в дверях не появились архиепископ и прокуратор, сопровождаемые главным церемониймейстером Луавилем.

— Ваше Величество, прибыли господа… — начал церемониймейстер, но король оборвал его:

— Перестань, Луавиль. Я разрешаю вам сесть.

Когда трое вновь прибывших расселись, Юловар, сердито сопя, сказал:

— Я созвал вас, чтобы услышать ваше мнение о сложившейся обстановке. Как вы уже, возможно, знаете, в Тирогис едет герцог Роони — правая рука короля Энмунда. Он прибывает с чрезвычайной миссией и везёт официальные документы. А неофициально: вчера вечером прибыл сокол с личным посланием от Энмунда. Мой дорогой троюродный дядя рассыпается в любезностях, желает мне благополучия и долгих лет жизни, а также уведомляет, что согласен выдать за меня замуж принцессу дома Гариалей — Лорну Арнгальскую. Разумеется, с приданным в виде двух провинций, которые присоединятся к Ситгару после свадьбы.

Прокуратор Крюэль — человек простой, при этом известии присвистнул. Архиепископ Одборгский и гроссмейстер Адельядо сумели сдержать эмоции и только озадаченно нахмурились, а на каменном лице Луавиля вообще не отразилось никаких чувств.

— Какая бешеная муха укусила Энмунда? — спросил Крюэль. — Руку Лорны ведь пытались получить не менее десятка Высокорожденных семейств, и всем было отказано.

— Видимо потому, что все эти семейства имеют весьма призрачные шансы на королевский трон, — сказал архиепископ. — Или я ошибаюсь, господин Луавиль?

— Нет, вы правы, — ответил знаток геральдики. — Зато, насколько я помню, три умерших мужа принцессы Лорны скончались при обстоятельствах, которые человек подозрительный мог бы назвать весьма странными.

— Скажи уж прямо, Луавиль — она их траванула, — процедил король. — А потом прибрала к рукам их имения, оставив ни с чем других наследников. И теперь Энмунд и Лорна нацелились на Ситгар.

— Аппетит приходит во время еды, — глубокомысленно сказал архиепископ. — Ваше Величество, но ведь можно составить такой брачный договор, в котором будет указано, что супруга не имеет никаких прав на наследование трона.

— Одборг, — гроссмейстер Адельядо постарался придать голосу возможно едкий оттенок, — думать тебе нечем, но ты постарайся понять одну простую вещь: Его Величеству будет всё равно, кто останется на троне после того, как блистательная Лорна отправит его на тот свет. А Ситгар останется без правителя, что Энмунду и требуется. Думаю, едва он получит известия о первых признаках смертельной болезни Его Величества, как тилисские войска тут же вторгнутся в Ситгар.

Архиепископ побагровел и начал набирать дыхания для возмущённого вопля, но Юловар лёгким движением руки остановил его.

— Спасибо, гроссмейстер, вы очень чётко обрисовали положение, — сказал король. — Я вообще не желаю видеть эту… гм, принцессу, хотя и говорят, что она весьма недурна собой. Уж слишком опасный мёд приносит эта пчела.

— Ваше Величество, но тогда в чём вопрос? — подал голос прокуратор. — Никто не может заставить короля вступить в брак.

— Отказать? Да нет ничего легче, — саркастически усмехнулся Юловар. — Луавиль, проясни ситуацию господину прокуратору.

— Принцесса Лорна — потомок императора Гариаля по материнской линии. Согласно уложениям генеалогической Скрижали Империи, от которой произошли Скрижали ныне существующих государств, отказ в сочетании браком с представителем императорского дома является преступлением с последующей конфискацией всех земель, лишением титулов, наград, а после и самой жизни преступника. Подобные поправки в имперскую скрижаль были внесены потомком Гариаля — императором Дениссом, который возжелал дочь одного из своих сподвижников — герцога Алистера. Получив отказ, император Денисс пришёл в гнев, внёс новое уложение в Скрижаль, после чего отобрал земли и титулы у герцога и лишил его жизни через отрубание головы. Дочь герцога — Юлия, стала женой императора, — главный церемониймейстер прервался, помолчал немного и закончил: — А потом император Денисс стал сохнуть и чахнуть, пока не умер. Летописцы того времени писали, что вселенская магия не оставила его проступок без наказания. А некоторые из них утверждали, что у этой вселенской магии есть определённое имя — леди Юлия, у которой имелись некие магические таланты. Как бы то ни было, но это уложение осталось в Скрижали, хотя с тех пор применялось редко — всего дважды. И оба раза оно служило поводом для войны.

Прокуратор снова присвистнул и потёр мясистый нос.

— То есть, господин Луавиль, вы хотите сказать, что таким образом Тилис пытается объявить Ситгару войну? — переспросил он. — Но это же нелепость! Кто мешает королю Энмунду просто сказать «Давайте драться»? Для чего эти сложности?

— Крюэль, не будь тупицей! — не выдержал Адельядо. — В ситгарской Скрижали есть те же уложения, что и в древней имперской. А это означает, что король Ситгара в глазах кланов станет если не преступником, то, как минимумом, сюзереном, которому помогать войсками в войне не обязательно. Как ты думаешь, сколько в этом случае глав кланов встанут под знамёна Красного Льва после объявления Тилисом войны? Учитывая, что предлог более, чем убедительный.

— Ни одного, — не замедлил с ответом прокуратор. — Тут и гадать не надо.

— Отрадно видеть, что твои мозги не окончательно усохли, — проворчал Адельядо.

— Главное, что моя преданность королю не усохла, в отличие от некоторых.

— Ты на что это намекаешь?!! — нехорошо прищурился гроссмейстер.

— Господа, вы не забыли, что находитесь перед королём? — вмешался в ссору Луавиль.

Прокуратор и маг тут же умолкли. Юловар покачал головой.

— Спасибо вам за помощь и ценные советы, — едко сказал он. — Чувствую, я напрасно понадеялся на ваши мудрость и жизненный опыт.

— Простите их, Ваше Величество, — степенно сказал архиепископ, — как и подобает всем последователям Единого.

— Ситгар находится в сложном положении, — сказал король. — Я принял присягу у вампирского клана, и, как вам известно, это было воспринято негативно некоторыми правителями и церковными деятелями других государств. Я обещал выслать в помощь клану Григот войска, но не могу это сделать до тех пор, пока не буду уверен в том, что прочие государства не объявят мне за это войну. Сейчас Ситгар и без того все, кому не лень, обвиняют в связях с нечистью. И, словно всего этого мало, теперь на горизонте нарисовалась принцесса Лорна.

— Господин Луавиль, нельзя ли внести изменения в Скрижаль? — вернулся в деловое русло Адельядо.

— Для отмены одного из основных уложений потребуется сбор глав кланов Высокорожденных. Пока они обсудят, пока утвердят изменение… на это уйдёт не меньше недели в самом лучшем случае. Герцог доберётся сюда дней через пять, значит, до его приезда нам не успеть.

— Если маги обеспечат мне связь, я распоряжусь задержать его в любом городе, — сказал прокуратор. —