Новый альфа - Дарья Гром

— Ты что творишь? — прошипел друг, тяжело дыша. Его глаза оставались золотыми, и пару раз я едва не назвала его Мироном: слишком потрясающее сходство и слишком легко полукровка заканчивает жизни моих врагов. — Роуз, я же читаю их мысли!

Услышавшие об этом барсы обиженно заворчали и атаковали втрое яростнее. Но кто из них может противостоять запрещённому магу?

— И что? — спросила я у друга.

— Мы идём в верном направлении.

Только дальше пройти не дали.

— Вам до них не дойти! — яростно рыкнул подошедший недавно воин. Он был в промежуточной ипостаси и ростом значительно превосходил Адриана.

Вздрогнув, я поняла, кого вижу перед собой.

Альфа Серебра. Он не нападал, остальные же отступили к нему за спину, не забывая угрожающе сверкать клыками и лупить свои пятнистые бока длинными хвостами.

— Вы здесь для того, чтобы спасти Пепел? Вернее, его остатки, — промурлыкал альфа.

Некоторые оборотни позади него зло ухмыльнулись.

— Зашибись дедукция, — пробормотал Риан. Потом громким голосом с властными нотками, какие я привыкла слышать от герцога: — Разумеется. Отпусти пепельных волков немедленно и выведи своих оборотней с территории клана Пепла. Иначе…

Меж его пальцев скользнул сапфировый огонёк, отдавая очень громкое эхо ментального колдовства. И я опять вздрогнула. Риан действительно был на себя не похож, рядом со мной сражается настоящий, закалённый во многих битвах опытный воин, умеющий, главное — привыкший убивать. Либо показывать себя именно таким.

Альфа лишь снисходительно улыбнулся, будто бы никто не угрожает его жизни.

— Что ж ты тогда меня не атакуешь, парень? Вот тут я, почему-то живой, хотя от моих когтей пострадали многие волки. — Взгляд кошачьих глаз оборотня перешёл ко мне. Во взгляде мелькнуло узнавание. — Я так полагаю, ты и есть та девочка-человечка, что жила на побегушках у этих отбросов общества зверолюдов. Хочешь к ним присоединиться? Так милости прошу: я не хочу вас разъединять. Рабов много не бывает.

Я и так подозревала, что Пепел в военном рабстве, а когда сам альфа заявил о незавидной участи родных волков… Мне неожиданно стало холодно от неожиданного озноба. Ледяной ветер, которому уже даже нужно дать имя знакомо разметал мои волосы по плечам, наплевав на косу и ленту, что её закрепляла.

Это было похоже на то состояние, в котором я была в школе, когда Изабелла хотела усыпить мою бдительность на тренировочной дуэли с помощью Хаоса. Магия, если точнее, её остатки были готовы оборвать жизнь стоящему предо мной оборотню в один короткий миг. Нет, ветер был готов убить всех на этой поляне, даже Адриана, если не отступит за меня.

Но я сдерживалась. Нельзя. Нет, нет, нет…

— Что, девочка? Готовить кандалы или сама пойдёшь?

— Замолчи, — каким-то двойным голосом сказала я. Второй голос напоминал завывание снежной метели. Ослепительно ярко полыхала лазурная нить, она извивалась как змея, словно желала достать меня и ужалить. Только её жало точно не для вреда, скорее, для помощи мне.

И вот жёсткие, холодные слова главного барса пробуждали во мне всю гамму чувств, эмоции действовали на мою сдержанность и, соответственно, на мою магию.

— Давай, зачем стоишь, — откровенно издеваясь, полюбопытствовал альфа. — Будешь плакать?

Моя выдержка мне сдала.

Тучи мерцающего в свете луны осколков льда соскользнули с ладони, направленной в сторону оборотней.

Это продолжалось долгие двадцать секунд, воздух стал обжигающе морозным, казалось, он холодил не только тело, но и душу.

Только когда резерв окончательно опустел и снег не мешал рассмотреть снежных барсов, я увидела: они даже не шелохнулись с места, а альфа держал какой-то светящийся кристалл. Адриан разразился сквернословием и одним ударом убил всех стоящих рядом оборотней, до которых из-за чего-то не долетел мой лёд.

И все полегли, кроме одного. Альфа всё так же стоял и сжимал камень.

«У него ментальный щит! — панически поделился Риан. — Слишком крепкий, я не справлюсь».

— Вы отправили стольких моих сородичей на тот свет, — утробно рычал барс, — что мне и страшно представить это число. Да, Пеплу плохо, только мы убили двоих: Коршуна и Кисточку, остальные умерли сами. И не в том количестве, какое вы уложили сегодняшней ночью. Проклятые маги! Вы за это заплатите! Ничего, сейчас я уровнял шансы. Учитесь искать союзников и правильно думать, кому переходите дорогу.

Альфа сделал нервный рубящий жест рукой с зажатым в ней камнем, и в нас полетел мой же лёд. Честно, это было очень неожиданно и очень-очень плохо! Риан сумел вывернуться и избежать встречи со сверкающими осколками, только он не был человеком.

В отличие от меня…

И пикнуть не успела, как руки, живот, бока — всё обожгло нестерпимой пульсирующей болью. Не в силах издать ни звука, я стала оседать на землю, отчаянно прижимая израненные руки к животу. Почувствовала, как к местам ранений начала прилипать намокшая от моей крови одежда.

Адриан резко обернулся ко мне. При виде явно смертельной раны, его золотые глаза широко распахнулись, и я ещё никогда не видела такого ужаса, какой плескался в них на данный момент.

— Беги, — зачем-то прошептала я. Он же и сам знает, как должен поступить, ему не справиться без магии с этим воином, как бы хорошо Риан не тренировался с Мироном. Только альфы — другой уровень, а у полукровки нет ни шанса на победу.

Сатанор не ответил, с трудом оторвал взгляд от меня и посмотрел на снежного барса.

— Ты даже не представляешь, что только натворил, — срывающимся голосом прохрипел Адриан. Друга ощутимо трясло не то от шока, не то от ярости. Скорее всего, и от того и от того.

— Она этого заслужила. Ничего, скоро и ты вслед за ней пойдёшь. — Альфа грозно растопырил пальцы со страшными загнутыми когтями.

Последнее, что я увидела: чёрная молния стремительно располосовала пространство между Рианом и барсом, причём моего друга на прежнем месте не наблюдалось. А дальше… дальше, похоже, смерть, надеюсь, только моя и я там не встречу своего верного друга. Он ведь пошёл на это только ради меня, он должен оставаться живым.

Глава 12

Из-за двери, за которой была комната графа Ларелона, не доносилось ни шороха. И не удивительно, раз энеш-тошерн предпочёл поставить заклинание тишины на своё жилище, дабы никто не смог подслушать его разговор, не предназначенный для чужих ушей.

Сфера-вестник отображала фантом Висмута Инеевого, все ещё лежащего на больничной койке, но уже чувствующего себя гораздо лучше.

— Господин, смотрю, вы в добром здравии, — с нажимом поздоровался Данте. Он не приклонял колено, а раздражённо скрестил руки на груди. Белая прядь