Бастард. Сын короля Ричарда - Игорь Ковальчук

— Ну и молодец. — Он подошел, обнял ее и сжал так крепко, что обычная девушка, наверное, запищала бы от боли. Серпиана же прижалась к нему, потерлась щекой о его куртку. — Тебе холодно?

Он огляделся в тревоге, но все вещи, за исключением сумки, которую нес Трагерн и в которой была провизия, к его изумлению, валялись поблизости. Сброшенные им у родника, они, попав в защитный круг, переместились вслед за хозяином. Это согрело ему сердце. Нагнувшись над сумками, он отцепил свой плотно свернутый плащ и закутал девушку дрожащую от холода.

Трагерн, вздыхая, перекатился и встал с гальки. Одернул на себе куртку.

А в следующий миг от леса потянуло магией, терпкой, как запах полыни. Дик развернулся, хватаясь за меч, и успел увидеть, как колючий кустарник расступился, пропуская высокую фигуру, опирающуюся на посох. Уже слегка знакомую фигуру.

Гвальхир остановился меж деревьев, посмотрел на Дика и грустно покачал головой.

— Ты всегда сперва хватаешься за меч? — спросил он.

— Да. Только потому я еще жив, — мрачно ответил корнуоллец.

— Учитель! — воскликнул Трагерн и, хромая, кинулся ему навстречу.

— Ага, мои приветствия, талантливый мой ученик. — Старый друид неторопливо переложил посох из правой руки в левую и угрожающе потер освободившуюся руку. — Скажи-ка мне, что я тебе велел сделать?

Удивленный оказанным ему приемом, Трагерн смутился.

— Привести Ричарда на уэльский берег. А потом помочь переправиться на Авалон.

— А что я еще сказал тебе?

— Больше ничего.

— Так ли? Вспоминай. Как именно я велел тебе привести Ричарда на уэльский берег? Помнишь?

— Быстро. — Трагерн становился все алее.

— А еще?

— Еще? Тайно.

— Именно! Тайно. А ты что сделал? Казалось, смущаться больше было некуда, но молодой друид как-то умудрился. Он был уже не алым, а багровым, и у него пламенела даже шея.

— Я… Я же не сделал ничего особенного…

— Ты так в этом уверен? Знаешь, я не следил за вами, и в тот момент, когда тебе приспичило воспользоваться заклинанием малой тучи, я был в Шотландии. Но даже оттуда я в первый же момент смог определить ваше местоположение с точностью до мили. А уж Далхан Рэил, который как раз был занят поисками Ричарда, смог это сделать даже более точно. И, конечно, быстрее…

— Но ведь действие было совершено мною, при чем тут Дик? — запротестовал Трагерн.

Старик неспешно протянул руку и осторожно взял ученика за ухо. Лицо того сразу стало несчастным.

— Странно. Чем же ты занимался на Авалоне десять лет, если до сих пор не знаешь, что сильное магическое действие, как вспышка в темноте, очень точно высвечивает ауры всех, кто находится рядом? В особенности если эти ауры хоть чем-то примечательны. Не знаю, как для Далхана, но мне прекрасно было видно, что некоего друида сопровождают оборотень-серпентис и очень мощный но силе проводник. А уж у источника… О нахождении всей вашей честной компании возле источника все, кто хотел могли узнать наверняка, если уж, к примеру, проспали твои игры с тучей.

Дик и Серпиана молчали. Молодой друид алел.

— Молодец, хорошо учился, — похвалил Гвальхир. — Я всегда знал, что ты далеко пойдешь, сразу после истории с тайфуном. — Старик покосился на хихикающую в кулачок девушку и улыбающегося Дика.

— А, так ты у же похвастался! Правильно… Так что ты теперь предлагаешь сделать?

— Ну как что, перевезти Ричарда на Авалон, — оживился Трагерн, — где он будет в безопасности.

Гвальхир со странным выражением напряженной заинтересованности слушал ученика.

— Гениально, — согласился он. — Не менее гениально, чем все предыдущие твои предложения и поступки. Облегчив Далхану возможность познакомиться с Ричардом, ты теперь еще хочешь оказать ему любезность и точно указать, где именно находиться Авалон. Я тебя верно понял?

— Но почему? — запротестовал молодой друид. — Мы уйдем в туман, и…

— Тут он, видимо, что-то вспомнил и снова побагровел. — Но ведь вы можете почистить Дика от всех меток, которые на него мог поставить Далхан…

— От всех? И кто мне, интересно, даст гарантии, что я очистил все? Более того, успокою немного твое уязвленное самолюбие и признаюсь, что я, пожалуй, даже не смог бы распознать метки, сделанные Далханом Рэил. И, боюсь, даже в том случае, если Дика осмотрит сам иерофант, он не будет уверен, что сделал все необходимое, дабы дать Ричарду уверенность в неуязвимости для магического взгляда.

Трагерн молчал, опустив голову. Дик же, не понимая всего, что произнес старик, понял одно — на нем может оказаться нечто такое, магическое, что ему никак не на пользу. Он внимательно осмотрел себя с головы до ног.

— И что же теперь делать? — спросил, помрачнев, молодой друид.

— Очень своевременный вопрос. Только одно догу точно сказать, — Гвальхир повернулся к корнуоллцу. — На Авалон тебе теперь нельзя. К сожалению. Я виноват — должен был предвидеть, что Трагерн не сможет справиться с порученным ему делом. Но, правда, никого другого отправить к тебе не имел возможности… Скажи мне, как вы умудрились ускользнуть от Далхана Рэил? Насколько я понимаю, это твоя заслуга, а уж никак не Трагерна.

— Силой молитвы, — буркнул молодой воин.

— Неплохой, кстати, выход, — оживился старик. — К сожалению, закрыт для нас, друидов.

— Он перед тем принимал причастие, — пожаловался Трагерн.

— И правильно сделал. Можно было догадаться, что твои выходки приведут к беде.

— Но он не мог знать, что случится. Он не знает, кто такой Далхан…

— Чутье — величайшая добродетель хорошего воина, — отрезал Гвальхир. — И помолчи, наконец… Ричард, я думаю, нам надо побеседовать. Но не на берегу же это делать. Идем, здесь поблизости есть старая хижина. Можно будет заночевать там. И, кстати, имеется кое-какая одежда, получше. А Трагерн, — он с угрозой посмотрел на ученика, — пойдет за вашими лошадьми.

Молодой друид поник под его взглядом, с усилием, только со второго раза материализовал в руке посох и побрел в лес. Покачивая головой, старик проводил его взглядом.

— Ну, идем, — напомнил Дик, обнимая одной рукой Серпиану, все так же дрожащую на ветру.

— Идем, — Гвальхир вздохнул. — Еще раз прости, что так получилось. С Трагерном никогда не знаешь, чего ожидать. К сожалению, я поверил, что период подростковой бестолковости у него уже миновал, потому как уже в течение трех лет он не делал никаких глупостей. И вот, на тебе.

— Зачем же держать в учениках того, кто не справляется? — удивился корнуоллец.

— В том-то и дело, что у юноши огромное чутье на энергию. Полезное качество. Теперь-то, конечно, мы будем держать его на Авалоне, пусть там работает.